Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва - Страница 116
- Предыдущая
- 116 / 146
- Следующая
116
Мой слух уловил слабый звук. Стук.
Сообразив, что он доносится не из комнаты, где тихо спала Юниль, а из моей, вернулся туда.
За дверью оказался Комир. Не ожидая его, вопросительно приподнял брови и позволил войти.
— У меня кабинет рабочий есть, — напомнил ему.
Но от меня ожидаемо отмахнулись. Я был заинтригован.
— Надеюсь, ты решил мне помочь, брат, если нет, то... — выдохнул, не договорив.
Кончики его губ скривились. О, я знал это выражение.
— Что задумал, малец? — подстегнул его.
Он оскалился и вручил мне рисунок. Я медленно моргнул, разглядывая толстые, выведенные углем линии. Передернув плечами, ощутил, как в душу заползает страх...
— Этого нельзя допустить, — пробормотал.
Рисунок в моих руках дрожал. Глухо зарычав, я выпустил когти и сжал этот жалкий клочок бумаги.
— Кто еще это видел, Комир? Кому ты показывал?
Он усмехнулся и подался вперед. Его глаза медленно заливала кровь. Встреть кто этого светлокожего беловолосого фера на дороге, решили бы — одичалый.
Он, кажется, понял, о чем я думаю, и продемонстрировал клыки.
— Никто не должен знать, брат, — рисунок вспыхнул темным пламенем в моих руках и опал пеплом. — Никто! Я не перевертыш, а дракон. Такое не простят! Не примут! Кому ты показывал?
— Э... — выдавил он из себя.
— Только мне? — прорычал. — Забудь обо всем. Слышишь!
Он покачал головой и быстро вывел на доске:
«Придет время, и ты покажешь ему... Им... Только так, брат».
— Нет, — рявкнул прочитав.
«Да», — вывел он крупно, стерев предыдущую запись. Его рука с зажатым в ней угольным карандашом дрогнула.
— А иначе что? — уточнил.
Комир поднял на меня тяжелый взгляд. Я редко видел его таким.
— Если ослушаюсь, будет гораздо хуже? — мой гнев поубавился.
Я мог по пальцам перечислить моменты, когда некровный братец являлся ко мне со своими видениями. Но я часто видел, как они посещают его.
В такие моменты я боялся за его рассудок.
— Если нет, Комир?
Он слабо улыбнулся и хлопнул губами.
«Потеряешь», — написал он и снова впился в меня взглядом.
Я же будто окаменел.
— Ты лжешь! — выдохнул, не справившись с эмоциями. — Комир, это шутки такие? Ты не понимаешь, если кто-то узнает... Я не Руни, и даже не ты. Дракону, а еще и императору такое не простят!
Он снова стер ладонью запись. На манжете его белой рубашки остались черные разводы.
Выпустив воздух через зубы, я прошел по комнате, пытаясь успокоиться. К тому, что кто-либо когда-нибудь раскроет мою тайну, я был не готов.
Совершенно не готов. Да я даже перед собой ни в чем не признавался.
— Это будет конец, Комир. Я дракон... Понимаешь? Наше общество... да ты и сам все осознаешь...
Ответом мне было мычание. Брат оставался таким спокойным. Это удерживало от паники и меня.
— Но она будет моей? — все, что меня действительно волновало. — Мне плевать на власть, Комир. Ты ведь потому решил заделаться палачом? Мое место займет Ярвен, а после — один из его сыновей? Но Юниль, она будет моей?
Он покачал головой, рассмеялся и снова вытер надписи с доски.
«Никто не узнает. Только свои. И она уже твоя... Сделаешь, как сказал я, хоть раз откроешься, и все будет. И у тебя, и у меня».
— А если не сделаю? — я все же желал знать альтернативу.
«Потеряешь. Сойдешь с ума. Тебя убью я»
То, что прочитал, заставило меня пошатнуться.
«Я один из двух, кто может это сделать. И тебе это известно, император.»
— Полагаю, на тот момент я даже сопротивляться не стану, так?
Он снова кивнул.
— Проклятье! Да почему все стало так сложно? Столько лет... и никто даже не подозревал, не думал, ничего не видел. Я научился искусно лгать, прятать лицо. И теперь ты пришел ко мне с этим жалким клочком бумаги. Брат!
Но Комир лишь сложил руки на груди.
Провидец. Упрямец, каких поискать.
— Ты опять перекраиваешь наши судьбы. Играешь почище меня, Ярвена и Вегарта. Мне иногда кажется, что мы здесь все только лишь пешки на твоей шахматной доске.
— У-г-гм, — промычал он.
Рукав его рубашки уже был просто черным.
«Ты, император, мой ферзь!» — написав это, он захохотал и вдруг упал как подкошенный.
Его тело затрясло. В открытых глазах застыло безумие.
— Ты пугаешь, братишка, — я подскочил к нему и, не напрягаясь, поднял. — Сколько помню нашу дружбу, я все таскаю тебя на руках. Но ты уже не ребенок, Комир. Таким медведем вымахал. Очень надеюсь, что сейчас ты видишь мое счастье с Юниль.
— Наше... — выдохнул он, почти не коверкая слово. — Маленькое... наше...
Уложив его на кровать, выпрямился, уперев руки в бока.
— Когда ты уже наиграешься в бога, медведь? И спросить страшно, какие ты там узоры выплетаешь с нитями наших судеб. Одно успокаивает, ты мне за брата, а семья для тебя всегда была важнее всего. Надеюсь, хоть ты не воткнешь мне клинок между лопаток.
— Астье, — шептал он, не слыша меня... Он был где-то совершенно в ином времени.
— Счастье, — повторил я и усмехнулся. — Я сделаю, как ты сказал, провидец. Но если при этом потеряю Юниль, я сам вонжу в твое сердце клинок. Сам сгину и тебя за собой заберу. Но ты и без того это знаешь. А значит, сделаешь так, чтобы я получил ту, без которой просто не выживу.
Глава 23
Юниль Вагни
Я не могла найти себе места. Известие, что папа скоро будет здесь, должно было обрадовать, вот только я металась по комнате.
Как всё ему объяснить?
Боги, если он увидит браслет... Да как рассказать, что я приняла такое решение, не посоветовавшись с ним?
Разум пытался найти оправдания этому поступку — Льюис мой истинный, я в Драгонесте одна, да и... Я люблю этого дракона. Вот только душа не успокаивалась.
Я боялась увидеть в глазах отца немой укор, разочаровать его, услышать, что я совершила ошибку, правда, в чём — не понимала. Это моё право выбрать мужчину по душе, сказать «да» тому, кого люблю, и быть
- Предыдущая
- 116 / 146
- Следующая