Опасное наследство мисс Прайс - Наталья Дягилева - Страница 24

Твое плечо…

— Ничего страшного, порез неглубокий, — твердо произнес Алистер и в доказательство своих слов чуть пошевелил рукой. Его низкий тихий голос успокаивал, будто Алистер опасался, что я вот-вот впаду в истерику. Наверное, так и было.

— Я поищу, чем перевязать рану, — я снова попыталась встать. Казалось, я должна скорее сделать хоть что-то, что угодно, лишь бы исправить свою ошибку.

Алистер чуть сильнее сжал мои пальцы в своей ладони:

— Постой, — попросил он, на выдохе поднимаясь с пола и садясь спиной к стене. По складке между бровей и сжатой челюсти было видно, что ему больно. — Просто подожди здесь со мной.

Он выглядел так устало. Я медленно села рядом, не замечая осколков и щепок — теплая ладонь Алистера все еще держала мою руку, и я чуть сжала пальцы в ответ.

— Прости, — тихо повторила я, не решаясь посмотреть мужчине в глаза. Если бы я только послушала его и осталась ждать снаружи, убийца не отвлек бы внимание инквизитора и, должно быть, уже был бы арестован. — Я не подумала, что все может обернуться… вот так.

Я думала, Алистер будет меня ругать за глупость, как когда узнал о долге перед Морвенной, но он с совершенным спокойствием качнул головой:

— Главное, что ты в цела. В следующий раз будешь слушаться?

— Обещаю.

Искаженное артефактом лицо Алистера смазалось из-за пелены моих слез. Лучше бы он на меня накричал — в этот раз я хотя бы заслуживала его упреки. Может, тогда мое сердце не стучало бы сейчас так громко.

Когда уже прибудет обещанная подмога?

Я шмыгнула носом, и отвернулась, чтобы украдкой вытереть рукавом краешек глаза. Взгляд упал на распластанное на полу тело мужчины — того мастера, которого мы пришли допросить. Проклятье, я почти забыла о нем! Холодный ужас прошелся мурашками вдоль позвоночника — я впервые видела убитого человека. Сухие страницы инквизиторских отчетов не передавали того, что я испытывала сейчас, глядя в пустые открытые глаза.

— Не смотри, — тихо попросил Алистер, подхватывая меня пальцами за подбородок и мягко отводя мое лицо в сторону. — Делом займутся следователи. Они скоро будут.

Я сглотнула, фокусируя взгляд на лице Алистера.

— Ты думаешь… думаешь, это был тот, кого мы ищем? Убил мастера, чтобы замести следы?

— Очень может быть, — медленно кивнул Алистер. — Хотя разборки в этом районе не редкость, и это может быть просто совпадением.

Я не была уверена, что верю в просто совпадения. На языке у меня вертелся еще вопрос, но лестница перед входом заскрипела, хлопнула дверь, и в комнату зашли несколько человек с мистером Хоторном во главе.

— Ваша светлость, — он с укоризной посмотрел на Алистера и покачал головой, будто думал, с чего бы начать отчитывать нашкодившего ребенка.

— Даже не начинай, — оборвал его Алистер и кривовато усмехнулся.

Незнакомый мне мужчина с нашивками целителя опустился рядом с Алистером и принялся осматривать раны. Пораженным он не выглядел, и это немного успокоило мою панику.

— Элиас, пусть мисс Прайс проводят до дома, — распорядился Алистер, не глядя на меня.

— Нет, я…

— Вы обещали, что будете слушаться моих указаний, — напомнил он.

Я сжала губы, кивнула и вышла за дверь, уговаривая себя не оборачиваться.

Глава 10.

Весь следующий день прошел, как в тумане, и в этом тумане мне виделось тело Алистера, прижатое к полу обломками стеллажа, его кровь, проступающая через порванную куртку. Я бесцельно перекладывала инструменты в мастерской, не в силах заняться чем-то полезным. Несколько случайных покупателей, забредших в лавку, ушли ни с чем.

— Сделай компресс из чая на глаза, ты всех распугиваешь своим видом, — строго приказала мне пудреница. Я надоела ей причитаниями о муках совести. — Ничего с твоим инквизитором не станется. Такие, как он, на редкость живучи.

Я постаралась скрыть, как на меня подействовали слова «твой инквизитор» — не то пришлось бы выслушать новый поток нравоучений.

В штаб-квартире Инквизиции меня ждали только через день после событий в Гнилом тупике, и я не сдержалась — пришла туда с самого утра. Даже охранник на входе зевнул, проверяя мое имя в списке посетителей.

— Как вы? — спросила меня Мейбл, подскакивая на ноги из-за своего стола. — Я уже видела отчет, просто ужас! Вы не пострадали?

Она тоже сегодня выглядела бледнее обычного.

— Нет, меня совсем не задело, — я постаралась ее успокоить, тронутая заботой. — Но мистер Вейн…

Ком встал у меня у горле, не дав договорить. Он пострадал из-за меня. Упустил преступника.

— Не волнуйтесь так сильно, — Мейбл покачала головой, и её светлые кудри отпружинили. — Господин Вейн уже на ногах. Они с мистером Хоторном вчера жутко спорили. Шеф кричал, что руководителю не пристало лезть в самое пекло и бегать по притонам без охраны. Но у них такой разговор повторяется каждый месяц. Иногда и чаще…

Утешение едва ли сработало, как нужно. В это пекло Алистер полез из-за меня.

— А что мистер Вейн? — я надеялась, что голос не выдаст моих чувств.

— Отмахнулся, как всегда, — Мейбл говорила, понизив голос. — Говорит, его скорее добьёт кабинетная работа, чем преступники.

Это было так похоже на Алистера, что я отвернулась, пытаясь скрыть улыбку. Кроме страха и вины за случившееся было в моих эмоциях кое-что еще. Странная предательская надежда на то, что все еще может быть, как раньше. Забота Алистера, его просьба остаться рядом, поцелуй, слова о том, что я ему не безразлична — по отдельности все это казалось пустяком, но вместе мало-помалу подточило мою решимость.

Конечно, Алистер ничего не говорил прямо, но…

Взгляд зацепился за свежий номер газеты, лежащей на краю стола Мейбл. Она была раскрыта на странице со светской хроникой.

С черно-белого снимка на меня смотрел Алистер. Он был снят на каком-то приеме, в черном фраке, с самой светской полуулыбкой, какую мне приходилось видеть. Но не это заставило сердце пропустить удар.

По правую руку от него стояла ослепительная блондинка в меховом манто с бокалом шампанского в руках. Она смеялась, глядя прямо на Алистера.

Заголовок не оставлял надежды на ошибку:«Лорд Вейн и леди Амалия де Коль: свадьба в сентябре? Самый завидный холостяк столицы, кажется, сделал выбор» .

Нет, я точно неисправимая дура.

«Я не хожу на свидания» .