— Убирайся к черту, — сказал Гарри.
Тот опустил камеру, улыбнулся, развернулся и побежал.
— Зачем он фотографировал? Думал, мы на отель в суд подадим? — спросила Кейша.
— О чем ты? Ты его знаешь? — спросил Гарри.
— Он раньше за баром работал.
Мы с Гарри переглянулись.
— Спасибо, Кейша. Дальше мы сами. Гарри, открой дверь машины. Едем в больницу.
— Пап, от этой одежды воняет, — сказала Эми.
Она лежала на больничной койке. Я достал из багажника свою спортивную сумку. Теперь на ней были серые тренировочные штаны и футболка с надписью «The Black Keys». В вену на тыльной стороне ладони ввели иглу-бабочку; от нее шла трубка к пакету с физраствором над кроватью.
Я промокнул ей лоб влажным полотенцем.
— Может, и воняет, зато на одежде нет рвоты.
— Прости, пап.
— Не беспокойся. Машину можно отмыть. Новую дочь мне не купить.
Молодой врач, уже осматривавший Эми, отдернул зеленую занавеску вокруг кровати. Казалось, он ненамного старше нее.
— Как самочувствие? — спросил он.
— Я ужасно зол и, кажется, перенес небольшой сердечный приступ, — ответил я.
Доктор посмотрел на меня.
Эми улыбнулась и впервые за вечер рассмеялась. Мне сразу стало легче. Ее смех был одним из лучших звуков на свете.
— Вообще-то я спрашивал вашу дочь, — сказал врач.
— Он понял. Просто хотел меня рассмешить, — сказала Эми. — Мне гораздо лучше, спасибо.
— Отлично. Все показатели улучшаются: пульс значительно снизился, температура возвращается к норме. Как живот? — Он достал из кармана маленький фонарик и проверил ее глаза.
— Ощущения странные, побаливает. Но больше не тошнит.
— Хорошо.
— Это из-за еды? — спросила Эми.
Врач посмотрел на меня. Я кивнул.
— Эми, знаешь, что такое «руфи»?
— Что? Рогипнол?
— В данном случае не совсем он, но что-то похожее. К счастью, организм быстро отторг наркотик. Если бы тебя не вырвало вскоре после того, как ты его выпила, последствия могли быть намного хуже. Скоро заболит голова, но мы выводим вещество из организма и даем все необходимое для полного восстановления. К утру ты будешь чувствовать себя гораздо…
— Что за херня здесь происходит? — крикнула Кристин, влетев из-за занавески. Я посторонился, и она обняла Эми. По лицу было видно: по дороге сюда она плакала.
— Вашей дочери подмешали наркотик в напиток, — сказал врач. — Она быстро поправляется. Ваш муж все сделал правильно, и она…
— Он мне не муж, — перебила Кристин.
Вовремя появился Кевин, запыхавшийся и раскрасневшийся от бега.
— С ней все будет хорошо, — сказал я, похлопав его по плечу.
— Спасибо, Эдди, — ответил Кевин и обнял Эми и Кристин.
Я взглянул на потолок и выдохнул. Я тоже паниковал, просто старался не показывать этого ради Эми. Теперь опасность миновала, и сердце наконец начало биться медленнее.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Дениз:
Что случилось? С Эми все в порядке?
Я не успел поговорить с Дениз. Кажется, Гарри тоже.
Пришло еще сообщение. На этот раз ссылка.
Я открыл ее.
Открылся сайт X.
Фотография Эми: она сидит на тротуаре у отеля, ее рвет, я стою перед ней на коленях. Но это была не просто фотография.
Это была иллюстрация к статье. Я прочел заголовок:
«Дочь известного манхэттенского адвоката попала в скандал с наркотиками и алкоголем».
Я открыл статью.
Ее опубликовали в сплетнической рассылке на «Сабстеке». Там ссылались на многочисленные записи в X, «Фейсбуке» и «Инстаграме», опубликованные, судя по всему, ботами и троллями.
Сотни публикаций. И везде тот же снимок.
И еще кое-что.
Ссылка на другую колонку светских сплетен.
«ЯБЛОКО ОТ ЯБЛОНИ. ДОЧЬ ПЬЯНЧУГИ-АДВОКАТА ЭДДИ ФЛИННА ПОПАЛАСЬ НА НЕЗАКОННОЙ ПЬЯНОЙ ВЕЧЕРИНКЕ, И ОТЕЦ ПРИШЕЛ ЕЙ НА ПОМОЩЬ!»
Это было в Daily Post.
Новостном интернет-издании.
Принадлежавшем Джулиану Вандерпулу.
— Я только напишу Кейше… — сказала Эми.
Я выхватил у нее телефон.
— Пап?
— Эдди, ты что творишь? — вскрикнула Кристин.
— Не давайте ей смотреть в телефон, — бросил я, выбегая из палаты. Гарри стоял в коридоре. Он с отвращением глядел на свой экран. Услышав, как я бегу к нему, резко поднял голову.
Должно быть, Дениз отправила ему то же сообщение.
— Спасибо, Гарри. Прости. Попроси Дениз тебя забрать, — сказал я, пробегая мимо.
— Эдди! Эдди, не делай этого! Стой!
Он продолжал звать, когда я миновал лифты и бросился