Обитель - Клэр Кент - Страница 12

отдельную комнату. Мама сказала, что разрешит мне забрать ту кровать, на которой ты спала. Думаю, она здесь подойдет. Если ты… Если ты предпочитаешь иметь собственное пространство.

На этот счет я уже приняла решение.

— На самом деле мне не нужно личное пространство, если только ты не хочешь сохранить свою личную жизнь. Я не против спать с тобой.

Он слегка дергается.

— Ты уверена?

— Да. Я уверена. Когда я соглашалась, я имела в виду, что соглашаюсь на все. Если только ты не хочешь чего-то другого, — мне приятно, что мой голос звучит так спокойно и расслабленно, хотя я ничего подобного не чувствую. Мои щеки горят, но, надеюсь, это единственный признак моего смущения.

— Я не хочу ничего другого, — бормочет он.

— Окей, — я делаю пару медленных вдохов. — Так что ты можешь оставить эту комнату как есть, если только мы не придумаем, что с ней еще можно сделать.

— По-моему, звучит неплохо.

Теперь, когда мы разобрались с этой неловкостью, осмотреть остальную часть дома стало проще простого. Джимми ведет меня на улицу, в свой курятник и небольшое строение с загоном, где он держит свиней.

Мне нравятся свиньи. Они забавные, интересные и неожиданно отзывчивые, хрюкают на меня, словно хотят поздороваться. Куры не такие выразительные, но за ними тоже интересно наблюдать. Джимми показывает мне, где он хранит корм для них, и разрешает мне насыпать им горсть корма. Они возбужденно кудахчут и снуют вокруг, чтобы склевать его.

Затем мы выходим на террасу, чтобы посмотреть на пруд.

— Мы с дедушкой иногда рыбачили, — говорю я ему. — У нас не было такого пруда, как этот, но неподалеку было озеро, куда мы часто ходили. Мне всегда там нравилось.

— Правда? Я могу сделать тебе удочку, если хочешь. Ты можешь пользоваться моей в любое время, пока я не закончу. Хотя, возможно, она будет великовата для такой крошки, как ты.

— Я не такая уж маленькая, — во мне 163 см. Хотя, конечно, я невысокого роста, но я никогда не считала себя особенно низкорослой. А еще у меня пышные формы. Я совсем не тростиночка. У меня заметные бедра и грудь. Я всегда считала себя женщиной среднего роста.

Не крошкой.

— Окей, — его губы странно подергиваются. — Ты не маленькая.

Я подозрительно смотрю на него, но он больше ничего не говорит.

***

День проходит без происшествий. Джимми занимается своими домашними делами, а я знакомлюсь с домом и меняю постельное белье на новое, которое Грета дала нам с собой. В комплект входит более симпатичное стеганое одеяло спокойных коричневых и зеленых оттенков.

Я перебираю одежду, которую она нам дала, и с облегчением обнаруживаю, что это исключительно женская одежда. У меня нет ничего, кроме одежды и обуви, которые были на мне, когда я приехала, и большой футболки, которую Грета дала мне на ферме, чтобы я могла в ней спать.

Но из сумки я достаю несколько маек, пару юбок, красивое хлопковое платье, еще джинсы, брюки, пушистый фиолетовый халат и несколько пар нижнего белья. Мне приходится закатывать штанины на джинсах и брюках, но в остальном мне все подходит. Лифчиков нет, но я не надевала их уже много лет. Судя по тому, что я наблюдала у Карлсонов, большинство других женщин их тоже не носят. Последнее, что я достаю из сумки — это ночная сорочка. Она розовая, на широких бретелях из мягкого эластичного материала.

Мне она очень нравится. Мне нравится все. Я открываю ящики комода и обнаруживаю, что Джимми уже освободил половину из них для меня. Я убираю все свои новые вещи, и у меня еще остается свободное место.

На обед я готовлю яичницу, как предложила Грета, а на гарнир — тосты с сыром. Джимми быстро все съедает, так что он явно не находит недостатка в моих блюдах.

После обеда у него еще много работы — он объясняет, что обычно по воскресеньям отдыхает, но вчера отвлекся от своей обычной работы, готовя дом к моему приезду — так что я нахожу кучу грязной одежды в старой ванной и решаю, что, пожалуй, стоит ее постирать.

На это уходит большая часть дня, но я рада, что в первый день удалось сделать что-то полезное. Джимми наслаждается стейком из ветчины, консервированной зеленой фасолью и картофелем так же, как и обедом.

К тому времени, как я заканчиваю мыть посуду, Джимми возвращается после того, как устроил животных на ночлег. На улице уже стемнело. Я не уверена, который час, но мне кажется, что уже почти пора ложиться спать.

Когда он возвращается в дом, от него пахнет грязью и зимним воздухом. Я медленно вытираю последнюю тарелку, потому что не уверена, что мне теперь делать.

Он уже собирается ложиться спать?

Нам пора заняться сексом?

Джимми стоит у меня за спиной и смотрит, как я вытираю тарелку и ставлю ее обратно на полку. Когда я оборачиваюсь, он смотрит на меня.

Я очень хочу, чтобы этот мужчина просто сказал что-нибудь. Какого черта он ждет?

— Чем ты любишь заниматься по вечерам? — спрашивает он после нескольких секунд, в течение которых мы смотрим друг на друга.

Я нервно облизываю губы, пока не осознаю, что делаю, и тогда останавливаюсь.

— Я… Обычно я читаю книги. У нас их было много.

— О. Да. У меня есть несколько. Не так уж много, но, думаю, это лучше, чем ничего, — он делает жест рукой, и я следую за ним в маленькую комнату, заставленную коробками. Он просматривает пару из них, пока не вытаскивает одну, наполовину заполненную книгами. — Некоторые из них принадлежали Мэри. Она… она была моей женой.

Я киваю, радуясь, что Паула рассказала мне всю подноготную, так что эта информация не застает меня врасплох.

— Возможно, здесь есть что-то, что тебе понравится, — продолжает Джимми, беря в руки потрепанную книгу в мягкой обложке и разглядывая ее. Это похоже на какой-то детектив. — И в старых зданиях довольно легко найти книги. Я принесу тебе еще. Если ты скажешь мне, что тебе нравится, я могу поискать что-то конкретное.

— Ладно. Спасибо. Это мило с твоей стороны.

Он кладет книгу обратно в коробку, и мы еще некоторое время смотрим друг на друга.

Решив, что мне нужно взять на себя ответственность за поддержание разговора, я спрашиваю:

— Чем ты обычно занимаешься по вечерам?

Он морщится.

— Честно говоря, мало чем. Обычно я так выматываюсь, пытаясь что-то сделать, что к концу дня просто валюсь с ног. По вечерам я все равно пытаюсь постирать кое-что из