Не верь глазам своим - Лариса Павловна Соболева - Страница 48

исправятся. Но я не уверена. Знаешь, есть препод, читает лекции по психиатрии, он говорил, что на дурной проступок или преступление идет тот, кто к этому расположен, то есть у кого задатки с рождения. Это поломанные гены, которые воспроизводят себе подобных психопатов. Человек по природе созидатель, а не разрушитель, у них наоборот.

– Ему видней, раз он препод, – уклончиво сказал Ким.

– А куда мы едем? – проснулась Яна.

– Прямо. Но я бы хотел встретиться с твоим братом Сергеем. Как это сделать? К нему, наверное, трудно попасть?

– Это тебе трудно? Ха! Тебя отстранили, но удостоверение-то не забрали? Ладно, сейчас созвонюсь с Сережкой…

– Звони, мы как раз к нему и едем.

* * *

Вероника с утра носилась по городу, развозила женщин всех возрастов или детей, до Нового года осталось три дня, народ набивает сумки в магазинах и те, у кого собственных колес не имеется, вызывают такси. Работа непривычная и утомительная, ведь все время в напряжении, к тому же клиенты разные, не все с хорошим настроением, а дороги забиты автомобилями. Это некий безумный поток в одну и другую сторону.

Около трех часов выдалось «окно», Вероника забежала в кафе перекусить, взяла только бутерброд с сыром, творог и кофе, иначе после сытного обеда потянет в сон, а ей работать и работать. К тому же пассажирам неприятно, когда от водителя пахнет едой, как ей казалось, а творог и сыр еда нейтральная. Только приговорила свой скромный обед, как вдруг позвонила Дарья Егоровна, кстати, обе часто перезванивались. В основном звонила Вероника пару раз в день узнать, как дети, обычно она выслушивала отчет, ничего страшного не происходило, а сегодня голос в трубке звучал панически:

– Вероника… Вероника, не знаю, как сказать…

– В чем дело? Да говорите же!

– Тебе надо приехать домой…

– Но вы же знаете, я не могу приехать. А что случилось?

– Понимаешь, наша малышка…

– Лада? – не на шутку испугалась Вероника. – Что с ней?

– Она… она приболела… но ты не волнуйся…

– Что с Ладой? Чем она больна? Говорите, а то я с ума сойду.

– Хорошо, скажу… Я просто о тебе беспокоюсь, главное, не паникуй… Значит так, Лада лежит в постели, ни на что не реагирует, ничего не хочет кушать.

– А температура?

– Нормальная. Серей вызвал врача, доктор долго возился с ней, потом сказал, что у ребенка депрессия, которая перешла в апатию.

– Из-за чего?

– Приезжай, расскажу. В конце концов, ты мать, имеешь право навестить своих детей, тем более заболевшую дочь. Жду.

Не допив кофе, Вероника подхватилась, села за руль и примчалась в свой бывший дом. Код на входе Сергей не изменил, она бежала по дорожке и видела Дарью Егоровну сквозь остекление в стене, та ждала ее внутри, справилась с пультом и открыла дверь.

– Что с Ладушкой? – раздеваясь и бросая вещи на кушетку абы как, что на нее не похоже, спросила взволнованная Вероника.

– При наших встречах я тебе говорила, дети тоскуют, им нужна ты, – зачастила Дарья Егоровна. – Им не объяснить, что у вас… разлад, развод или что там? Они не понимают. Дети чувствуют себя лишними, обделенными, несчастными. Лада… ей же всего пять лет! Без тебя ребенок просто чахнет. Врач сказал, дети в благополучных семьях крайне тяжело переносят негативные перемены, а малышка… сама знаешь, она эмоциональная, близко к сердцу все принимает, мама исчезла, вот ребенок и скис. Иди, Лада в своей комнате, Никита там же, второклассников уже отпустили на каникулы, он сестричку развлекает. Иди. Если что, я на кухне, зови.

Вероника поднималась по лестнице, и вдруг будто выстрел в самое сердце – за спиной раздался голос Сергея:

– Вероника… Здравствуй.

Она застыла на месте, смогла лишь голову повернуть, поняла, что муж стоит внизу и сейчас может ее просто выбросить за дверь.

– Я только проведаю своих детей и уйду.

– Тебя никто не гонит, – миролюбиво сказал Сергей.

Не повернувшись к нему, не сказав спасибо за разрешение повидать детей, она проследовала в комнату дочери.

– Мама! – закричал Никита.

Да так громко закричал, что и папа внизу услышал, Сергей заулыбался и не без удовлетворения сообщил в трубку:

– Георг, как я и говорил, Вероника приехала.

– Да ну! – рассмеялся Карелин. – Заманил, значит. Расскажешь потом, а то услышит…

– Ничего она не услышит, у детей стоит такой гвалт… Янка звонила, едет сюда с парнем из следкома.

– Мне приехать?

– Не стоит, отдыхай.

– Как говорит мой дед, отдохнем на том свете. Я подъезжаю к Илоне, наш разговор запишу на диктофон. На обратном пути заскочу.

Сергей сделал несколько шагов по направлению к кухне, чтобы попросить управдома сварить кофе на троих, а Дарья Егоровна вышла навстречу и остановилась. Стоит вся преисполненная долга с гордо поднятой головой и решительным блеском в глазах, как героиня из кино перед казнью, не успел он выразить озабоченность ее видом, сама заговорила пафосно:

– Должна признаться, Сергей Юрьевич, это я вызвала Веронику и открыла ей дверь. Вы можете меня уволить, но больному ребенку нужна мать.

– Что вы, я не собираюсь вас увольнять, вы правильно поступили. – Видя, как у нее вытянулось лицо, он благодушным тоном добавил: – Дарья Егоровна, сварите кофе на троих, ко мне сейчас приедет сестра с парнем… А что-нибудь к кофе есть? Пирог, пирожные…

– Все это готовила ваша жена, она же и за продуктами ездила или ей привозили прямо к нам из деревень. Я у нее была подсобным рабочим, поскольку дети мою стряпню отвергают, я перестала печь пироги.

– А бутерброды сообразить можете? Конфеты найдутся?

– Бутерброды сделаю. Конфеты поищу.

Глава шестнадцатая

Новая порция неожиданностей

Сергей встретил Яну и Кима, привел их в нижний кабинет, его любимое место в доме. Окна выходят в сад, с весны до поздней осени можно созерцать красоту и философствовать, уподобляясь японцам, думающим о вечном, глядя на камешки. В этом же кабинете ведутся и переговоры с совещаниями в узком кругу, и работается здесь легко, и отдыхается. Дарья Егоровна принесла кофе, конфеты, бутерброды, все трое устроились в креслах у столика с фигурной столешницей.

Разумеется, Яна не угомонилась, пока не рассказала в красках и лицах о происшествии в клубе, о своем спасении, о посещении полиции, в ее монолог никто не мог вставить и слова. В конце концов, выдохлась и взяла свою чашку, положила два бутерброда на тарелку Кима, взяла и себе. Сергей вместо благодарности парню за спасение сестры, начал с наезда на нее:

– Какого черта шляешься по шалманам одна?

– Я же пришла в «Квантум»! К Борьке! Он просил…

– И чем тебе Борька помог в данной ситуации? – прервал сестру разгневанный