Не мечтай о нас - Кристина Рэйн - Страница 76

я почти признаю поражение и собираюсь уйти, по ту сторону двери все же раздаются шаги, и вскоре в проеме показывается обнаженный по пояс Сайлас с влажными волосами. Как только он встречается со мной взглядом, я вижу, как раздражение на его лице сменяется удивлением, а затем явным отвращением.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает он.

Я открываю рот, но не могу издать ни звука. Я не ожидала увидеть Сайласа полуобнаженным. Снизу на нем только укороченные серые джоггеры, а сверху – шесть кубиков пресса, которые возбуждают не меньше, чем явное V между бедрами или то, что угадывается под тканью штанов. Господи, Хэйден, сосредоточься!

Я поспешно поднимаю взгляд к его лицу, пытаясь подобрать слова.

– Можно войти? – наконец, выдавливаю я.

– Вряд ли.

– Ты же не хочешь обсуждать то, что случилось с твоим братом, прямо здесь, на пороге?

Он не дает мне закончить:

– Точно, я вообще не собираюсь с тобой разговаривать. – С этими словами он толкает дверь, но мое тело реагирует быстрее, чем речевой центр. Прежде чем Сайлас успевает закрыть дверь, я ставлю ногу в проем и не даю ей захлопнуться.

Сайлас смотрит на меня, будто на душевнобольную. Наверное, у меня и правда не все дома, потому что я улучаю момент и протискиваюсь в комнату, оказываясь при этом слишком близко к его еще влажному после душа телу, и тут же ощущаю предательское тепло, которое пробуждается во мне от его близости. Черт. Я хожу по тонкому льду, наслаждаясь тем, как учащается пульс и как недоуменно смотрит на меня Сайлас.

Он закрывает за мной дверь, прислоняется к ней спиной и поднимает подбородок, словно желая взирать на меня с еще большей высоты. Во взгляде Сайласа вспыхивает властный огонек, который я, кажется, в нем разжигаю.

Дерьмо, Хэйден, ты забыла, что он сделал в прошлый раз, когда вы оказались настолько близко?

Очевидно, он переосмыслил мой визит и теперь размышляет, как обернуть мое присутствие в свою пользу, вместо того чтобы меня выпроваживать. Конечно, здесь Сайлас мог бы сделать со мной все что угодно, учитывая, что никто не придет мне на помощь.

Я нервно сглатываю и сразу перехожу к сути:

– Ты, должно быть, ошибаешься. Я провела небольшое исследование. Почти все, что касается этой темы, засекречено или просто недоступно, но я нашла статью о том, как твой отец стал деканом. Там говорилось, что оба брата Стоун учатся в Найтстоуне. Статья была выпущена чуть больше четырех лет назад – значит, тогда твой брат был еще жив. А полгода спустя была опубликована новость о трагическом инциденте в академии, после которого декан Стоун на несколько месяцев покинул свой пост и временно ушел в отставку по личным причинам. Я полагаю, это была годовщина смерти твоего брата, верно?

– И в чем же я ошибся? – сузив глаза, спросил Сайлас.

Меня поражает, что он вообще позволяет мне закончить. Я спешу продолжить, пока Сайлас не пожалел о своем решении:

– Мои родители погибли в автокатастрофе пять лет назад. К тому моменту, когда вы оба учились здесь, и произошла трагедия, моих родителей уже год как не было в живых. Поэтому мой отец не имеет никакого отношения к смерти твоего брата.

Сайлас презрительно фыркает, и, предчувствуя вспышку гнева, я делаю шаг назад. Прикусив нижнюю губу, я выжидающе смотрю на Стоуна. Однако, к моему удивлению, меня не начинают душить и не подбрасывают в воздух.

Сайлас отталкивается от двери и, минуя меня, проходит вглубь комнаты, бормоча себе под нос что-то вроде «ты совершенно ничего не понимаешь». Я спешу за ним, впервые бегло осматривая его владения.

Не знаю, что я ожидала увидеть. Возможно, черные стены и железные кандалы над кроватью королевских размеров, к которой он регулярно приковывает девушек, но комната Сайласа оказывается вполне… нормальной и какой-то личной. Возможно, даже уютной.

Кровать не слишком большая. Мне бросается в глаза, что на ней не два комплекта одеял и подушек, как у Айзека, а всего один. Над кроватью висит распечатанная на холсте фотография джунглей. Посреди тропического леса изображен водопад, а перед ним – совсем крошечные – двое мужчин без футболок, один из которых, наверное, сам Сайлас. От фотографии веет свободой и жаждой приключений. Вся остальная комната также оформлена в темно-зеленых тонах, на полке стоит глобус, а над письменным столом висит карта. Похоже, Сайлас любит путешествовать. Кроме того, он, кажется, любит хорошую музыку: я замечаю несколько дорогих колонок, разбросанных по всем четырем углам комнаты.

– Закончила осмотр? – с недовольством осведомляется Сайлас.

Я поворачиваюсь и вижу, как он стоит, упершись руками в комод и повернув голову в мою сторону. На руках и голой спине отчетливо проступают упругие мышцы, но, даже не глядя на них, можно с уверенностью заявить, что Сайлас напряжен. Удивительно, как хорошо ему удается скрывать эмоции за ледяной маской. Я понимаю, насколько болезненна для него тема смерти брата. Одно неверное движение, одно неправильное слово с моей стороны – и он покажет, на что способен.

Сайлас снова опускает взгляд на комод и, кажется, погружается в свои мысли. Я размышляю, стоит ли мне сказать что-то еще. Должна ли я сообщить ему, что Айзек предупредил меня о его планах на Хэллоуин относительно меня? Я знаю достаточно, чтобы беспокоиться за собственную жизнь, но сегодня в Сайласе что-то изменилось. Кажется, он стал спокойнее и начал лучше себя контролировать. Может, спустя восемь недель тишины я стала ему безразлична? Что сказала Саванна, когда мы впервые встретились? Если Сайлас теряет к тебе интерес, то для него ты словно перестаешь существовать. Тебя игнорируют. Почему-то при этой мысли мое сердце сбивается с размеренного ритма. Не похоже, будто в понедельник вечером Сайлас собирается сделать со мной что-то жуткое. Он выглядит так, будто вовсе не вспоминал обо мне последнюю пару месяцев.

Я оборачиваюсь и зажмуриваю глаза, потому что внезапно меня охватывают совершенно абсурдные чувства, от которых становится трудно дышать. Я такая глупая. Почему мое сердце так отчаянно бьется, стоит подумать, что я больше не интересна Сайласу? Неужели я действительно предпочла бы, чтобы он ненавидел меня, а не игнорировал?

Дерьмо! Я разворачиваюсь, подбегаю к Сайласу и упираю руки в его твердый обнаженный торс.

Он с недоумением смотрит на меня сверху вниз.

– Скажи уже что-нибудь, черт возьми! Мне плевать, почему ты меня ненавидишь – из-за того, что я лезу в твою личную жизнь, или из-за фамилии Найт. Но будь добр, поясни! Почему ты так уверен, что мой отец убил твоего брата?