Мужья ведаринки. Решение княжеств - Евгения Зимина - Страница 7

побагровел.

— Не было у меня крыс!

— А у тебя? — спросила Мира рыжего.

— Была одна, но я её извёл месяц назад. И шкуру в сундуке держал, на сухих травах. Крыса бы не полезла, от трав они бегут.

Народ зашумел. Мира подняла руку, все разом замолкли.

— Вот что, — сказала она. — Ты отдай половину стоимости обратно. А ты зашей дыру и продавай как есть, шкура всё равно хороша. А на крыс поставь капканы. Мир?

Купец хотел спорить, но посмотрел на фиолетовые глаза Зоревика, который сверлил его взглядом с Мириного плеча, и передумал.

— Мир, — буркнул он.

— Мир, — сказал рыжий.

Народ одобрительно загудел.

* * *

В тот же вечер, когда Мира уже собиралась ложиться, Зоревик вдруг насторожился. Он вскочил с постели, подбежал к окну, выходившему на юг, и замер, подняв хвост трубой.

Мира выглянула, в темноте ничего не было видно.

— Кто-то едет? — спросила Мира.

Зоревик свистнул дважды — да.

— Раньше срока?

Зверёк замер, потом тряхнул головой, то ли не знает, то ли неважно.

Мира не стала будить отца. Легла, но не спала. Слушала тишину.

Ближе к полуночи послышался далёкий топот копыт. Коней было много. Не меньше двух десятков.

Она всё же поднялась, оделась. Зоревик бежал впереди нее.

У ворот уже зажгли факелы. Хотислав, в полном вооружении, стоял у частокола и смотрел в темноту.

— Ведаринка, — сказал он, не оборачиваясь. — Едут. Наши или чужие, не пойму.

— Проверим, — Мира взяла у сторожа факел, поднялась на стену.

Всадники вынырнули из темноты стройным рядом, с копьями наперевес. Впереди на вороном коне, в лёгкой броне, без шлема, с развевающимися за спиной тёмными волосами рослый и плечистый Святослав Громоборец.

Он приехал на день раньше. И не один.

Мира опустила факел.

— Открывайте ворота. Встречаем гостей.

Глава 7

Ворота раскрылись со скрипом, подвывая сырыми петлями.

Святослав въехал первым, и его вороной конь сразу взял в сторону, но воевода осадил его твёрдой рукой. За ним — два десятка всадников, молчаливые.

Мира стояла у крыльца, спустившись со стены, как только увидела, что свои. За её спиной встал Хотислав с десятком дружинников, за их спинами стояли в ожидании слуги с факелами. Зоревик сидел на перилах крыльца, не сводя фиолетовых глаз с приезжего.

Святослав спрыгнул с коня, не дожидаясь, пока конюх подхватит стремя. Бросил повод первому из своих и пошёл к крыльцу. Широкий шаг, руки сжаты в кулаки, на поясе меч, за спиной щит.

Остановился в трёх шагах от Миры. Посмотрел сверху вниз — ростом она ему едва до плеча доставала.

— Ведаринка Драгомира? — спросил он низким с хрипотцой голосом.

— Я, — ответила Мира, не опуская глаз. — Воевода Святослав Громоборец.

— Он самый.

Он ждал. Может быть, поклона. Может быть, приглашения в дом. Но Мира не спешила.

— Вы приехали на день раньше, — сказала она. — Мы не готовили встречи.

— Я не требую встречи. Я требую ответа.

— На какой вопрос?

— Правда ли, что меня женили без моего ведома на женщине, которую я вижу впервые?

Хотислав положил руку на рукоять меча. Мира подняла руку, останавливая его.

— Правда, — сказала она спокойно. — Как и ещё тридцать два наследника, которых женили на мне. Вы не один такой.

— Наследников, да. И я первый.

— Первый. И от этого не легче ни вам, ни мне.

Мира выдержала его тяжелый взгляд.

— Где князь Велеслав? — спросил наконец Святослав.

— В верхних покоях. Ждёт вас. Но прежде чем подниметесь, ответьте: вы будете говорить с ним как воин с воином или как обиженный юнец?

Кто-то из дружинников Святослава хмыкнул. Воевода обернулся, бросил короткое «цыц», и хмыкнувший тут же прикусил язык.

— Я воин, — сказал Святослав, поворачиваясь к Мире. — И с ведаром говорю как воин. Проводите.

Мира кивнула. Повернулась к Хотиславу.

— Размести людей воеводы на ночлег. Коней — в конюшни. Накормить, напоить. Воевода пойдёт со мной.

Она пошла в дом, Святослав зашагал следом.

Зоревик спрыгнул с перил и побежал впереди, мелькая серебристым боком. Святослав проводил его взглядом.

— Что за зверь?

— Лесной зоревик. Мой защитник.

— Я слышал о таких. Думал, сказки.

— Теперь увидите.

Они поднялись по лестнице на второй этаж, прошли длинным коридором. Велеслав ждал в своей свётелке — сидел в кресле, пил взвар. При входе Святослава не встал, только поднял глаза.

— Входи, воевода. Садись.

— Стоять буду, — ответил Святослав.

— Как хочешь.

Мира отошла к окну, села на лавку. Зоревик прыгнул к ней на колени.

— Ты зол, — сказал Велеслав. — Имеешь право.

— Зол — мало сказано, князь. Меня обручили, когда я был в походе. Не спросили. Не прислали весточки. Просто гонец прискакал в лагерь и сказал: «Ты женишься через седмицу на дочери Велеслава Зореградского». У меня уже есть женщина. Вы знали?

— Знали.

— И что, вас это не остановило?

— А то, что союз княжеств важнее твоей любушки.

Святослав шагнул к столу, упёрся ладонями в столешницу.

— Вы все там, на Совете, решили, что моя жизнь — ваша пешка. Я это должен принять?

— Должен, — спокойно ответил Велеслав. — Потому что иначе степь сожрёт всё. Твою любушку — тоже. Её, её семью, её городище. И твой меч не поможет, если вы будете поодиночке.

Святослав тяжело дышал, вперившись взглядом в ведара.

Мира смотрела на него со стороны и видела мужчину, который пытается перебороть ярость. Плохо получалось у воеводы.

— Я могу уехать, — сказал он тихо. — Прямо сейчас.

— Можешь, — согласился Велеслав. — И тогда твой отец лишится всего. Земель, дружины, уважения. Потому что все решат, что он не смог удержать сына. И твоя любушка даже не посмотрит на тебя, ты станешь изгоем.

Святослав выпрямился. Лицо его стало серым.

— Вы жестоки.

— Степь жестока. Я только под неё подстраиваюсь.

— Когда ритуал? — спросил наконец Святослав.

— Завтра вечером, — сказал Велеслав. — Сегодня отдыхайте. Знакомьтесь. Ведаринка покажет вам город, если захотите.

Святослав повернулся к Мире. Взгляд прошелся по ней — от лица до босых ступней в поршнях. Мира выдержала и этот взгляд.

Потом поклонился Велеславу и вышел из свётелки.

Мира