Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик - Страница 131

131

и поедание живого мяса. Всем известна печальная судьба Орфея, который был разорван на куски вакханками за то, что не почитал Диониса и его жриц. Впрочем, сам Дионис оказался веротерпимее своих последовательниц – согласно Овидию, он не одобрил самоуправства вакханок и превратил их в дубовые деревья[1942]. Однако кровавые оргии на празднествах в честь Диониса не прекратились. Сцены разрывания и поедания детей и животных в рамках культа Диониса сохранились на греческих вазах V–IV веков до н. э. (хотя к этому времени человеческие жертвоприношения совершались греками лишь в исключительных случаях и детей во славу бога уже, во всяком случае, не убивали).

На греческом острове Тенедос (у побережья Троады) Дионис носил прозвище Антропоррест – «Человекорастерзыватель». Римский писатель рубежа II–III веков н. э. Клавдий Элиан писал в своем сочинении «О природе животных»: «Тенедосцы держат стельную корову для Диониса Антропорреста, “Человекорастерзывателя”, и когда ей приходит пора телиться, они заботятся о ней, как о женщине-роженице. Но новорожденного детеныша они приносят в жертву после того, как привяжут котурны к его ногам. В человека же, который поражает его топором, народ бросает камни, и тот бежит прочь, пока не достигнет моря»[1943]. Теленок стал заменой человеческой жертвы, которая приносилась в далеком прошлом и которую, судя по слову «Антропоррест», разрывали на куски живой.

Римский писатель Фирмик Матерн[1944] описал празднество, которое раз в два года совершалось на Крите в честь Диониса, – на этом празднестве критяне растерзывали живого быка[1945].

Известен еще один показательный случай расправы Диониса с инакомыслящими, не пожелавшими признать в нем бога. Впрочем, на сей раз речь шла о захвативших его пиратах, которые так или иначе заслуживали наказания. Хотя надо сказать, что пиратство в Древней Греции (по крайней мере, до времен Гомера, а возможно, и позже) не считалось чем-то предосудительным. Это было такое же ремесло, как ремесло воина. Поскольку вооруженное нападение на любой город, кроме своего собственного, считалось делом обычным и вполне нравственным, было бы странно осуждать пиратов, которые занимались примерно тем же самым, но только на море. Известно, что, когда сын Одиссея Телемах приехал к другу своего отца, старому царю Нестору, почтенный старец по обычаю сначала принял и накормил гостей, не спрашивая, кто они такие, а потом поинтересовался, не пираты ли они:

Странники, кто вы? Откуда плывете дорогою влажной?

Едете ль вы по делам иль блуждаете в море без цели,

Как поступают обычно разбойники, рыская всюду,

Жизнью играя своей и беды неся чужеземцам?[1946]

В таких условиях претензии Диониса к пиратам были не слишком основательны, тем не менее бог, которого схватили на берегу и втащили на корабль в надежде получить за него выкуп, обиделся. Пираты Дионису достались на редкость несообразительные: когда с пленника сами собой слетели наложенные на него узы, один лишь кормчий понял, что разбойники имеют дело с божеством. Он пытался предостеречь товарищей, но те не вняли провидцу и отчалили с попутным ветром.

И совершаться пред ними чудесные начали вещи.

Сладкое прежде всего по судну быстроходному всюду

Вдруг зажурчало вино благовонное, и амвросийный

Запах вокруг поднялся. Моряки в изумленье глядели.

Вмиг протянулись, за самый высокий цепляяся парус,

Лозы туда и сюда, и в обилии гроздья повисли;

Черный вкруг мачты карабкался плющ, покрываясь цветами,

Вкусные всюду плоды красовались, приятные глазу,

А на уключинах всех появились венки. Увидавши,

Кормчему тотчас они приказали корабль поскорее

К суше направить. Внезапно во льва превратился их пленник.

Страшный безмерно, он громко рычал; средь судна же являя

Знаменья, создал медведицу он с волосистым затылком.

Яростно встала она на дыбы. И стоял на высокой

Палубе лев дикоглазый. К корме моряки побежали:

Мудрого кормчего все они в ужасе там обступили.

Лев, к предводителю прыгнув, его растерзал. Остальные,

Как увидали, жестокой судьбы избегая, поспешно

Всею гурьбой с корабля побросались в священное море

И превратились в дельфинов.

Единственным из пиратов, кто избежал общей участи и сохранил человеческий облик, был прозорливый кормчий. Бог не только помиловал, но и «счастливейшим сделал его», заявив: «Сердцу ты мил моему, о божественный кормчий…» Хотя надо отметить, что кормчий не проявил себя ни гуманистом, ни поклонником Диониса, а всего лишь оказался сообразительнее (или трусливее) других пиратов[1947].

Любовные связи Диониса

У Диониса было немало любовных увлечений, причем он интересовался не только женщинами, но и мальчиками. И все же любовь и секс не играли особо важной роли в жизни бога, который, во-первых, имел серьезное занятие (популяризацию виноградарства, виноделия и театра), а во-вторых, был постоянно нетрезв. Пожалуй, Ариадна была единственной женщиной, чья судьба действительно переплелась с судьбой Диониса (и то в этом сходятся далеко не все мифографы).

Согласно самой распространенной версии, Тесей, возвращаясь в Афины после победы над Минотавром, взял с собой полюбившую его Ариадну, но по дороге Дионис отнял у него девушку. Диодор пишет о Тесее: «Похитив Ариадну, он отправился на родину, но отплыл ночью, сбился с пути и прибыл на остров, который назывался тогда Дия, а ныне называется Наксос. Тогда же, гласит сказание, там появился Дионис: восхищенный красотой Ариадны, он отнял девушку у Тесея и, необычайно сильно полюбив ее, сделал своей законной супругой»[1948].

Гесиод пишет:

А Дионис златовласый Миносову дочь Ариадну

Русоволосую сделал своею супругой цветущей.

Зевс для него даровал ей бессмертье и вечную юность[1949].

Ариадна родила Дионису нескольких детей[1950]. Имя одного из них вошло и в русский язык. Павсаний пишет, что афинский пригород Керамик, где по традиции жили гончары (изготовители керамики), назван по имени героя Керама, который, как говорят, был сыном Диониса и Ариадны[1951].

Но далеко не все авторы описывают взаимоотношения этой пары в столь радужных красках. Во-первых, вопреки Гесиоду, существует мнение, что бессмертия и вечной юности Ариадна так и не получила: Павсаний упоминает могилу Ариадны в Аргосе и сообщает, что при перестройке храма Диониса был найден ее гроб – это засвидетельствовано местными жителями[1952]. Единственное, что можно сказать с достаточной уверенностью, – это что вечность обрел венец, врученный Ариадне Дионисом в качестве свадебного подарка, его и по сей день можно видеть на звездном небе. Сегодня его именуют Северная Корона, но раньше это созвездие называлось Венец Ариадны

131