Ноги, наконец-то, предали Натси и подкосились. Он упал на спину, преисполненный отчаяния. Высоко в небе по-прежнему обжигающе светило южное солнце, а на глаза наворачивались слезы.
И на этот раз — не из-за соленого ветра, а из-за осознания того, что этот мир уже никогда не будет таким, как прежде.
Как и его жизнь.