Месть удалась на славу - Ирина Семеновна Левит - Страница 31

отцом и ее бабушкой». А на третьей – опять-таки молодожены и еще одна пара. Написано: «С любимой женой и свидетелями-друзьями Лерой и Денисом».

– Стоп! – остановила Вера. – Дымарцев говорил о друзьях Лере и Денисе… да, их фамилия – Буш.

– В общем, я их тоже нашел в соцсетях. Прежде всего Дениса Михайловича. У него на странице довольно подробная информация, спасибо ему. В настоящее время он – старший менеджер торговой фирмы «Электрооборудование». И телефон написан. Наверняка служебный, но как старшему менеджеру по торговле не выложить на всеобщее обозрение телефон? И что любопытно… – Морковин выдержал паузу, – в соцсетях Марычев не значится у Бушей, причем обоих, в друзьях. И вообще за те самые два с половиной года ни на странице Леры, ни на странице Дениса нет никаких упоминаний о Марычеве или его бывшей жене. Это, согласитесь, Вера Ивановна, кое о чем говорит.

– О том, что они раздружились. Вот только почему: из-за развода с Диной или по какой-то иной причине?

– Я думаю, вы сами спросите Дениса Михайловича, а он вам, возможно, ответит. Я перешлю сейчас фотки и телефон.

– Кстати, о телефоне Марычева, – сказала Вера. – Ты им когда займешься?

– Он же запаролен, сразу не откроешь, но я запустил одну программку… если Марычев не слишком большой затейник, то, думаю, скоро проникну в святая святых. И кстати, жду распечатки звонков от сотового оператора. А компьютер только начал смотреть, пока ничего особо интересного. И – да, справки о порушенной машине еще не наводил. Но, насколько я понял, это во вторую очередь.

– Да, во вторую, – подтвердила Вера. – Но как только что-то новое выяснишь, сразу звони.

– Всенепременно! – пообещал Морковин.

В планшете опять пискнуло, и Вера открыла присланные фотографии. Дина Дымарцева была похожа на отца только стройностью фигуры, а в основном явно уродилась в мать – это угадывалось по внешности бабушки, женщины неопределенного возраста с большими выразительными глазами. Впрочем, и сам Марк Захарович тогда, семь лет назад, выглядел не только существенно моложе, но и значительно свежее, что, впрочем, объяснимо с учетом двух лет, проведенных за решеткой. Супруги Буш были симпатичные, но ничем особо не примечательные – по крайней мере, по лицу Дениса Михайловича ничего конкретное не определялось.

Вера набрала присланный Морковиным номер и уже на втором гудке услышала любезный баритон:

– Здравствуйте, торговая фирма «Электрооборудование».

«А кто-нибудь человеческий у вас есть?» – захотелось съязвить, но Вера, конечно, удержалась, спросив:

– Здравствуйте, могу я переговорить с Денисом Михайловичем Бушем?

– Я весь внимание, – с профессиональной готовностью продажника откликнулся старший менеджер.

– Вас беспокоит старший следователь следственного управления майор Грознова Вера Ивановна. Если у вас есть возможность включить видеосвязь, я покажу свое удостоверение.

В трубке повисла пауза.

– И по какому поводу я вам понадобился? – спросил Буш уже не профессиональным, а вполне нормальным голосом, проигнорировав предложение о визуальном общении.

– По поводу Виктора Сергеевича Марычева.

Вновь возникла пауза, после чего «нормальный» голос превратился в холодный.

– А почему он вас интересует?

– Потому что его убили.

– Да-а?.. – Прозвучало это удивленно, но даже без видимости печали. – И когда это случилось? И где?

– В ночь со вторника на среду, в Кураевске, это райцентр.

– А от меня вы чего хотите?

– Я хочу поговорить с человеком, который давно знал Марычева и дружил с ним. Причем поговорить в данном случае по телефону, потому что я сама сейчас в Кураевске. Это просто беседа, и вы вправе от нее отказаться, но…

– Я согласен, – перебил Денис. – Я действительно знал Виктора давно, мы вместе учились. Мы были приятелями, но не друзьями. После педуниверситета общались редко, но однажды получилось метко. Моя жена Лера дружила с Диной Дымарцевой, и как-то раз, почти случайно, мы оказались в одной компании, где был и Виктор. Тогда он и познакомился с Диной. В общем, мы стали чаще общаться, нас свидетелями на свадьбу пригласили, ну и потом довольно тесно приятельствовали семьями. А два с половиной года назад у Дымарцевых случилось несчастье…

Буш замолчал, явно прикидывая, о чем следует и не следует говорить следователю, но та сомнений лишила:

– Я в курсе, что произошло у Дымарцевых, в том числе о ребенке и разводе. Я подробно беседовала с Марком Захаровичем и его компаньоном Иноземцевым.

– Ну, раз в курсе, то понимаете, как все обрушилось. Когда Марка Захаровича арестовали, мы с семьей были за границей, на островах с детьми отдыхали, а там связи почти не было. Обо всем узнали уже по возвращении. Дина к тому моменту родила раньше времени больного ребенка. Мы пытались ее как-то поддержать, но она отказалась общаться. В принципе, Дина вообще шибко уж общительной никогда не была, но все-таки затворницей тоже не была. А тут как отрезала. Причем всех. Правда, с женой моей один раз все-таки поговорила по телефону, попросила не обижаться, объяснила, дескать, просто никого не хочет видеть, и еще сказала, что она с Виктором разводится. А потом номер телефона сменила. И бабушка ее, Анна Федоровна, тоже.

– А Марычев? – напомнила следователь о своем главном интересе. – Он ведь наверняка не отказался с вами общаться?

– Да, мы с ним встречались. Получился отвратительный разговор, – жестко произнес бывший приятель. – Он просто бесновался! Орал, что Дымарцев его кинул, обещал подарить фитнес-центр, но не подарил, а теперь Иноземцев фитнес-центр срочно продает. А имущество Дымарцева наверняка арестуют, и семейство останется с голым задом. Что на него, Виктора, хотят свалить все проблемы. И даже что больной ребенок вовсе не от него, и вообще Дина сама предложила развестись, но хочет, чтобы это сделал Виктор, типа жалость хочет к себе вызвать и к папаше соответственно. Но это полное вранье! Дина его любила, сроду не изменяла и сама бы не стала разводиться, особенно в ее ситуации. Я сначала пытался объяснить Виктору, что так не делают нормальные мужики, но он и слушать не хотел. Злобствовал, что отсудит половину совместного имущества, типа право имеет, хотя, если он в Кураевск подался, ничего не отсудил. Дымарцев наверняка заранее все правильно обставил. В общем, кончился наш мужской разговор тем, что я ему чуть морду не набил, а я, между прочим, хоть и в прошлом, но боксер. Еле удержался. Но больше ни я, ни моя жена Виктора не видели и не слышали.

– То есть с того времени вы ни разу не общались, как жил Марычев, не знаете, и кто его мог убить, даже не предполагаете? – уточнила следователь.

– Нет, – твердо ответил Денис. – После женитьбы Виктор стал общаться в основном