Месса в бурлеске - Харитон Байконурович Мамбурин - Страница 1

К оглавлению

1

Том пятый. Месса в бурлеске

Пролог

Последние три года Бонго посвящал довольно много времени сожалениям о своем прошлом. Порезав в наркотическом угаре врачей скорой помощи, перспективный черный брат был вынужден покинуть Нью-Йорк и скрыться в Апсародае. Родственник одной из порезанных носил погоны, а правила Большого Яблока просты: кто тронул копа или семью копа, того берут с улиц в черном мешке, а не заворачивают ласты в наручники. Бонго посчитал, что черного у него и так хватает, мешок ему не подойдет к цвету глаз, а без города он как-нибудь проживет.

Большая ошибка, из-за которой он сейчас трясется в сраной тачке в сраной жаре вместе с тремя другими парнями. Всего в караване четыре машины, а в каждой из них — те, кому назад дороги нет. И Бонго с ними.

Поганый город. Здесь никто не трясся при виде лица черного брата. Никто не заискивал, никто не прятал взгляд. Наоборот, черные здесь были людьми худшего сорта, теми, с кем никто никогда не будет вести серьезных дел. А последних было до черта, тут стоял центровой движ по серьезным делам! Не какая-то фасовка наркоты, тут продавали её мешками! Сюда, на этот чертов Басолан, прибывали сухогрузы, груженые огнестрелом! Здесь ворочалось такое бабло, что некоторые могли натурально набивать комнаты купюрами и плавать в них, как чертова утка из мультиков!

А Бонго и другие парни жрали заварную лапшу, закусывая сырыми овощами. Их терпели по краям, терпели, пока они вели себя как ангелочки и мутили мелкую шнягу. Чуть что не так — начинали свистеть пули. Не над одним косячником, а сразу над всей бандой. Недавно, где-то год назад, свора очень четких черных пацанчиков просто поцапалась с какой-то мелкой белой, перекинулись ругачкой, вообще ничего серьезного. Эта тварь зарыла у их хазы несколько противопехотных мин, а когда пацаны придумали, как ей ответить за жизни тех, кто на эти мины наступил — она вернулась с наемниками. Всех вынесли, а главу банды пристрелили у него на хазе. Даже бабу его зарубили.

Такие дела. Не порыпаешься, когда тебя могут списать в расход за неосторожный взгляд. Но жить как-то было можно. Кисло, внатяг, еле-еле наскребывая на шлюх, выплевывая легкие от дешевой синтетики, но можно.

Все изменилось полгода назад, когда в Апсародае поднялся очень неслабый и очень мутный шухер. Бонго тогда начал шуршать, готовить парней к тому, чтобы сесть хотя бы на пару магазинов, движение-то пошло серьезное…! Но вместо этого им пришлось натурально жрать землю — в город ворвались вояки Таиланда. На серьезных щах припёрлись, начали всех ставить раком. Бонго тогда даже подумал, что всё, хана, придётся перебираться на какой-нибудь остров, жрать рыбу и дрочить на красивое дерево, но пронесло — настоящие хозяева города устроили тайцам похохотать.

Как рассказывал Джокерс, выкурив чуть ли не последнюю траву у Бонго — Таиланду воткнули в его экономическую жопу огромный резиновый дилдо без смазки, а затем начали раскачивать со всей дури. Через неделю такого массажа король сдал назад, пообещав засунуть себе в размятое очко все свои левые планы насчет Басолана, так что армейцы начали брать под козырёк и даже заносить бабло тем, кто пострадал от их действий. Однако бузы они успели натворить много, отчего Бонго тоже собирался выиграть…

Только вот Джокерс свалился к нему не покурить травы и перекинуться новостями, а передать весточку от каких-то понаехавших в Старый город дятлов.

«Валите, иначе мы вас зачистим. Времени — три дня»

Такие новости услышал каждый чернокожий брат в Старом городе. Большинство забило на эту чушь, а вот старый добрый Джокерс, тот еще типок, был уверен, что те парни не шутят. Кроме того, у него был план действий, простой и надежный.

— Бонго, тебе надо рисковать жопой? Мне — нет, — говорил гость, мусоля сушеную рыбину, выданную ему от щедрот хозяина, — Никому не надо, мать твою! В городе назревают серьезные движи, ты это чуешь, зуб даю, но ты пацан умный, понимаешь, что нам ничего не обломится. Я знаю, где может обломиться. Жирно обломиться, смекаешь? Не разово, дружбан, а вообще. Поднимемся, а заодно и сбережем жопы. Они у нас не королевские.

Когда информатор вписывается в тему своей шкурой, а потом потеет около тебя на сиденье тачки, это придает много веса его словам. Достаточно, чтобы Бонго поднял парней и кинул все фишки на зеро. Во всяком случае, терять им, в натуре, было нечего.

Несколько месяцев назад какие-то ухари здорово выкосили знаменитую в широких кругах семейку Хендриксов. То были натуральные реднеки, давненько оккупировавшие восток острова. Денежной молвы об этих ублюдках не ходило, ну типа живут там и живут, особо не жируют, но сами себе хозяева. Соваться к ним было далеко, долго и незачем, а шанс поймать пулю — очень высок. Однако слухи о том, что живут они долго, плотно и без особых проблем, ходили постоянно. Братва, побирающаяся в городе по мелочевке, иногда задумывалась о том, чтобы тоже переехать на природу, подмяв местных тайцев, но братья не понимали, как и что им там делать.

А вот Бонго решился рискнуть. Четыре набитых машины, все с пушками, для начала — самое то. Джокерс, вон, рассказывает, что после того, как хозяев вырезали, выжившие пытались устаканиться. Бабы там, подростки, вот эти все. У них даже что-то получалось какое-то время за счет того, что Хендриксы раньше всему востоку острова ремонтировали моторы и прочую технику, но потом деревенские отдуплились, вспомнили былые обиды от реднеков и устроили там ночь длинных ножей.

Смак был в том, что хозяйство тайцы не разграбили, а тупо заняли, воскресив автомастерскую. Этим и собирались воспользоваться ровные черные пацаны под предводительством Бонго. Они вышибут дерьмо из деревенщин, будут рулить починкой сами, тайцы понесут им свои доллары. Немного, конечно, но зато это честная работа и… хорошее прикрытие. К Хендриксам никто не совался десятками лет, уж начать варить что-нибудь интересное они смогут. А там еще братва из города подтянется…

Слегка нервозные мечты Бонго были прерваны внезапной остановкой машины, отчего задумавшийся главарь едва не боднул лбом бардачок.

— Вот чё, смотри, — невозмутимо двинул подбородком вперед сидящий за рулем Кнат Лоу, одновременно показывая «фак» вставшим за ним машинам, раздраженно гудящим вставшему лидеру.

Бонго посмотрел. Здоровенный дохлый крокодил, валяющийся поперек дороги, уже

1