Бабушка тогда держала кур, поэтому аллигатор с болота учинил бы много бед. Потом возиться с птицей бабушке стало сложно, а забор рухнул в нескольких местах, доски до сих пор гнили там, где упали. У Изабель с Генри руки не доходили починить.
Курицы жили в просторном курятнике, им позволялось свободно бродить по двору. Сейчас это приземистое строение служило сараем, куда складывали всевозможные предметы. А вот оставшиеся клетки, в которых куриц обычно перевозили для ритуалов, постоянно каким-то образом оказывались на улице. То Генри в поисках лопаты выбросит и забудет убрать. То Изабель, недоумевая, на кой брату в принципе лопата, ищет насос, чтобы подкачать шины пикапа, и достаёт клетку, чтобы почистить или выкинуть… напрочь о ней забывая.
Короче, Изабель считала, что самая большая местная магия вот в этих клетках. Сейчас одна такая висела во дворе, подрагивая раскрытой дверцей. Мэтт остановился, уставившись, но зависший в воздухе курятник был не тем, что могло его впечатлить. Остановившись рядом, Изабель приложила ко лбу руку козырьком, рассматривая выходку лоа.
– И часто у вас так? – поинтересовался Мэтт.
– С тех пор как тут поселился дурной лоа.
– Я ничего не вижу. Значит, точно лоа, не призрак. Могу позвать брата, чтобы он поговорил с этим лоа.
Изабель пожала плечами, опуская руку.
– Не думаю, что стоит его беспокоить и заставлять сюда тащиться. Лоа безобиден.
– Мой брат такое обожает. А ещё…
Мэтт замялся, и в этот момент живо напомнил Изабель Генри, который так же тушевался, когда хотел сказать что-то более личное или откровенное, но не знал, как это сделать или уместно ли будет выдать что-то такое прямо сейчас.
– Ты хочешь, чтобы он приехал. – Изабель была достаточно проницательна, чтобы понять.
Вмиг изменившееся выражение его лица тут же подсказало, что она права. По какой-то причине Мэтт хотел, чтобы брат приехал. И явно этого смущался.
– Нет желания возвращаться в город одному? – предположила Изабель. – Или не протрезвел?
– Ничего такого, я уже большой мальчик.
Мэтт фыркнул и в этот момент не выглядел тем, кто не может самостоятельно доехать до дома или будет просить брата забрать. Мэтт не терялся и мог решить свои проблемы, даже если сам их и создал. Тем более если сам их создал.
– Я хотел, чтобы мой брат поговорил с Генри, – признал Мэтт.
– О чём?
– О культистах, которых Генри недавно встретил на болотах.
Тысяча вопросов вертелись на языке Изабель, но в этот момент дверца клетки с лязгом захлопнулась, она совершила круг и врезалась в стену курятника, упав покорёженной в траву.
На самом деле, этот лоа раздражал Изабель и внушал не то чтобы опасения, но ей не нравилось подобное соседство. Да и те культисты не давали покоя, она была не против о них поговорить.
– Думаю, у меня найдётся ещё одна кружка для твоего брата, – сказала Изабель.
Кивнув, Мэтт достал телефон и тут же что-то застрочил. Не зная, будет ли он писать или позвонит, Изабель вернулась на кухню, чтобы не мешать. Она как раз успела закончить работу на ноутбуке и закрыть его, когда зашёл хмурый Мэтт. Как подозревала Изабель, хмур он был часто, но не от плохого настроения. Это может значить что угодно или всего лишь обычное выражение лица.
– Этот дом старый, – неожиданно сказал он. – Здесь нет призраков… но их обрывки цепляются за гвозди.
Вот теперь Изабель лучше, чем всё время до этого, видела сходство своего брата и Мэтта.
– Остатки историй, – пояснила Изабель. – Генри называет это так. Он же рассказывал?
– Упоминал.
Он плюхнулся обратно на стул, обхватил чашку с кофе руками и невпопад заявил:
– Такой интересный задний двор.
– У Эшей в доме нет?
– Я живу в квартире, там и крыльца нет, – хмыкнул Мэтт. – В семейном особняке есть, но он не такой… открытый. Он уютный! Я его в детстве обожал, как и крыльцо. Но здесь у вас чувствуется простор.
Изабель кивнула:
– Дальше болота. Можем попозже сходить, если хочешь. Генри с радостью составит нам компанию. Когда протрезвеет. Твой брат?..
– Да, мы давно не были на болотах.
Изабель сама не знала, зачем предложила прогулку. Но ещё час назад она была уверена, что Мэтт или сразу уедет, или продолжит призрачную вечеринку с Генри, уже без алкоголя. А в итоге это она сидит вдвоём с Мэттом на кухне, планирует прогулку на болотах и ждёт его брата.
– Он ведь приедет?
Дождавшись кивка Мэтта, Изабель уточнила:
– А что у него за интерес в этих культистах?
– Дана иногда зовут детективы, если сталкиваются со странным. Он у них что-то вроде вуду-специалиста. Внештатного.
– Это детективы насмотрелись «Секретных материалов»?
– Нет, это они однажды хотели задержать Дана за ритуальное убийство.
– А он не был с ним связан?
– Конечно, был, но совсем не так, как предполагали детективы. Долгая история.
– Так твой брат связан с культистами через детективов?
– Их поймали и стали искать трупы. Нашли. Никто не сомневался, что убийства ритуальны, даже если не верили в магию. Позвали Дана, он подтвердил. Сейчас он хочет знать больше.
– Культистов же посадили? Зачем ему всё это?
– У Дана личный интерес.
Судя по интонациям Мэтта, распространяться он не хотел. Звучал жёстко, Изабель будто дали щелчок по носу. Она не обиделась. Рассказывать истории, связанные с Генри, она бы тоже не хотела.
Тем временем спустился Генри. Отчаянно зевающий, но успевший принять душ и хотя бы выглядевший не особенно помятым. Он выпил две чашки кофе и раз пятнадцать горестно постенал, что больше никогда не будет так пить.
А потом наконец-то приехал брат Мэтта.
4
Даниэль Эш выглядел не так, как представляла его Изабель.
Она ожидала кого-то вроде Мэтта или Генри, ну хотя бы Зака. Но в дом вошёл аккуратный наследник богатой компании. По-другому Изабель его охарактеризовать не могла: приличный мальчик из хорошей семьи.
Мэтт вроде бы упоминал, что у его брата мотоцикл, но Даниэль приехал на такси и, видимо, не из дома. Или он всегда ходил так, будто только что с деловой встречи.
Невысокий молодой мужчина с тёмными волосами, как у Мэтта. На вид чуть меньше тридцати. Лицо скрывали большие солнечные очки, но тонкие губы тоже походили на мэттовские, а