Случайный мир - Максим Заболотских - Страница 50


К оглавлению

50

Я падаю. Я лечу. Я сумасшедший. Мне конец.

Глава 21
Мост над бездной

Огромный корабль быстро двигался по бескрайней глади моря. На его парусах, раздувшихся до предела под порывами попутного ветра, скалились синие тритоны. На носу корабля красовалась огромная фигура сказочного морского чудища, искусно вырезанная из дерева. Его голова была украшена золотой короной с большими синими сапфирами. Волны с силой разбивались о массивные борта, посыпая палубу мелкими брызгами.

Чуть поодаль за флагманом изо всех сил пытались угнаться несколько кораблей поменьше. Одного лишь ветра им не хватало, и под размеренные удары барабанов, едва различимые на таком расстоянии, по их бокам поднимались и опускались длинные весла.

Молодой лейтенант задумчиво смотрел на них и не мог скрыть счастливой улыбки. Отец бы мной гордился. Как все-таки жаль, что он не дожил до этого дня. Молодой человек подставил лицо соленым порывам ветра. Я плыву на корабле самого императора! Нет, это, конечно, не равнозначно тому положению, которого когда-то добился мой дед. Император даже, я думаю, не знает моего имени, но это ведь только пока, да и дело поправимое. Все еще впереди. Нас ждут великие сражения, а значит, и великие победы, и еще много возможностей показать себя.

Не без некоторого злорадства он подумал о своих братьях. Один из них сейчас был на одном из тех безликих кораблей, спешащих за флагманом, в то время как второй и вовсе остался где-то на берегу со всей своей частью. Нет, не то чтобы он желал чего-то плохого своим братьям и во что бы то ни стало хотел быть лучше их. Все было гораздо проще: он действительно был лучше, несмотря на то что был самым младшим и начал свою службу всего два года назад. И с этим никто не мог поспорить, даже они, потому что он был здесь, на корабле самого императора, а они где-то там, неизвестно где. Кто их знает, где конкретно.

Молодой человек медленно начал прогуливаться по палубе, разглядывая других не менее праздных офицеров. Они были в море уже несколько дней, и все это время природа явно благоволила им. Ветер все время дул в нужном направлении, а на небе не было ни облачка. Основной экипаж корабля легко справлялся с навигацией, а всем остальным только и оставалось, что проводить время за игрой в кости да разговорами о минувших битвах и грядущих сражениях.

А поговорить было о чем. Пару недель назад пал горный замок цефейского князя Лигуло, который долгое время считался совершенно неприступным из-за своего месторасположения. Их рота готовилась к долгой изнурительной осаде, и солдаты пребывали в не самом хорошем настроении. Уже по пути к этому замку, когда преследовали цефейского князя, они потеряли много хороших ребят.

Их армия чувствовала себя совершенно беспомощной в этих горных районах, несмотря на большое численное превосходство. Повозки с провиантом застревали и ломались на узких горных тропах. Солдаты, непривычные к таким подъемам, выбивались из сил. Лошади неистово ржали и испуганно выкатывали глаза, когда они оказывались зажаты в общей толчее и неразберихе.

Но хуже всего были атаки цефеев. Уходя все дальше в горы, они полностью перешли на партизанскую тактику и то и дело появлялись маленькими подвижными группами из самых неожиданных мест в самое неподходящее время.

Трусливые собаки, ничего не знающие о чести и кодексе ведения боя, до сих пор внутренне негодовал молодой лейтенант. В его памяти была еще свежа ночная атака, когда сразу в нескольких местах цефеи подожгли обоз. В возникшей суматохе никто точно не мог сказать, откуда именно пришли нападавшие.

Пока солдаты судорожно озирались по сторонам, высматривая в темноте невидимого врага, цефеи каким-то образом устроили камнепад. Сначала сквозь шум и крики заспанных солдат послышалось далекое бряцание камней. Очень скоро оно переросло в оглушительный гул, когда с соседнего пологого склона на место их стоянки покатились огромные булыжники, сметающие все на своем пути.

Лейтенант непроизвольно поморщился, вспоминая, как острый камень размером со спелую тыкву со свистом свалился в буквальном смысле с неба. Он едва успел отскочить в сторону, чем был обязан скорее простой удаче, нежели своей реакции. Камень грузно бухнулся рядом, сбив с ног замешкавшегося солдата, и с грохотом покатился дальше. На земле осталось лишь изуродованное тело со смятой в лепешку головой.

Вся ночь и половина следующего дня ушла у них на то, чтобы вновь организоваться, подсчитать потери и двинуться дальше. Никого из нападавших найти им так и не удалось, несмотря на упорные поиски.

Когда они наконец достигли замка, князь Лигуло уже успел хорошо укрепиться внутри. Замок был похож на огромное орлиное гнездо, построенное на вершине острой, одиноко стоящей скалы. Лейтенант (а в тот момент, всего-то несколько недель назад, еще только капрал!) рассматривал тогда это сооружение грустным взглядом и про себя проклинал все и вся, и в первую очередь сам мир за то, что в нем существуют высокие горы.

В замок можно было попасть лишь по узкому разводному мосту с соседней скалы. Мост был, разумеется, поднят. Ни о каком привычном рве с водой речь здесь и не шла, так как замок занимал всю поверхность плоской горной вершины и возвышался над их позициями на добрые три сотни локтей. Вскарабкаться наверх по гладким отвесным стенам утеса не представлялось никакой возможности.

У лейтенанта возникли серьезные сомнения касательно того, кто находится в лучшем положении: цефейский князь в залах замка, по слухам набитого провиантом до отказа, или его собственный батальон, изрядно потрепанный дорогой сюда и лишившийся как минимум четверти своих солдат. Лейтенанта явно не прельщали долгие месяцы осады и, быть может, регулярные атаки неуловимых цефейских горцев.

Если бы в тот момент кто-нибудь сказал ему, что осада продлится чуть больше недели, он бы лично поднял этого человека на смех. Однако удача вновь улыбнулась им.

Ночью, в обстановке строжайшей секретности, начальник их роты капитан Мигело собрал всех у себя в палатке. К большой неожиданности лейтенанта, в палатке также присутствовал сам командир батальона.

Накануне поступила информация о том, что нескольких человек в замке перспектива многомесячной осады явно не устраивает. Реальной надежды на победу у них не было, и они были готовы открыть ночью ворота в обмен на личную свободу. Ввиду крайней удаленности замка и отсутствия хоть сколько-нибудь адекватной площадки, где можно было бы собрать силы для атаки, было принято решение бросить в атаку одну лишь роту. Их роту…

Под покровом ночи они должны были незаметно подняться на соседнюю скалу, куда вел разводной мост, и когда он опустится, удерживать ворота до подхода основных сил. Сердце лейтенанта сжалось от смеси тревоги и восторга. Вот он, мой шанс показать себя. Если у нас все получится, то за такую операцию точно можно ожидать повышения. А если нет…

Когда командир батальона удалился, капитан Мигело задумчиво обвел взглядом собравшихся. Он явно не разделял юношеской бравады лейтенанта и был настроен гораздо более сдержанно.

50