Случайный мир - Максим Заболотских - Страница 35


К оглавлению

35

Глава 15
Не то место и не то время

Настроение в замке и окружающем его городе было мрачным. Это было заметно практически во всем. Дедж Зандр, который обычно с удовольствием прогуливался по своим владениям, уже несколько недель не показывался из покоев.

Во дворе то и дело можно было встретить высокопоставленных легионеров, направлявшихся к нему на аудиенцию. Некоторые из них были облачены в полную боевую выкладку, несмотря на мирное время. Вельможи и советники, которые обычно важно и неторопливо прохаживались по дорожкам парка, надменно кивая друг другу при встрече, все как один куда-то подевались и предпочитали без надобности вообще не показываться на виду.

Слуги, которые лишь по разрозненным слухам догадывались, что происходит, ходили по своим обязанностям с суровыми угрюмыми лицами, стараясь не смотреть ни на своих господ, ни друг на друга.

Воздух был пропитан липким гнетущим ощущением опасности, о которой все догадывались, но никто не хотел открыто признавать. Страх прочно укоренился в сердцах, такой одинаковый в своей безысходности и в то же время такой бесконечно разный, у каждого свой.

Грузный мужчина, одетый в искусно расшитый камзол, практически шепотом рассказывал своему собеседнику что-то про блокаду торговых путей и стремительное падение доходов. При этом он все время нервно и с полной самоотдачей теребил толстую золотую цепь с массивным камнем у себя на шее, как будто от этого напрямую зависел успех его торговли.

Немолодая женщина с худощавым лицом озабоченно смотрела вслед своему сыну, уходящему на рыбный промысел в море. Однако сегодня в этом взгляде было скрыто не только обычное беспокойство за благосклонность водной стихии, но и бездонная тоска и обреченность.

Оборванный нищий уже с раннего утра сновал по почти пустым улицам, с такой силой громыхая медяками в своей старой облупившейся кружке, как будто он намеревался собрать сегодня выручку по меньшей мере на целый год вперед.

В порт то и дело заходили легкие быстроходные суда, которые так же быстро удалялись, несомые попутным ветром и уносящие с собой едва успевших выйти на берег запыхавшихся гонцов. Едва они успевали покинуть гавань, а паруса набухнуть на ветру, как из замка в разные стороны уже неслись во весь галоп всадники на поджарых конях, в дорожных сумках которых лежали туго скрученные свитки с не успевшими засохнуть печатями.

Ксермет и Джад сидели на краю арены, тяжело дыша и потирая свежие ссадины и ушибы. Рейнар стоял перед ними, уперев руки в бока, и давал им краткий анализ допущенных ими во время спарринга ошибок. В двух словах он сводился к констатации их обоюдной никчемности и непригодности к реальному бою. Не все тем не менее было для них потеряно, и решение все-таки имелось, и заключалось оно в более интенсивных тренировках. Рейнар хлопнул в ладоши, тем самым давая им понять, что он уже сказал все, что хотел.

– Ну, чего расселись здесь, воздух ловите ртами, словно собаки после охоты! Вперед, следующий раунд!

Рейнар без лишних церемоний придал дополнительный вес своим словам, грубо подтолкнув Ксермета в ребра тренировочным мечом. Ксермет подлетел в воздух под едва заметную ухмылку Джада, который не успел, однако, насладиться моментом сполна. Следующий мотивирующий хлопок плоской стороной меча опустился ему на спину, и он быстро вскочил на ноги.

– Вперед, начали! С полной отдачей, давайте! – продолжал кричать Рейнар, хмуря густые брови.

Ксермет крепко обхватил обеими руками рукоятку меча и отставил одну ногу назад, готовясь отразить удар. Джад занес меч над правым плечом, острием к противнику, и начал медленно описывать дугу вокруг Ксермета, выжидая удобного момента для атаки.

За последние полгода, которые прошли с момента их показательного выступления для цефейских княжон, Джад стал вести себя гораздо осторожнее во время боя с Ксерметом. Несмотря на то что он по-прежнему в большинстве случаев выходил из их поединков победителем, давалось ему это все с большим и большим трудом.

Ксермет начал медленно обходить Джада в противоположном направлении, держа меч в защитной позиции. Джад сделал шаг вперед, но Ксермет тут же ушел в сторону. Джад отступил и слегка замешкался. На долю секунды он оказался в оборонительной позиции, продолжая держать меч занесенным для атаки.

В этот момент Ксермет резко бросился вперед и ударил его плечом в грудь. Джад слегка пошатнулся и, не успев полностью обрести равновесие, почувствовал сильный удар коленом в живот. Он согнулся пополам и начал лихорадочно ловить ртом воздух. Ксермет сделал шаг назад, и Джад почувствовал, как холодное лезвие опустилось сбоку ему на шею и замерло, оставив на ней красную полосу и быстро набирающий размеры кровоподтек.

– Неплохо, неплохо, – прокомментировал Рейнар, подходя ближе. – Но достаточно опасный маневр. Если бы твой противник был чуть тяжелее или же чуть расторопнее, – на этом слове он одарил Джада уничижительным взглядом, – то все могло бы пойти совершенно по другому сценарию.

Ксермет едва заметно улыбнулся. Он был искренне рад своей первой победе за сегодняшний день и чувствовал, несмотря на замечания, что Рейнар был им доволен. За последние месяцы он гораздо лучше стал понимать своего учителя и, хоть так и не проникся к нему по-настоящему теплыми чувствами, начал намного больше уважать его. Не в последнюю очередь это было вызвано бо́льшим количеством времени, которое он проводил с ним. В свете последних событий количество тренировок с Рейнаром было удвоено.

При этом Рейнар занимался теперь исключительно с ним и Джадом. Все остальные ребята, которые тренировались с ними раньше, были переведены под начало другого учителя и участвовали в их тренировках исключительно при отработках сценария «весь мир против нас».

В такие дни Ксермет и Джад были вынуждены сражаться бок о бок, отражая атаки до пяти-шести человек одновременно. Но даже в тех редких случаях, когда им удавалось выйти победителями, за успешным раундом сразу следовал новый, с другими, отдохнувшими соперниками. Подобные дни заканчивались для них обычно особенно щедрой порцией новых синяков.

Кроме этого Ксермет крепко для себя решил, что больше никогда в жизни не намерен быть посмешищем в глазах публики. По крайней мере, так он сам себе говорил. В реальности понятие «публика» было достаточно относительным и ограничивалось персоной Алансы. Как бы то ни было, он тайно условился с Рейнаром о дополнительных занятиях, один на один.

Ксермет больше недели вынашивал в себе этот разговор, пытаясь предугадать реакцию Рейнара на подобную просьбу. В конце концов он был готов к любому повороту событий, от обычного отказа до грубых насмешек. Когда же все-таки собрался с духом и обратился со своей просьбой к Рейнару, он даже сам удивился, насколько гладко все прошло.

Вначале Рейнар удивленно поднял брови и с кривой улыбкой долго оценивающе смотрел на Ксермета, что-то обдумывая. Когда Ксермет был уже готов перейти к заранее продуманному поведению в случае отказа, Рейнар вдруг без лишних вопросов сказал ему, что будет ждать его каждый вторник и четверг на рассвете у старой арены.

35