Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов - Страница 7

война, исключительно религиозная». Ставший вдруг популярным Сибур озвучил цель объявленной католической Францией и уже много столетий не католической Англией войны России такими словами:

«Причина святая, угодная Богу, состоит в том, чтобы изгнать, обуздать, подавить ересь (древневизантийского патриарха) Фотия. Это – цель нынешнего крестового похода».

Так в середине XIX столетия с опозданием в тысячу лет (!) христианская, точнее – католическая Франция, не смущаясь союзом с протестантской Англией и магометанской Турцией, решила отомстить византийскому патриарху Фотию, столпу православия той древней эпохи. И ее флот с десантом из колониальных войск отправился в крестовый поход на Восток.

Такое заявление парижского архиепископа получило довольно «странный» резонанс: римский папа Пий IX был в недоумении от идеи и цели такой «священной войны», и потому на «крестовый поход» союзных Франции, Англии и Турции с ватиканской кафедры не откликнулся. Он остался только «современником» начавшегося (без преувеличения) в Евразии нешуточного «пожара».

Разумеется, в российском обществе не могли не откликнуться и на объявление войны Отечеству, и на ее «обоснования», тем более, что «гроза 12-го года» была всем памятна и ее участники еще оставались в строю. Говоря современным языком, в «идеологическую борьбу» с новоявленным врагом включилась даже русская поэзия. Поэтесса графиня Растопчина откликнулась историческим предупреждением племяннику Наполеона I Бонапарта – императору французов Наполеону III такими строками:

А ты, Луи Наполеон,тебе пример – покойный дядя!Поберегись и будь умен,на тот пример великий глядя!

Одно из подобных стихотворений, написанное В.П. Алферьевым, автора было переложено на музыку и стало популярной в те годы песней. В ней досталось вдохновителям «крестового похода» на святую Русь и наполеоновскому племяннику Луи, и британскому министру иностранных дел виконту Генри Джону Темплу Пальмерстону

Вот в воинственном азартевоевода Пальмерстонпоражает Русь на картеуказательным перстом.Вдохновлен его отвагой,и француз за ним туда ж,машет дядюшкиной шпагойи кричит «AIIons, courage!»

Лидеры союзных держав – Французской империи и Великой Британии главным в войне с Россией видели совсем не в том, чтобы спасти «доживающую свой исторический век» Оттоманскую Порту, которая в очередной раз терпела на полях брани сокрушительное поражение от своей северной соседки. Главным, прежде всего для «владычицы морей» Англии, было сокрушить империю династии Романовых и лишить ее нарастающей морской мощи, опоры на берегах Мирового океана.

То есть лишить государство Российское его исторического права иметь на Черном море военно-морской флот и морские крепости, не дать закрепиться в устье Дуная. В Балтийском море – укреплений на Аландских островах, стороживших вход в Финский залив, и морских крепостей в этом заливе. На Беломорье, в Белом и Баренцевом морях – судоходства вообще. А на берегах Великого (Тихого) океана – самих берегов, прежде всего Камчатки и подступов к устью Амура. Планы были глобальными и, как показали последующие события, далекими от реальности. Если, разумеется, не считать Крыма и Севастополя.

Французский исследователь Виктор Жоли в своей работе «Ложь и правда о войне на Востоке» (переведена на русский язык и опубликована в 1855 году) дал такую характеристику Крымской войне:

«Если история займется когда-нибудь этой туманной и кровавой интригой, называемой Восточною войною, то, без сомнения, удивится ослеплению государственных людей, управлявших в 1854 г. делами Европы».

Неслучайно русский военный разведчик и ученый, успешно окончивший Николаевскую академию Генерального штаба и имевший большой боевой опыт, генерал-майор А.Е. Едрихин (Вандам) в одной из своих работ «Геополитика и геостратегия» так описал желаемое и достигнутое союзниками в Крымской войне:

«…Людовик Бонапарт повернул Францию от республики к империи; 2 декабря 1852 г. он взошел на престол под именем Наполеона III, а 10 апреля 1854 г. оформил свои тайные соглашения с английским кабинетом союзом против России…

Вслед за этим англо-французские эскадры двинулись к Петропавловску-на-Камчатке, в Белое и Балтийское моря, а главные силы союзного флота и десантная армия направились в Черное море и на Крымский полуостров.

С безошибочностью хорошего хронометра подготовив таким образом удар и направив его одновременно на все наши побережья, Англия утопила наш Черноморский флот, начинавший уже выдвигать из себя нахимовых и корниловых, дотла разорила его базу, сделала Черное море нейтральным и запретила нам строить на нем новые военные суда».

Восточная война, ставшая на второй ее год называться Крымской (а у ряда исследователей – Севастопольской) войной, охватила три океана, исключая Индийский. Ее эпицентром стал Севастополь. Боевые действия на других театрах Восточной войны имели важное, но все же лишь второстепенное значение. Важнейшим же театром боевых действий был и оставался Крым с главной военно-морской базой России на Черном море городом-крепостью Севастополем.

На других театрах союзники – Великобритания, имперская Франция и отчасти Оттоманская Порта – преследовали цель заставить императора Николая I и высшее русское командование рассредоточить свои силы и ресурсы. Иначе говоря, отвлечь внимание от Крыма, сразу же превратившегося в главный театр Восточной войны, которая стала с сентября 1854 года называться еще и как Крымская. В деталях это выглядело следующим образом.

На Балтике неприятель стремился разрушить отлаженную еще с Петровской эпохи систему обороны российского побережья (прежде всего в Финском заливе), создать реальную угрозу столице Российской империи Санкт-Петербургу и морской крепости Кронштадт с его фортами и нанести максимальный урон флоту Балтийского моря, равно как военному, так и гражданскому.

На Русском Севере главной целью неприятеля в лице англичан стало сокрушение портового Архангельска и Соловецкого монастыря, подлинной старинной крепости на Беломорье, максимальное разорение любых поселений на побережье Белого моря и Мурмана, истребление там российского судоходства как торгового, так и промыслового.

На Черноморском побережье Кавказа задача союзного флота состояла в разрушении и по возможности захвате любых укреплений на побережье Северного Кавказа, Абхазии и Гурии, изгнании оттуда российских войск, установлении «союзных» связей с имаматом Шамиля (Кавказская война была в разгаре). Речь шла о возвращении султанской Турции ее былых обширных кавказских владений, прежде всего Грузии и Абхазии. Эти земли были потеряны османами в целой серии русско-турецких войн XVIII – начала XIX столетия, о чем не уставали помышлять в Стамбуле.

Подобные намерения касались и берегов моря Азовского и юга Новороссии с ее крупнейшим на водах Черного моря городом и преуспевающим коммерческим портом Одессой. Надлежало изгнать Россию из устья Дуная и лишить ее крепостей на берегах великой реки Европы. Союзники не скрывали своих намерений ликвидировать российское мореплавание на Черноморье, не дать ему «выплеснуться» в Средиземноморье, на его оживленные торговые пути.

Враги России отчасти добились своего: по итогам проигранной Крымской войны России было запрещено иметь здесь военный флот, а город-крепость Севастополь перестал на немалое время являться военно-морской базой. Россия временно лишилась северной части дунайского устья с крепостью Измаил.

На Тихом океане всерьез озабоченные Великая Британия и Французская империя стремились отбросить Россию от его берегов. Эти две великие колониальные державы страшило то,