Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов - Страница 35

у анатолийского сераскира Абди-паши не получилось.

Гарнизон поста Святого Николая продолжал вести неравный бой в полном окружении. На каждого его защитника приходилось до десяти врагов, не уступающих ему в вооружении. Под самое утро на пограничной заставе кончились боеприпасы. Атакующих теперь отбивали уже только в рукопашных схватках. Получив две раны, отважно бился в первом ряду гурийских милиционеров князь Георгий Гуриели. Когда вражеская пуля смертельно ранила его в грудь, он передал командование ополченцами 16-летнему сыну Иосифу, тоже погибшему в том неравном бою.

Видя, что военный пост отстоять уже просто нельзя, последние его защитники на рассвете бросились в отчаянную контратаку, которая должна была решить их судьбу. Русские пехотинцы из Черноморского линейного батальона дружно ударили в штыки, воины-гурийцы – в шашки. Они пошли на прорыв сквозь турецкие ряды. И случилось в той ситуации настоящее чудо – они прорвались в лесную чащу.

Проложив себе дорогу штыками и шашками, вышли из окружения живыми, хотя и сильно израненными, только три офицера, 24 рядовых стрелка-черноморца и часть гурийских милиционеров. Наседавшие было на них турки побоялись преследовать остатки гарнизона Шекветели в лесу, даже днем.

Остальной гарнизон поста Святого Николая, его доблестный начальник пехотный капитан Щербаков, почти две сотни грузинских воинов-ополченцев вместе с князем Георгием Гуриели погибли со славой и честью в бою, в котором победа была добыта османами исключительно благодаря своему численному превосходству. Их неудача здесь заключалась в том, что внезапность высадки десанта на морское побережье не состоялась.

Шекветели в тот же день подвергся полному разгрому. О том, как привычно вело себя султанское воинство на захваченных закавказских землях, лучше всего говорит следующее свидетельство:

«При взятии крепости Св. Николая турки неистовали страшным образом. Они распяли таможенного чиновника и потом стреляли в него в цель; священнику (иеромонаху Серафиму) отпилили голову; лекаря запытали, допрашивая, куда он спрятал деньги, перерезали женщин и детей и, наконец, у одной беременной женщины вырезали уже живого ребенка и тут же на глазах еще живой матери резали его по кускам».

Кровавой страницей открылась Восточная война на Кавказе. По-разному можно назвать эту страницу той далекой войны – Шекветели, пост Святого Николая, пристань Святого Николая. Но суть ее одна. Бесстрашие в своем большинстве погибшего пограничного гарнизона дало новую славу российскому воинству, еще раз показавшему собственную крепость братством воинов разных национальностей.

Совершив нападение в ночь на 16 октября на пост Святого Николая, самое южное укрепление Черноморской береговой линии, турки с большими для себя потерями захватили его. Торжествуя, они явно не ожидали, что русские попытаются отбить приграничный пост. Поэтому появление 20 октября перед ним в море военного парохода «Колхида» стало для османов полной неожиданностью. Но они сразу же открыли огонь из орудий береговой батареи, устроенной в Шекветели, опасаясь высадки десанта.

На борту «Колхиды» действительно находилась рота 11-го линейного № 11 черноморского батальона. Пароход стал маневрировать перед постом, но неудачно: он носом «наехал» на мель. Черноморские стрелки повели ружейный огонь по туркам на берегу, а пароходная команда сумела за три часа снять «Колхиду» с мели. Но ей, чтобы облегчить судно, пришлось сбросить в море часть угля и тяжелых цепей, а также срубить носовую мачту. В итоге всех этих усилий военный пароход перестал быть неподвижной мишенью у берега.

Только после этого корабельные орудия «Колхиды», расположенные по борту (на носу их не было), смогли открыть ответную пальбу. Их огнем была потоплена турецкая кочерма с абордажной партией, которая попыталась было захватить русский корабль, как казалось, надежно севший на мель.

После жаркой перестрелки, не давшей желаемого результата, пароход «Колхида» возвратился на стоянку близ Сухум-Кале. В ходе морского боя у поста Святого Николая судно получило до 120 самых различных пробоин, что потребовало срочного ремонта. Погибли командир корабля лейтенант К.А. Кузьминский, два матроса и 11 стрелков из числа нижних чинов. Раненых набиралось много. Командованию стало ясно, что приграничный пост уже не вернуть до окончания войны.

Однако о захваченном турками пограничном посту не забывали. С изданием 20 октября высочайшего манифеста о начале турецкой войны командование Черноморского флота озаботилось защитой с моря Черноморской береговой укрепленной линии от турок. Для этой цели был создан специальный отряд под командованием вице-адмирала Л.М. Серебрякова. В его состав вошли: фрегаты «Мессемврия» и «Сизополь», корветы «Андромаха» и «Пилад», бриг «Птоломей» Абхазской экспедиции. Экипажи этих кораблей имели немалый опыт крейсерских плаваний у берегов Кавказа.

К отряду Серебрякова присоединили из состава Отдельного Кавказского корпуса три вооруженных парохода («Могучий», «Боец» и «Молодец»). Пароходы вели на буксире 8 больших мореходных лодок с казаками Азовского войска, которые предназначались для высадки десанта.

Отряд в ноябре произвел бомбардировку поста Святой Николай, но высаживать десант не стали, поскольку там, как было достоверно известно, находился сильный турецкий гарнизон. Он загораживал собой путь к Батуму, до которого у командования Отдельным Кавказским корпусом все не доходили руки. После обстрела Шекветели вице-адмирал Л.М. Серебряков вознамерился совершить рейд к берегам Анатолии. Однако от него из-за установившейся штормовой погоды пришлось отказаться.

Но успех все же был: в 40 милях от Батума русским кораблям повстречались 5 турецких кочерм с грузом: одна из них была захвачена, а остальные смогли выброситься на берег. После этого турки стали предпринимать меры предосторожности для своего мореплавания у собственных берегов. Прикрытием служили и пушки на берегу у Шекветели.

Что бы ни говорили тогда и после, но героическая защита пограничного поста Святого Николая получила известность не только в России, но и в Европе. Доказательством тому служит работа Ф. Энгельса о Восточной войне 1853–1856 годов, которая относится к числу избранных его военных трудов. В этой работе он дал такое определение:

Со «времени занятия турками Шекветиля, или пристани св. Николая, ими не было взято ни одного пункта, имеющего какое-либо значение ни одной, хотя бы ничтожной победы».

…Война Российского государства против враждебной ему коалиции европейских держав – Франции и Великобритании, выступивших в поддержку терпевшей одни поражения султанской Турции, сразу же пришла на Кавказ нападением на пост Святого Николая. Ее начало вновь вернуло генерал-лейтенанта В.О. Бебутова, обладателя многих боевых орденских наград, на ратное поприще: поприще тифлисского администратора ему пришлось оставить. Кавказская граница в Крымской войне сразу же оказалась в огне малых боев и больших сражений. Ему предстояло стать во главе Отдельного Кавказского корпуса.

Первая военная кампания 1853 года, равно как 1854-го и 1855-го, на Кавказе протекала в очень трудных для России условиях. И если эта кампания ознаменовалась рядом блестящих побед, вершиной которых стало взятие крепости Карс, то, в конце концов, именно эти победы оказали большое влияние на ход мирных переговоров в Париже в 1856 году.

Победы на территории Азиатской Турции были достигнуты не только благодаря храбрости