Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов - Страница 14

чтобы в рапортах ко мне писана была одна правда, как есть без романов и пропусков, вводящих меня в совершенное недоумение о происходящем…

Потерять 2000 человек, лучших войск и офицеров, чтобы взять шесть орудий и дать туркам спокойно воротиться в свое гнездо, тогда как надо было радоваться давно желанному случаю, что они как дураки вышли в поле, и не дать уже ни одной душе воротиться, – это просто задача, которой угадать не могу, но душевно огорчен, видя подобные распоряжения…

Ежели так будем тратить войска, то убьем их дух и никаких резервов недостанет на их пополнение. Тратить надо на решительный удар, где же он тут???

…Спеши мне все это разъяснить и прими меры, чтобы впредь бесполезной траты людей не было, что грешно и, вместо того, чтобы приблизить к нашей цели, удаляет от оной, ибо тратит драгоценное войско тогда, когда еще много важного предстоит и обстоятельства все грознее…»

Считается, что гневное письмо самодержца возымело действие на генерала от артиллерии М.Д. Горчакова, старого соратника николаевского полководца И.Ф. Паскевича-Эриванского, который по службе таких промахов не допускал, за что ценился императорами братьями Романовыми – Александром I и Николаем I.

Турецкая сторона записала дело при Четати в свой актив, о чем была уведомлена вся заинтересованная Европа. Но это были еще не все из активных действий турецкой стороны. Близ Рущука, у Никополя и Систова турецкие «партии» в сильном составе не раз пытались переправиться через Дунай, чтобы завязать бои на земле Валахии. Но эти вылазки на левый берег реки постоянно и достаточно успешно отражались русскими войсками. Турки, начав терпеть неудачу и уже не упорствуя, стремились сразу же уйти за реку с минимальными потерями.

Большой успех на дунайских водах имела русская артиллерия. В конце января 1854 года русские прибрежные батареи, ведя огонь по судам турецкой Дунайской флотилии в местах их стоянок у крепостных Рущука, Никополя и Систова, многим из них нанесли серьезные повреждения. Турецкие речные суда или выводились из строя, или были разогнаны по Дунаю под защиту своих береговых батарей. Теперь им собираться в большие отряды стало опасно даже у болгарского берега, а не только у дунайского устья.

Турки, со своей стороны, 20 февраля предприняли попытку большими силами уничтожить левобережные батареи русских, расположенные напротив крепости Силистрия. Такая «диверсия» успеха не имела, поскольку батареи оказались с надежным пехотным прикрытием. Более того, с началом боя к его месту поспешила русская кавалерия. Пушки стали бить по речным судам, и потеря только малой части из них грозила бедами десанту: он мог оказаться «брошенным» на валахском берегу.

В истории Восточной войны 1853–1856 годов этот бой через реку перед Силистрийской крепостью с турецким десантом на левобережье Дуная венчал собой первый период Дунайской кампании. Кампания продолжилась переходом русской армии через Дунай 11 марта 1854 года, чего от нее ожидала вся Россия.

…Зимой 1853/54 года боевые действия на Дунайском театре Восточной войны утихли с той и другой стороны. Они были ограниченными, без каких-либо всплесков активности. Но в каждом случае турки пытались оказаться на валахском берегу Дуная, закрепиться там на время и нанести русским войскам хотя бы небольшое, но все же поражение. В продолжительные столкновения османы не ввязывались и при реальной опасности старались с малыми потерями вернуться на правобережье.

Русское командование в лице генерал-адъютанта М.Д. Горчакова принимает решение форсировать Дунай и перенести боевые действия на болгарский берег. То есть речь шла о наступательной операции. Требовалось переправить три армейских корпуса. Переправа начиналась с переброски через реку передовых отрядов на различного рода судах, лодках и паромах. После захвата плацдармов на противоположном берегу сразу же наводились наплавные мосты с использованием понтонов, плотов, больших лодок и речных судов.

Ожидалось противодействие турок. Для огневого обеспечения участков переправ на их флангах устанавливались сильные артиллерийские батареи. Чтобы воспрепятствовать входу турецких судов в Дунай из Черного моря, в Георгиевском рукаве были затоплены два старых судна, а Сулинский рукав перекрыли цепью.

Была обеспечена скрытность форсирования Дуная: с 9 марта проводились демонстрационные действия на ложных переправах в районе Персово. Такая умелая организация перехода через Дунай с последующим сосредоточением войск (46 тысяч войск при 166 орудиях с тылами) на правый берег менее чем за трое суток.

Форсирование началось 11 марта одновременно на трех участках. В районе Браилова она началась в 16.00: отряд почти в 11 тысяч человек во главе с самим командующим армией генералом от артиллерии М.Д. Горчаковым. Переправа на судах и лодках началась одновременно с наведением наплавного моста из паромов и судов. Однако из-за сильного ветра наводку моста пришлось прекратить и возобновить только через двое суток, но при этом переправа войск не пркращалась.

В районе Галаца переход через Дунай отряда (около 20 тысяч человек) генерала Лидерса начался на рассвете того мартовского дня. К его исходу на лодках и единственном пароходе была перевезена большая часть пехоты и 15 полевых орудий. Остальная часть отряда с артиллерией и обозы переправились по наплавному мосту длиной в 450 метров, сооружение которого началось вечером 10 марта и закончилось 12-го числа. Для «галацкого» моста было использовано 54 парома (каждый состоял из двух плотов) и 6 малых судов.

Для форсирования Дуная использовались самые различные плавсредства. У Браилова и Галаца ими были большие суда, которые могли принять на борт до пехотной роты каждое, чаны (речные суда, имевшие палубу) перевозили артиллерию (орудия, зарядные ящики с конной упряжкой), малые суда, баркасы и рыбачьи лодки.

В районе Измаила (близ речного устья) переправа почти 15-тысячного отряда генерала Ушакова началась в 10.00. Она осуществлялась на четырех паромах, 147 рыбачьих лодках и 15 канонерских лодках Дунайской военной (гребной) флотилии.

Так в марте месяце 1854 года русская армия большими силами перешла Дунай и стала закрепляться на его правобережье. Она овладела турецкими крепостями Тульча, Исакча и Мачин, приобрела три «обеспеченных» переправы через полноводную реку и при этом понесла крайне малые потери в людях: 25 офицеров и около 750 нижних чинов убитыми и ранеными. Можно сказать, что форсирование Дуная прошло успешно.

Сильное сопротивление встретил только отряд генерал-лейтенанта Ушакова, который наводил переправу в узком месте Сулинского рукава. Там береговой тростник помог скрыть сосредоточение войск и переброску их авангарда. 11-го числа артиллерия Дунайской военной флотилии и батареи на левом берегу оказали сильное огневое давление на турецкие батареи, после чего началась перевозка десанта на правобережье. Отличились егеря Полоцкого полка под командованием генерал-майора Копьева, захватившие мост у Сомова гирла. Турецкие береговые укрепления брались коротким штурмом.

Но здесь следует учитывать то, что при переходе через Дунай русская армия действовала не против главных сил турецкой армии Омер-паши, сосредоточенной в крепостном «треугольнике» между Шумлой, Варной и Рущуком, а