Кошмар на улице Кошмаров - Роберт Лоуренс Стайн - Страница 10

в этом районе.

Он должен был связаться с мамой. Найти ее и спросить, почему исчез их дом.

Шон умолял ее уехать отсюда с тех пор, как они переселились на улицу Кошмаров. Но, конечно, она не уехала бы, не предупредив его.

Да и как мог их дом полностью исчезнуть, пока Шон был в школе? Может, он ошибся кварталом? Или адрес не тот?

Он повернулся и посмотрел вдоль улицы. Странный дом из красного кирпича стоял на положенном месте. Стало быть, квартал тот. Тогда где его дом?

А потом его поразила еще более страшная мысль…

Где мама? Она же работала дома.

Но если не стало дома…

Его сестренка исчезла. И дом тоже исчез.

Внезапно у Шона появилась идея. Он вспомнил, что несколько раз замечал во дворе пожилую соседку и махал ей рукой. Она ходила в мохнатой шубе до самых щиколоток, хотя до холодов было еще далеко. Ее распущенные седые волосы развевались на ветру.

Шон глубоко вздохнул и пошел по подъездной дорожке к ее крыльцу, собираясь расспросить ее о пропавшем доме. Поднявшись по ступенькам, он прочитал ее имя на почтовом ящике у входной двери: миссис Ханна Стейли.

Шон потянулся к звонку, но остановился.

Что он ей скажет?

Нельзя же сказать: «Здрасьте, вы тут мой дом не видели?»

Или: «Тут вроде утром дом стоял?»

Она решит, что он ее разыгрывает.

Но что же сказать?

Шон решил, что просто попросит у нее телефон. Тогда он позвонит маме, и она объяснит, в чем дело. И придет за ним.

Так-то лучше.

Он снова потянулся к дверному звонку.

Но тут же отскочил: из дома донесся свирепый звериный вой. Испуганно ахнув, Шон чуть не свалился с крыльца.

Снова послышался угрожающий вой.

Собака. Она зашлась лаем. Злобным. Оглушительным.

«Предупреждает», – подумал Шон. Видно, злющая зверюга!

А вдруг она кинется, как только соседка откроет?

Долго ждать ему не пришлось.

Внутри звякнула цепочка.

Дверь распахнулась.

– Не-е-ет! – Заслонившись руками, Шон с криком отшатнулся к стене. – Не-е-е-ет!

Глава 18. Где собака зарыта?

Миссис Стейли выглянула из-за двери. У нее были ярко-зеленые глаза, и при виде Шона они изумленно расширились.

– В-ваш пес… – пролепетал Шон, – не кинется?

Глаза соседки сузились. Она нахмурилась.

– У меня нет пса.

Он вытаращился на нее. Она открыла дверь и замерла на пороге. Лай и вой стихли.

– Но я же слышал… – Слова застряли у Шона в горле. Он с усилием отлепился от стены.

Седые волосы миссис Стейли были на этот раз стянуты в хвост. На ней было ярко-красное платье и темно-бордовые колготки. Помада была в тон платью.

– Чем могу помочь, молодой человек? – Ее лицо изборождали морщины, но голос был как у молодой.

– Мой дом… – Шон посмотрел в сторону пустыря. – Я… я живу по соседству.

– Нет, не живешь, – сказала миссис Стейли. – Ты про дом Эпплбаумов? Так его пять лет как снесли. С тех пор там никто ничего не строил.

Шон моргнул.

– Нет. Я… э-э…

Она посмотрела на него в упор.

– Ты уверен, что не ошибся улицей?

– Да. Это же улица Кошмаров, верно?

Соседка кивнула.

– Но никакого дома по соседству нет. Ты, видать, ошибся адресом.

– Я… Мне так не кажется, – проговорил Шон еле слышно.

– Не гляди так испуганно, – сказала миссис Стейли. – У тебя мама или папа есть? Уверена, они помогут найти твой дом.

– Моя мама… – выдавил Шон. – Можно от вас позвонить? У меня телефона нету.

Она подняла руку.

– Жди здесь. Я схожу за телефоном. – И миссис Стейли скрылась в доме.

Шон подался вперед и заглянул в дверной проем, почти ожидая увидеть собаку. Лай совершенно точно доносился из дома. Однако он увидел лишь самую обыкновенную гостиную с длинным коричневым диваном и такими же креслами.

Он отступил, когда миссис Стейли вернулась. Она протянула ему телефон.

– Звони маме. Она отведет тебя домой.

– Спасибо. – Крепко сжав телефон, Шон набрал мамин номер.

Один гудок… второй…

– Алло? – ответили глубоким басом.

– Э-э… – Шон не смог скрыть удивления. – Это Шон. Моя мама здесь?

– Твоя мама? – переспросил мужчина.

– Миссис Ханниган, – пояснил Шон. – Миссис Ханниган здесь?

– Ты ошибся номером, – сказал мужчина. – Здесь такой нет.

Глава 19. Мама, это ты?

Мужчина отключился.

«Может, я неправильно набрал?» – подумал Шон.

Он уставился на номер. Нет. Это точно мамин. Он не мог ошибиться. Он набирал его тысячу раз.

Миссис Стейли потянулась за телефоном.

– Не получилось?

– Не получилось, – эхом отозвался Шон и отдал ей телефон.

– Рада бы помочь, – сказала она, – но у меня на плите запеканка.

Шон кивнул.

– Ничего страшного.

– Уверена, твой дом где-то поблизости, – сказала миссис Стейли.

– Наверное… – Шон был совершенно сбит с толку.

– Почему бы тебе не вернуться в школу и не попросить помощи у кого-то из учителей? – предложила она.

– Да, хорошо, – ответил он. – Отличная идея. Спасибо.

– Удачи. – Она закрыла дверь.

Шон повернулся и спустился с крыльца. Он был на полпути к улице, когда снова услышал бешеный лай.

В доме миссис Стейли точно есть пес. Зачем же она солгала?

Она казалась любезной, старалась помочь. Почему же она сказала, что у нее нет собаки?

Шон повернулся и посмотрел на пустырь по соседству. Легкий ветерок качал бурьян.

«Где мой дом? Где?»

Миссис Стейли подкинула ему хорошую идею. Он вернется в школу и найдет кого-нибудь, кто ему поможет.

Шон побрел обратно по улице, но его остановил громкий гудок. Рядом затормозил темно-синий внедорожник с женщиной за рулем. Окно с ее стороны опустилось, и Шон сощурился. Солнечный свет мешал ему разглядеть ее.

– Шон, где ты был? – спросила она. – Ты почему идешь пешком? Я же сказала, что заберу тебя.

– Мама? – Шон бросился к машине.

– Поторопись, мы опаздываем, – сказала она. – Залезай.

Он еще сильнее прищурился и наконец разглядел ее лицо.

– Нет! – вскричал он. – Вы… вы не моя мама!

Глава 20. Ты репетировал Шопена?

Она смотрела на него сквозь синие очки. Ее белокурые волосы были повязаны голубой банданой.

– Шон, ну не дури, – сказала она. – Забирайся. Мы опаздываем. Нет у нас времени на твои шуточки.

– Но… но… – лепетал Шон.

– Залезай!

– Но… я вас не знаю! – воскликнул он. – Вы не моя мама!

Она застонала.

– Шон, не смешно. Твои шуточки у меня уже вот где. – Она изобразила рукой соответствующий жест. – Может, сядешь уже? Я теряю терпение.

Ноги Шона приросли к тротуару.

«Она узнала меня. Она меня знает. Она считает себя моей мамой. Но она не мама!

Что же