Книга совпадений. Чудеса на дороге к Богу. Рассказы - Александр Альбертович Казакевич - Страница 30

в наших одеждах не было жарко. Город, несмотря на то что расположен недалеко от Иерусалима, отличается своим микроклиматом. Здесь холоднее. Кроме того, уже свечерело, и будь на нас легкие куртки, мы бы запросто продрогли.

Георгий восхищенно говорил:

– Знаешь, друг! А ведь это Господь о нас позаботился, пока мы еще были в Москве. Ему же известно, что здесь зимой тоже очень холодно, особенно вечером. Поэтому Он решил затмить наши головы, чтобы мы оба позабыли о легких одеждах. Представляешь, как бы мы сейчас в них страдали!

– Я тоже об этом думаю. И еще думаю о том, что нам с тобой на праздник неплохо бы причаститься: мы соблюдали весь рождественский пост, в самолете и после не вкушали ни пищи, ни воды. Осталось вычитать правило и найти русскоязычного священника для исповеди.

Георгий промолчал, но и спорить не стал.

Наверное, просто сил не было.

И вот, не без аккуратной петли по улицам Вифлеема и плутания по паре-тройке городских закоулков, мы все-таки подъехали к нужной нам улочке. Ворота нам открыл вратарник. Дедушка лет шестидесяти, с седой бородкой, в выцветшем китайском пуховике, надетом на теплый свитер. Долго вратарник не хотел понять, почему мы приехали с ослом, запряженным в телегу, и не хотел нас запускать даже на территорию отеля. Но и оставить несчастное животное было нигде не возможно: улочка была узкой-узкой. Там даже люди с трудом могли разойтись. Телега с ослом просто лишила бы эту улицу всякого движения. Был бы скандал.

И вратарник как-то сердобольно вздохнул, показал, что делать нечего, и открыл ворота. Мы стали благодарить его и объяснять, что мы сами оказались здесь заложниками ситуации.

Он нас не очень-то понимал, но сразу принялся заниматься осликом: взял ведро и смиренно пошел за водой и кормом для животного. А мы ввалились в гостиницу, чтобы попросить для себя номер. Администратор посмотрел на нас, как на инопланетян:

– Какие могут быть свободные номера? У нас сейчас даже табуретку лишнюю поставить негде! Вифлеем переполнен! Рождество – наш главный праздник! Можете оставить у нас багаж и пойти поискать что-нибудь.

– У нас нет багажа, – ответили мы.

Администратор пожал плечами. Здесь на разных паломников насмотрелись. Конечно, с телегами и ослами до нас не было никого, но без багажа, я думаю, встречались. Может, мы оставили вещи в другом месте, а на одну ночь заехали в Вифлеем.

– Знаешь, – сказал я Георгию, – все так и будет, пока мы не приложимся к Звезде на месте рождения Христа. А после этого все наладится.

Улица Молочного Грота находится в двух шагах от центральной площади города. Туда мы добрались, как ни странно, без приключений. Праздничная служба должна была начаться часа через четыре, но народу в базилике было уже много. Приложиться к месту рождения Спасителя оказалось возможно. Наверное, большинство прихожан приехали гораздо раньше нас и успели это сделать. Мы соскочили по ступенькам в самую знаменитую пещеру в мире и упали на колени перед серебряной четырнадцатиконечной Звездой. И что-то невероятное произошло с нами в эти мгновения. Мир словно отдалился, а мы остались одни со Святым Семейством. В непостижимые умом мгновения мы поделились с Младенцем Христом, Девой Марией и Иосифом и бедами, и радостями. И все успели, хотя у нас было всего по паре секунд, после которых надо было уступить место у Звезды Вифлеема тем, кто следовал за нами. Очереди в пещеру хотя и не было, но люди все равно к ней шли, и Звезда никогда не пустовала.

Теперь надо было прочитать правило ко Святому Причащению и найти батюшку, который смог бы нас исповедовать. С правилом никаких проблем не оказалось: они есть на моем мобильном телефоне. Я, правда, боялся, что батарейки мобильного не хватит, но все обошлось, и экран погас через минуту, как мы прочитали последние молитвы. А вот со священником оказалось сложнее. Греческих батюшек было много, но они не понимали по-русски. Мы молились и каждый раз поглядывали по сторонам: вдруг Господь пошлет того, кто нам нужен. И этот кто-то появился. В облачении священника прошел один из двух сорокалетних мужчин, с которым мы общались в доме рожающей Маши. Это он говорил по-русски. А рядом с ним шла женщина, которая вернулась из аэропорта после неудачной встречи Маши.

«Попадья», – назвал я ее про себя.

Они увидели нас и радостно заулыбались:

– Родила! Маша родила мальчика! Представляете! Спасибо вам большое! Ведь что угодно могло произойти!

– Мы очень рады! Как она себя чувствует?

– Она спит! Мы оставили ее с мамой, а сами ушли на службу.

– Батюшка, выручайте нас! Мы должны исповедоваться, а некому. Вот вас нам Бог и послал!

– Но у меня только десять минут! Я зашел сюда приложиться к Звезде и сразу же бегу в свой приход. Вы успеете?

– Успеем, конечно, успеем!

И мы его не обманули. Зная привычку Георгия исповедоваться долго, изводя священника размышлениями на душеспасительные темы, я пошел к батюшке первым. Но, на удивление, Георгий в этот раз оказался лаконичным и уложился в оставшееся время. Кроме исповеди мы ничего не успели, батюшка исчез вместе со словом «аминь» после разрешительной молитвы над головой Георгия. И попадья вместе с ним тоже исчезла.

И потянулось время ожидания.

Мы сидели неподалеку от пещеры на черных раскладных стульях, которые взяли в дальнем углу церкви. Когда сидеть стало невыносимо, принялись бродить. Это не особенно получалось, потому что прихожан прибыло. Началась теснота. Мы отступили ко входу в пещерку. Пересчитали все ступеньки, которые вели к месту Рождества. И что выяснилось: с одной стороны ступенек 13, а с другой, на выходе, 16. А ведь во всех путеводителях написано, что ступенек 15. Оказалось, что их просто никто не пересчитывал. И я понимаю почему: там так теряешься, что совсем не думаешь о таких несущественных деталях, как количество ступенек. Вот авторы путеводителей и списывали информацию друг у друга. А кто-то из первых авторов ошибся. И эта ошибка живет в справочниках по Вифлеему уже второе столетие.

И, конечно, все это время мы высматривали Егора Фомича и матушку Тамару с нашими паспортами. Они же ехали сюда, на праздник, они должны появиться в базилике! Но мы их нигде не видели.

– Может, их до сих пор держат в полиции? Может, им дали срок? – переживал я.

– А может, они все специально затеяли, чтобы завладеть нашими документами? Вдруг они аферисты? Наживаются на документах наивных путешественников! – отрезвлял меня Георгий.

– Что они здесь с ними делать будут? Зачем им наши паспорта?

– Давай лучше думать, как их найти.

– В одной из центральных газет Израиля писали о нашем деде. В самолете лежала эта газета. Матушка нам ее показывала. Там есть и его фото, и имя, – поделился я своей идеей.

– Ну и что, если мы будем знать его имя? В полицию мы заявить не сможем, по понятным тебе причинам, ни с той, ни с этой стороны стены.

– Да, это правда. Надо еще немного подумать.

Я снова присел на стул, а Георгий решил пройтись по храму: вдруг наши старички где-нибудь стоят в сторонке, а мы их не видим. В это я как раз совсем не верил, потому что если человек приходит в базилику, непременно подойдет к яслям Господа. Я смотрел на этот вход, который так много значит не только для христиан! Мусульмане тоже приходят сюда поклониться маленькому Исе и Его великой Матери. Именно вопрос, кому будут принадлежать ключи от этого храма, привел