Кейта: Дочь Леса. Книга 3 - Мария Эмви - Страница 45

продуманному маршруту. Начертанному не на картах, а на полотне самой судьбы.

Эрлик поднял руку вверх и произнес всего одно слово:

— Время, — голос, усиленный магией, прозвучал в голове у каждого мертвеца. И армия, без единого звука, как хорошо отлаженный механизм, пришла в движение. Они разворачивались, строились в ровные колонны. Все слаженно, без суеты и эмоций. Эрлик сел на ханского вороного коня, который тоже был теперь лишь послушной оболочкой, по одному лишь велению злого духа. И первый пункт назначения был выбран с изощренной жестокостью. Целью был не шаманский айыл, защищенный лесом и магией, Эрлик повел свою армию на запад. Туда, где в небольшой долине, зализывая раны и оплакивая своего главнокомандующего, стоял лагерь клана Белого Сокола. Практически полностью разгромленный, ослабленный и абсолютно не готовый к такому внезапному сражению. Это будет настоящая жатва, богатый урожай сильных, яростных воинов, чьи души были полны жажды мести, которую Эрлик с удовольствием утолит, а затем обратит в свою пользу. Владыка Тьмы ехал во главе своей безмолвной зеленоглазой армии, и легкий степной ветер трепал тронутые сединой волосы хана Хулана. Эрлик наслаждался, он был не просто завоевателем, а художником. И он собирался нарисовать на этой серой скучной земле свою самую идеальную и самую кровавую картину.

* * *

Кейта вздрогнула так, словно ее ударило молнией, и резко подскочила, издав короткий, сдавленный вскрик. Дезориентированная, с бешено колотящимся сердцем, она чуть не завалилась прямо в тлеющие угли костра, но сильная рука тут же подхватила ее под локоть, не дав упасть.

Девушка не сразу поняла, где находится. В глазах еще стояла кошмарная, до тошноты реальная картина: мертвый застывший улус, пустые глаза сказительницы, замершей перед своими учениками, и хан Хулан с торжествующей, но такой чужой улыбкой на лице… Кейта моргнула раз, другой, отчаянно пытаясь стряхнуть с себя удушающее видение. Вокруг уже был не ад, удаганка находилась в тихом временном лагере, погруженном в предрассветную тишину. Ровно и спокойно горел костер, потрескивая сухими поленьями. Ночь была прохладной, но безветренной, и в чернильно-черном небе висели яркие звезды. Кейта сидела на толстом бревне у огня, а рядом, так близко, что она уснула, невольно прислонившись к нему, сидел Инсин. И рука степного воина сейчас крепко, почти болезненно, держала ее плечо, возвращая в реальность.

Увидев его лицо, эти встревоженные, родные глаза, освещенные мягким светом пламени, Кейта наконец-то выдохнула. Это уже не сон, она была здесь, в безопасности. Рядом с ним.

— Кошмары? — тихо спросил Инсин, его голос был полон заботы. Юноша не отпускал ее, чувствуя, как шаманка едва заметно дрожит. Похоже, она и правда заснула прямо на его плече, пока они вдвоем несли ночной дозор, тихо переговариваясь и глядя на огонь. Кейта медленно покачала головой, все еще пытаясь отдышаться, пытаясь заставить свое сердце биться ровнее.

— Нет, — прошептала девушка, ее собственный голос показался ей чужим. — Не кошмары, хуже.

Удаганка посмотрела на Инсина, в ее глазах, отражавших пляшущее пламя, стоял такой неподдельный первобытный ужас, что он тут же подвинулся ближе, инстинктивно обнимая Кейту за плечи, пытаясь согреть и защитить.

— Эй, что такое? Что ты видела, Кейтам? Ты вся дрожишь.

Это было не похоже на ее обычные пророческие сны, полные символов и метафор. Образы были слишком яркими, слишком… детальными. Выглядело все настолько правдоподобно, что было похоже на вещий сон. На видение. Словно это было то, что происходит прямо сейчас. Кейта прижалась к любимому, к его теплу и его размеренному сердцебиению, пытаясь унять свою собственную дрожь.

— Я… была там, — произнесла девушка дрожащим голосом. — В степи, в вашем улусе.

Удаганка закрыла глаза, но жуткие картины продолжали стоять перед ее внутренним взором. Она начала рассказывать Инсину все, что только что видела, с той кристально-ужасающей ясностью, с какой только может говорить провидец, ставший свидетелем конца света.

— Хан… твой отец, он проснулся. Он вышел из своего гэра, и все радовались. Они думали, их хан исцелился, но это явно был не он. Я видела его глаза, в них не было ничего человеческого, ничего от твоего отца. Это был Эрлик! Я чувствовала его холод даже отсюда.

Голос Кейты становился все тише, превращаясь в лихорадочный, прерывистый шепот.

— Он отравил их всех… Улыбался, называл их своими детьми, а затем предложил им выпить айраг за его возвращение, за победу. И они пили, и были так счастливы… Женщины, старики, воины… они просто… застыли. Умерли прямо там, где стояли. С улыбками на лицах и с чашами в руках.

Девушка содрогнулась от этого воспоминания и вцепилась в рубаху степного воина. Ее видение оборвалось на этом месте. На этой безмолвной картине застывшего праздника. Что было дальше, Кейта не видела, и это было еще страшнее. Удаганка отстранилась и посмотрела на Инсина, ее глаза были полны не только ужаса, но и лихорадочной, аналитической мысли.

— Зачем Эрлику это? — прошептала она, обращаясь к нему. — Просто убить всех степняков? Это не в его стиле, он не убийца. Он коллекционер, собиратель душ…

Инсин, преодолевая свой собственный шок, заставил себя думать.

— Он хочет собрать армию, — сказал он глухо. — Может, это… заготовка?

Кейта посмотрела на него, и в ее глазах зарождалась страшная догадка.

— Идан говорил… что Эрлик забрал книги из Библиотеки Неспетых Песен, чтобы создать армию не просто из мертвецов, а из… героев. Вложив в пустые тела их потенциал. Но для этого ему нужны не просто тела. Ему нужны крепкие, сильные сосуды, то есть…

— … тела степных воинов, — закончил за нее Инсин, от осознания этого мороз прошелся по его коже. Он не хотел верить в то, что видение Кейты было пророческим… но и не доверять ей юноша не мог.

— Он не просто убил их, — прошептала Кейта. — Это был сбор урожая. Идеальные, сильные, выносливые тела… и теперь Эрлик будет их наполнять, создавать свою несокрушимую армию.

Вопрос теперь был не в том, что он сделал, а в том, что Владыка Тьмы собирается делать дальше. Этот страшный и безответный вопрос повис в предрассветной тишине, заставляя осознавать, что они раскрыли лишь незначительную часть того чудовищного плана, что созрел в голове у Эрлика.

— Что за ересь ты несешь, лесная ведьма⁈

Грубый голос заставил Кейту и Инсина вздрогнуть и обернуться. Из тени ближайшего шалаша, закутываясь в свой плащ, вышел Арслан. Он проснулся от их голосов или просто нес ночной дозор, и услышал последнюю часть их разговора. Лицо сына степного хана было заспанным, но глаза смотрели на Кейту с нескрываемым скепсисом.

— Какие еще