Карл Витте, или История его воспитания и образования - Карл Витте - Страница 40

знаний, то сейчас только замечу, что Х. был совершенно удовлетворен, он обласкал Карла в отеческой манере, но справедливо избегал любых похвал. Я не спускал с них глаз, и тоже был доволен. Наконец, они добрались до математики, и он предложил Карлу несколько задач по геометрии и т. д. Карл легко ответил на все вопросы и часто в различных вариантах. Так же он совсем покорил Х., приняв его методы доказательств, и без всякой фамильярности пользовался ими к полному удовлетворении экзаменатора.

Тут у него вырвалось несколько слов похвалы, которые показались мне слишком сильными. Я посмотрел на него со строгостью, он меня понял и умолк.

Но экзаменатор и экзаменующийся ушли в предмет ещё глубже и поскольку стали скоро относиться друг к другу как друзья, которые оба любят и охотно обсуждают одну и ту же науку, они углубились в математику. Причем, даже в такие её отрасли, которые не были хорошо знакомы Х.

— О, так ты знаешь в этом больше, чем я! — сорвалось у Х. в порыве приятного удивления. Я испугался, но все-таки спокойно заметил для предупреждения: Мой сын посещал лекции по математике последние полгода и потому ещё не успел ничего забыть. Х. понял меня и взял себя в руки. Спустя некоторое время он сказал Карлу: Теперь я заканчиваю, но напоследок дам тебе задачу, над которой великий Эйлер тщетно бился три дня. Надеюсь, что ты о ней не слышал.

Я совсем разбеспокоился, а вдруг Карл и правда быстро решит её, но не рискнул заметить это вслух, поскольку Х., не знавший меня близко, мог оценить это как свидетельство отцовской гордыни. И если бы я прервал их разговор — что я уже склонен был сделать — он мог подумать, что я боюсь, что Карл может не решить задачи и от гордости стану этого стыдиться.

Х. между тем перешел к постановке задачи.

— Один крестьянин имел поле вот такой конфигурации.

Перед смертью он вызвал к себе трёх своих сыновей и велел им разделить поле так, чтобы каждому досталось поровну и чтобы каждая отдельная часть была полностью подобна целому. Знаешь ли ты эту задачу или читал о ней? — уточнил он снова.

— Нет, — ответил Карл, и я ему поверил, ибо всегда разделял с ним его математические задания.

Х. дал ему время подумать и отошел со мной в дальний конец комнаты, заявив, что ребёнку, конечно, будет невозможно решить эту задачу.

— Я предложил её только для того, чтобы показать, что он знает далеко не всё.

Едва он успел закончить свою речь, как Карл позвал его.

— Я решил!

— Это невозможно! — в замешательстве воскликнул Х.

— Посмотрите сами, — ответил Карл, неся ему бумагу, на которой были нанесены вспомогательные линии, отмечающие три новых поля, которые были равны по площади и — аналогичны целому!

— Ты, должно быть, знал решение! — воскликнул Х. с горькой укоризной и жёсткостью.

Карл ужасно застыдился, но твердо повторил со слезами на глазах:

— Нет, я не знал!

Я не мог более оставаться в молчании и дал доктору самые серьезные доказательства того, что Карл не слышал о задаче ранее, а особенно того, что он станет прибегать ко лжи в подобном случае.

— Тогда он более велик, чем сам великий Эйлер! — ответил Х., всё ещё сомневаясь и во все глаза глядя на Карла.

Я изо всех сил прокричал из дальнего конца комнаты, где стоял:

Отнюдь нет! И уж вам-то, как опытному человеку, — добавил я, подходя и со смехом, но значительно сжимая его руку, — должно быть известно, что даже слепые голуби порой находят зерна.

Он понял меня и с некоторой неприязнью ответил:

— Да, конечно.

Затем, приблизившись ко мне, прошептал на ухо: «Только таким образом вы и смогли воспитать сына, привив ему такую скромность при таких знаниях!»

А Карл тут же затеял с доктором какой-то веселый разговор на совершенно иную тему, чем окончательно ублажил доктора Х.

Часть вторая

Opinionum commenta delet dies; naturae judicia confirmat.[25]

Глава 1. Игрушки Карла и первые шаги его умственного воспитания

Я убежден, что начинать играть с ребёнком никогда не может быть слишком рано, и что мы должны почти все бытовые предметы обращать в великую воспитательную ценность, если только мы собираемся идти верной дорогой.

Игра с маленьким ребёнком должна быть простым и приятным занятием, которое будит, ведёт и усиливает его дремлющие возможности. Можно начинать с самых простых чувственных предметов, ибо более утонченные будут пока недоступны для ребёнка.

Например, мы держали пальцы прямо перед глазами Карла и двигали ими то по одному, то по нескольку сразу. Скоро он заметил их и стал за них хвататься, но поначалу, конечно,