Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна - Страница 25

по уставу, — сказала я. — Вопрос в контроле действий, которые меняют положение компании до продажи.

— Нельзя согласовывать каждый договор вчетвером.

— Каждый не нужно. Только сделки выше порога, новый долг, отчуждение оборудования и изменение условий ключевых клиентов.

Полина добавила:

— И найм или увольнение руководителей направлений. Покупатель будет смотреть команду.

Михаил повернулся к ней.

— Ты хочешь защитить наши должности?

— Я хочу, чтобы Олег не мог уволить вас в ответ на спор и чтобы вы не могли принять новых руководителей без нас.

— Разумно, — сказала Светлана. — Формулировка будет общей, без имен.

Мы спорили два часа. По некоторым вопросам голоса делились ожидаемо, по другим — нет. Полина поддержала открытые данные, хотя это ослабляло прежнюю модель. Михаил согласился на ограничение самостоятельного найма сезонных бригад только выше утвержденного бюджета. Олег настоял, что оперативные платежи в рамках бюджета не требуют отдельного согласия, и банк его поддержал.

Соглашение получилось неудобным для всех. Именно поэтому я поверила, что оно работает.

Полина догнала меня в коридоре, пока остальные прощались с банковским менеджером.

— Можно два вопроса без юристов? — спросила она.

— Зависит от вопросов.

— Ты рассказала Раисе о нас до встречи?

— Нет. Она спросила, почему владельцы не согласованы. Ты сама сказала, что два брака прекращаются.

— Я помню. Хочу понимать, кто еще знает.

— Галина Андреевна и мои юристы. Михаил сам решает, кому говорить. Сотрудникам я не рассказывала.

Полина поправила ремень сумки.

— Я тоже не хочу превращать это в публичную историю. Особенно до проверки покупателя.

— Тогда не превращай. Я не собираюсь рассылать гостиничный счет.

— Спасибо.

— Это не услуга тебе. В документе есть корпоративный расход и личные сведения. У него ограниченный круг доступа.

Она кивнула, принимая границу, но не уходила.

— Второй вопрос. Ты считаешь, что я решила уйти из компании только ради Олега?

— Я считаю, что ты восемь месяцев скрывала связь и вместе с ним готовила структуру, в которой вы остаетесь, а мы передаем работу.

— Я хотела выйти из «Каменного склона» до того, как началась связь. Олег хотя бы понимал, почему я больше не хочу жить от одного урожая до другого.

— Ты имела право хотеть выйти.

— Михаил не слышал.

— Тогда надо было говорить ему, а не оставаться ради стоимости доли.

— Я говорила. Он отвечал, что следующий сезон будет спокойнее. Ты знаешь, что это значит.

Я знала. Мы все много лет переносили отдых, ремонт дома и сложные разговоры на время после сбора, после розлива, после выставки. Следующее спокойное окно всегда находилось дальше текущего дела.

— Это объясняет, почему ты была несчастна, — сказала я. — Не объясняет, почему решила за него, когда он должен узнать и сколько месяцев проживет в браке, которого для тебя уже нет.

— Я не прошу оправдать.

— Тогда зачем рассказываешь?

— Потому что не хочу остаться в твоей версии женщиной, которая увидела чужого мужа и решила забрать его вместе с компанией.

— Моя версия состоит из того, что вы сделали. Все остальное можешь объяснять человеку, перед которым отвечаешь.

Полина выдержала паузу.

— Справедливо.

Она ушла в свой кабинет. Разговор не сделал нас ближе и не уменьшил ее ответственности. Зато я увидела, что продажа появилась раньше связи, а значит, даже полное исчезновение Олега из ее жизни не вернуло бы прежнюю компанию. Нам действительно предстояло решить вопрос владельцев, а не только пережить два развода.

После совещания Светлана передала мне список документов по дому.

— Оценщика выбираем из трех кандидатур. Господин Веденеев готов оплачивать половину. До оценки не обсуждайте сумму компенсации.

— Он предлагает оставить дом мне.

— Передача общего имущества тоже имеет цену и последствия. Сначала отчет, затем предложения. Не соглашайтесь на формулировку «дом в обмен на долю» без отдельного расчета каждого актива.

— Я не собираюсь.

— Хорошо. Но собираетесь и понимаете цифры — разные стадии. Дождемся отчета.

Она уехала, а я вернулась в лабораторию. Илья готовил ранний сбор Шардоне на второе сентября. График приемки висел у двери: две бригады, три машины, контроль по каждой партии, смена лаборатории до двух ночи и утренняя передача.

— Охлаждение проверили? — спросила я.

— Механик запускал утром. До нужного режима вышли за сорок минут.

— Заявка на обслуживание закрыта?

— Стоит статус «перенесено на октябрь».

— Почему?

Илья открыл систему.

— Решение финансового директора от июля. Запчасть не критичная, запуск прошел. Я писал, что нужен повторный тест под нагрузкой.

В письме Полины стояла формулировка: «Перенести до завершения сделки, если оборудование сохраняет работоспособность». Олег был в копии. Я — тоже.