Испытание воли - Владимир Александрович Сухинин - Страница 60

смущало. Антон не спешил начинать разговор. Он ждал, когда Франси подаст взвар и медовые лепешки. После этого он весело спросил:

— Ну, что за подарок ты мне приготовил, Ляпа?.. И скажи, почему имя у тебя такое короткое?

— Меня зовут Ляпорил, ваша… сэр. А люди стали звать просто Ляпа. А подарок тут, в мешке, — он гордо посмотрел на сидящих за столом. — Я привез вам волшебные сапоги, сэр, в знак, так сказать, благодарности.

— Волшебные сапоги? — удивился Антон. — Интересно, покажи.

Мельком глянул на сидящего с каменным лицом Сильтака и дождался, когда Ляпа вытащит из мешка сапоги и бухнет их на стол.

— В них, сэр, бывший хозяин сапог мечников рубил как капусту.

Антон, не веря глазам, смотрел на свои сапоги, которые он продал работорговцу. Он замер от удивления, и все за столом примолкли.

— Так это же сапоги вашего батюшки Робарта, — первым опомнился стоящий у стола Флапий. — Вы их с него сняли, когда его самого горцы убили. Сами-то вы были босыми. А я-то все думал, куда они делись? Вроде не выбрасывали… Но Робарт не дрался с мечниками… — Флапий презрительно поджал губы. — Я это точно знаю. Они не стали бы подставляться под меч рассветного рыцаря…

— Замолчи, старый, — оборвала его Франси, — это те сапоги, за которые милорд купил рабов и Сильтака. И это милорд в них убил мечников.

У Ляпы, казалось, от удивления отвалится челюсть.

— Что? — промычал он. — Это ваши сапоги… сэр?

— Да, Ляпа, спасибо тебе, я скучал по ним. Как память от отца остались, — ответил Антон и заразительно рассмеялся. — Как тесен мир, господа, и это доказывает, что и этот мир круглый. Мои сапоги через столько времен вернулись ко мне. Флапий, забери их и отнеси в оружейку, им там самое место. Они не должны пропадать, они в самом деле волшебные. Прямо чудеса в решете, да и только.

Флапий подошел, отвернулся от сапог, от которых шла изрядная вонь, и забрал их. С ними и с недовольным, презрительным выражением на лице ушел.

— Ты угодил мне, Ляпа, или тебя надо звать Ляпорил?

— Можно просто Ляпа, — покраснев от удовольствия, что смог угодить с подарком, ответил шер. Антон ободряюще ему улыбнулся.

— Где разместили Ляпу? — спросил Антон, ни к кому конкретно не обращаясь и макая теплые оладушки в мед.

— Пока внизу, в наших бывших покоях. Я там же, — ответил Шургар. — Замок небольшой, милорд. Гостевые комнаты заняты рыцарями и почти благородными дамами. Так Флапий сказал, — увидев удивленный взгляд Антона, поправился Шургар.

— Это да, замок мал, — согласился Антон. — Надо строить дом для гостей и рыцарей. Отдельно. Скотный двор слишком большой. Куры и гуси гуляют там привольно. Им не нужно столько места. Франси, надо строить большой дом.

— А чего же не построить, — ответила Франси. — За зиму крестьяне нарубят лес, лесопилка напилит доски, и весной можно будет строить. Леса у нас много. А дом лучше строить на месте конюшни. Саму конюшню перенести на скотный двор.

— Так и сделаем, — улыбнулся Антон. — А пока, Ляпа, можешь пожить в кузне. Там жил Торвал, но сейчас он отсутствует. А вообще у меня появился целый клан. Глава клана Торвал — горный мастер. Ты, кстати, кем работал дома?

— Я простой рудокоп, сэр. Добывал рунный камень в Южных горах.

— А почему стал изгоем?

— Так тьма попутала, — невозмутимо ответил Ляпа. — Я добывал рунный камень и отдавал его гильдейцам. Мне за это платили крохи. Едва хватало на еду, одежду и оплату жилья. Хотя я одаренный искатель и могу видеть жилы. Но меня не ставили старшим рудокопом. Им был сын офешера гильдии рудокопов. И он заставлял меня искать жилы. Именно из-за того, что меня заставляли искать жилы, не платя, а плату отдавали другому, я решил украсть рунные камни и продать. Меня поймали и хотели наказать как вора, но я был ценным рудокопом, и поэтому помиловали и отправили добывать рунный камень уже полностью бесплатно… за еду. Я не стал терпеть и сбежал.

— Вот оно как. И у вас, стало быть, есть несправедливость, — произнесла Франси.

— А как же, — ответил Ляпа. — Кто богат, у того и власть. Они богатеют за счет нас, тружеников, и ничего сделать нельзя. Я думал, что уже нет в мире тех, кто справедлив, но сейчас вижу, что ошибался. Ваш милорд из таких… Но их очень-очень мало.

— Да, почитай, он один только, — вздохнула Франси. — Боги нам послали милорда. Даже не знаю, за какие наши дела нас наградили таким господином.

— А что за клан у вас? — спросил Ляпа. — Я не слышал от Шургара о нем.

— А он недавно появился. Клан Алуринских гор. Мы нашли изгнанников в наших горах, но… — Антон поднял глаза к потолку. — Спасли только женщин, мужей убили темные. Мы сразились с ними и победили. Так что в клане восемь женщин, один шер и одна девочка-шерка.

— Вот как, а я могу вступить в этот клан? — спросил с нескрываемой надеждой Ляпа.

— Да, можешь, будешь помощником Торвала. Он горный мастер, ты добытчик руды, а рудник в горах есть. Я выделил землю в горах клану, клан самостоятелен, как все независимые кланы, только находится под моим покровительством и защитой. Туда я думаю собирать тех изгоев, кого найдем. А вообще они из остатков клана «Непокорные гривы». Ты слышал о таком клане?

— Как же, — ответил шер. — Еще мальчиком я слышал рассказ, как два рода восстали против гильдии мастеров рунных дел и их с позором выгнали. Много ушло шеров, но куда ушли, я не знаю.

— Будем искать, Ляпа, и попробуем их найти. Представляешь, вы отстроите свой город в наших горах, будет племя шеров в Алуринских горах.

— У нас нет племен, сэр, есть народ, рода, семьи, кланы, несколько кланов объединяются и строят город…

— Вот к этому и надо стремиться, Ляпа.

— Здорово бы было, — мечтательно произнес шер.

— Ну а что вы видели в пути, интересно послушать, — перевел Антон разговор на другую тему.

Уже поздно вечером все разошлись. Антон не спешил уходить наверх. Отправил Арзуму греть