Искусственный завет - Вадим Юрьевич Панов - Страница 43

К оглавлению

ощущения, улучшает их восприятие биочипом, но подлинную остроту происходящему придаёт партнёрша.

– То есть тебе со мной нравится? – Линда коснулась пальцами своей груди – идеального произведения хирургов Биокоркор.

– Очень.

– И тебе не всё равно, с кем спать?

– Нет.

– Странно…

– Я знаю, что я – странный нейр, – протянул Дигиталис. – Наверное, поэтому я хороший архитектор.

– Или в тебе осталось слишком много от того Нарци, – сказала женщина.

Он вздрогнул. Она чуть приподняла брови. Он качнул головой и согласился:

– Видимо, да. – Чтобы сделать ей приятно, подтвердить её проницательность.

Но эффект получился совсем другим.

– Больше никому и никогда об этом не рассказывай, – неожиданно жёстко произнесла Линда. – Если муж узнает, что тебе не всё равно, с кем спать, у меня будут большие неприятности. А у тебя – катастрофические.

Потому что они дозволяют друг другу развлекаться с бездушными куклами, но не более. И если кукла позволит себе претендовать на нечто большее, она перестанет быть куклой. Развлечение превратится в измену. С куклой придётся разобраться.

– Я понял, – тихо ответил Дигиталис. И вновь взялся за бутылку, потому что бокалы, как ни странно, опустели.

– Ты слишком хороший для этого мира, – сказала Линда чуть более мягким тоном. И провела ладонью по щеке любовника. – Мне приятно, что ты относишься ко мне именно так, но не пытайся стать человеком. Ни одно приложение не сделает тебя им.

– Ты права. – Дигиталис нежно поцеловал её руку. – Прости.

– Наверное, поэтому мне с тобой очень хорошо, Нарци, лучше, чем с кем-нибудь ещё.

– А мне необыкновенно хорошо с тобой, – солгал он.

Идеально хорошо солгал, потому что давно отрепетировал и до совершенства отточил эту фразу и то, как её следует произносить. Потому что, занимаясь любовью с Линдой и другими женщинами, как с нейрами – случалось и такое, так и с протами, Нарци обязательно ставил на зрительную систему особый фильтр, чтобы видеть перед собой Крис. Прекрасную, недоступную Крис.

Свою единственную любовь.

///

– Я тебя не ждала. – Крис растерянно улыбнулась и сделала шаг назад. – Проходи.

– Зачем? – спросил Раджан.

– А зачем ты пришёл? – Улыбка обрела уверенность.

– Я… – «Вот ведь чёртова семейка!» – Я не знаю. – Раджан помялся. – Хотел проверить, всё ли с тобой в порядке. Теперь вот увидел.

Больше ничего не придумалось. Он не знал, зачем приехал к сестре напарника. Просто приехал. Да, увидеть и проверить. Потому что захотел приехать, увидеть и проверить.

– Ну, не будешь же ты проверять, стоя на пороге. – Раджан хотел отказаться, но, пригласив его, Крис повернулась и направилась вглубь квартиры. Пришлось следовать за ней. – Проходи, садись…

– Боюсь, твоя мебель для меня не предназначена, – тихо пророкотал Раджан. – Я постою.

– Будешь что-нибудь? – Крис открыла холодильник и тут же его закрыла. И рассмеялась. – Чёрт. – Окинула роботеха взглядом. – Подключить тебя к розетке?

– Это лишнее.

– В кресло тебе нельзя, бухать ты не умеешь… – Она сделала вид, что задумалась. – Пошли, постоим на балконе. Только на перила не облокачивайся. – А когда они вышли на балкон, в тёплую прохладу летнего московского вечера, едва слышно шелестящую листьями растущих во дворе деревьев, тихо сказала: – Я не поблагодарила тебя тогда.

– Не за что.

– Есть за что. Ты спас мне жизнь. – Пауза. – Хотя, как я понимаю, спасать должен был Лаврентия.

– Он стоял слишком далеко, – ответил Раджан. И прежде чем Крис среагировала на шутку, спросил: – Как ты?

– Вчера – отлично, сегодня – ещё не знаю, а тогда… – Она улыбнулась. – Спасибо, что остался.

– Так было нужно, – тихо произнёс Раджан.

– Очень нужно, – согласилась она.

Потому что с Солянки она вернулась напуганной до последнего предела, с дрожащими руками и трясущимися губами. Сказала, что выпьет успокоительного и будет в порядке, но Раджан отказался ей верить. Сел на пол, рядом с кроватью, Крис взяла его за руку и слушала его рассказы, пока не уснула. А уснула она быстро. Без успокоительного. Вначале беспокойно, пару раз вскрикивала, но не просыпалась. Потом окончательно устроилась и проспала до утра. Продолжая держать Раджана за руку.

– Ты говорил об этом Лаврентию?

– Нет.

– Я тоже. – Она помолчала. – Я не стыжусь, просто это не его дело. – Ещё одна пауза. – Как тебе с ним?

– Очень трудно.

– Добро пожаловать в семью, – рассмеялась Крис.

Он запнулся. Она поняла, но ничего не сказала. А он поймал себя на мысли, что ему необычайно странно стоять рядом с женщиной на балконе и смотреть на вечерний двор сквозь листья деревьев. И разговаривать. Так странно, как никогда в жизни. А потом Раджан сказал, что не нужно себе врать, потому что ему уже было так странно – когда он сидел в «Манки» и смотрел на Крис, слушая, что она говорит, а главное, как она говорит. И, наверное, поэтому он бросился закрывать не Лаврентия, как обязан был, а Крис – потому что перед этим ему было странно. Так же, как сейчас, на тихом балконе, в маленьком тёмном пятне среди залитого светом города. Только тогда, в баре, он не понял, что ему странно, а рядом с Крис в тишине – отчётливо.

Потом она спросила:

– Как ты оказался в сетевой разведке?

И он, абсолютно неожиданно для себя, рассказал:

– Меня собрали в Индии: бродячий хакер из местного кода, как дешёвую замену дорогой американской нейросетке, которая была не по карману фермеру. Так что можно сказать, что я – нейродженерик.

Крис мягко улыбнулась, но промолчала.

– Собрали как сельскохозяйственного специалиста, и мне предстояло всю жизнь следить за состоянием полей и управлять роем дронов, занимаясь борьбой с сорняками, грызунами, орошением и прочей культивацией. Но через четыре года мой фермер разорился, а поскольку в те времена нейры ещё не обладали правами…

– Не думала, что ты настолько старый.

– Ты ещё скажи, что не подозревала, что я из Индии, – мягко пошутил Раджан.

Крис вновь улыбнулась.

– В общем, в те времена я считался частью оборудования, ПО, если говорить без экивоков, меня выставили на торги и готовы были продать хоть в составе сельскохозяйственного комплекса, хоть отдельно. Но тут возникла очередная напряжённость на границе, военным понадобились нейры, имеющие опыт работы с роями, а поскольку тогда уже начали понимать разницу между опытными нейрами и теми, кого только что написали, меня купило министерство обороны, провело небольшую модернизацию и отправило в бой.

– И как?

– Интереснее, чем опылять поля, – ответил Раджан. Подождал, понял, что Крис оставит его ответ без комментариев, и продолжил: – Пока я набирался нового опыта, были приняты законы fgp[14]. Нельзя сказать, что они сильно понравились народу, но деваться людям было некуда, поскольку новые правила стали обязательны