Искатель, 2012 №6 - Татьяна Косова - Страница 17

хмыкнул. Он ей не верил, так же как и я.

Я поднялся, прогулялся по комнате. На глаза мне попалась сумочка миссис Смит. Сумочка для женщины, когда она собирается уезжать, становится плотно утрамбованным кусочком дома. Я порылся внутри нее. Между косметичкой и упаковкой бумажных платков нашлось кое-что интересное. Теперь осталось подсунуть находку Хедли. Пусть он задаст ей нужные вопросы.

И я опрокинул сумочку. Миссис Смит вздрогнула и торопливо кинулась подбирать вещи. Но Хедли оказался проворнее. Он подхватил с пола запакованные пачки денег.

— Так-так, крупными купюрами, в банковских упаковках, двести тысяч долларов. Многовато на карманные расходы.

Миссис Смит сдалась, оставив разбросанные вещи и сумку на полу, и устало, как проигравший, опустилась на диван.

— Хорошо. Я расскажу. Я не убивала своего мужа и не понимаю, что происходит. Мы действительно собирались ехать к моей матери погостить недели на две, а может, мы бы и совсем не вернулись. Я хотела подумать. — Она вытащила новую сигарету из пачки, постучала фильтром о стол. — В последний год Билл очень изменился, и наша семейная жизнь не ладилась. Он часто не ночевал дома и даже не извинялся...

К делу, дамочка! У нас тут не сеанс семейного психоанализа.

А Хедди слушает ее внимательно. Знакомая ситуация, да, офицер?

— Утром мне позвонил Билл и сказал, чтобы я забирала детей и срочно уезжала. Только не к матери, а куда угодно. Сказал, где спрятаны деньги. Сказал, чтобы я взяла их себе. Сказал, что его ищут какие-то люди, бандиты, и чтобы я ни за что не приезжала, даже если мне сообщат о его смерти...

Она всхлипнула, но от слез удержалась.

Надо же! В ее исполнении звучит даже благородно. Какое самопожертвование отца семейства. Да вот только твой муженек не от заботы о семье все это провернул, а чтобы не расплачиваться по кредиту! Но лейтенант ей поверил. Теперь Хедли кинется брать след вымышленной банды, и толку от него больше не будет.

— И где ваш муж прятал деньги?

— В вентиляционной трубе, в подвале. Я покажу! — Она проворно поднялась. Потом остановилась, обернулась к лейтенанту и заглянула ему в глаза:

— А деньги? Деньги я могу оставить себе?

Вот он — сакраментальный вопрос! Конечно, крошка! Возьми на тумбочке, только верни бумажник.

Итак, миссис Смит пролила свет на эту историю. Билл Смит тщательно подготовил аферу, надеясь улизнуть от возмездия. Предположим, его план сработал, гроб не открыли, и все дружно оплакивают его кончину. И тогда? На что он рассчитывал? Допустим, он даже еще не умер. Вместо себя убил другого человека и подкинул ему поддельные документы на имя Билла Смита. Жена уехала в неизвестном направлении. Тело опознала Карлин Уилсон, которая, без сомнения, в сговоре с ним. Подставного Билла Смита закопали. Для вымышленных бандитов, от которых он якобы скрывается, подходящая история. Для черта Бахореза, нетерпеливого кредитора, — фуфло!

И тогда я понял, что у этой пьесы имеется второй акт, где на сцене блистает обворожительная Карлин. Пора навестить красотку.

Карлин пела в клубе «Маргаритки», и, надо сказать, пела неплохо. Но вечер нельзя было считать полностью удачным — не хватало джина с тоником и лимоном.

Карлин спустилась со сцены, и я проводил ее в гримерную. За то время, что я провел в полутемном зале ночного клуба, не заметил к ней особенного интереса. То есть интерес никуда не девался. Мужчины, которых было немало за столиками, не сводили с нее глаз. К ней несколько раз подходили в перерыве, когда она пила в баре холодный чай, — иногда просто, чтобы сделать комплимент, а чаще — желая склеить. Но вокруг не ошивались ни парни с золотыми цепями на бычьих шеях, ни престарелый мафиозный босс в костюме от кутюр. Хотя, может, позже — для этой золушки полночь еще не пробила.

Самый интересный разговор случился у нее с администратором клуба. Он спрашивал: не передумала ли она насчет следующей недели. Карлин ответила отрицательно, а администратор выразил свое искреннее сожаление и заверил, что она сможет вернуться сюда в любой момент, когда пожелает.

Карлин за ширмой стянула блестящее платье. Оттуда она вышла уже в другом, темном и скромном, хотя любое платье на ней было нескромным. Посмотрелась в зеркало. Задержалась. Салфеткой стерла помаду, взяла другую. И в то же время украдкой поглядывала себе за плечо. Медиум?

Она подошла к двери, медленно открыла ее, но вдруг обернулась и сказала, шаря глазами по комнате:

— Я чувствую, что ты здесь.

Я молчал. Бесполезно отвечать человеку, который не слышит тебя.

— Я знаю, что ты существуешь, призрак-ищейка! — продолжила она, остановив взгляд. — Я не верила, но чувствую, как ты ходишь за мной.

На такой подарок я и рассчитывать не мог! Выдать свою осведомленность — то же самое, что признаться в преступлении. Я не коп и не суд присяжных — мне доказательства ни к чему, но теперь я уверен, что иду по правильному следу.

Она вернулась к туалетному столику, резким движением выдвинула верхний ящик, вынула оттуда коротенькие веточки и показала их.

— Видишь — омела. Ты не сможешь приблизиться ко мне, не сможешь войти в мой дом!

Она приколола веточки к жакету и, насмешливо улыбнувшись, хлопнула дверями. Ее каблучки торжествующе застучали по коридору.

В гримерной было на удивление пусто. На стене пара старых, пожелтевших от времени афиш, под ними продавленный диван, напротив — туалетный столик. Не считая ширмы с небрежно перекинутым через нее платьем, ничего больше. Никаких личных вещей.

Я порылся в ящиках туалетного столика, но в них оказалась только косметика. Примерно этого я и ожидал. Больше тут делать нечего, и я шагнул через порог в свой кабинет. Мне хотелось подумать. Я сел, положил ноги на стол.

Итак, Карлин Уилсон и Билл Смит придумали некий хитрый план, как избежать расплаты за договор с дьяволом. Или это придумал один из них — не важно! Важно, что их план начал срабатывать, а я до сих пор не понимаю, в чем он заключается, и, что самое главное, у меня нет никаких соображений по этому поводу. И еще вопрос: откуда им известно о том, как все на Том Свете устроено? Таинственность — главный козырь всей этой ангельской и сатанинской братии.

Но, сестричка, неужели ты решила обуть призрака? Положим, я не могу приблизиться ни к тебе, ни к твоему дому, который бы не помешало обыскать. Но мне и не нужно. Пусть тебе портят кровь