Искатель, 2012 № 10 - Журнал «Искатель» - Страница 3

— Дрюсик — это ласкательное. Андрей Викторович Шишов... Итак, Дрюсик сегодня в почте находит письмо. Читает и зеленеет. Вскакивает злой, дрожащий, суетливый. Рвет письмо и бросает в урну... У нас очень красивая урна: мраморная с зеленоватыми крапинками. Итальянская. Она сорок три доллара стоила, но мне удалось за двадцать пять ее взять... Так вот, Дрюсик рвет письмо и убегает в столовую. Там у нас в баре для снятия стресса спиртное на любой вкус есть. Дрюсик в таких случаях обычно виски принимает, а я джин. И чистый, без всяких тоников... Пока Дрюсик успокаивается, я складываю обрывки, читаю и получаю шок — прямая и явная угроза убийством, и еще в таком издевательском тоне.

— Рита, ты письмо захватила?

— Естественно! Я же все понимаю: улики, отпечатки... Я помню, такой случай у Гарднера описан. Жена приносит адвокату Мейсону письмо с угрозами, а на следующий день мужа убивают... Вы любите Гарднера?

— Люблю... А ты не предложила мужу обратиться в милицию?

— Естественно! Дрюсик даже и слушать об этом не хотел. Категорически был против. Никто, говорит, об этом не должен знать: ни МВД, ни ФСБ, ни черт, ни дьявол. Но, поскольку он не упомянул частных детективов, я к вам и пришла... Сыщик — он как личный врач. Ему можно доверять, не так ли?

— Без всяких сомнений.., А где письмо?

Наклеенные на картонку обрывки анонимки содержали текст с угрозой. Правда, она не была уж очень явной и совсем не прямой. Первая фраза была философской и поэтому туманной: «За все надо платить!..»

...Визит Маргариты завершился авансом в пять тысяч зеленых, и теперь Олег не мог не работать по этому пока еще непонятному делу. Ко вчерашнему вечеру у него уже было небольшое досье на депутата Андрея Шишова, известного также под домашней кличкой Дрюсь.

Все это было вчера. А сейчас Олег мчался по дымному Киевскому шоссе в сторону поселка Внуково.

Встречу Маргарита назначила не около дачи уважаемого депутата, а в километре от нее: на повороте около столетнего дуба.

Возможно, в этом был какой-то тайный смысл. Опять же удобно: Олегу не пришлось светиться на улочках дачного поселка в поисках нужного дома.

Маргарита ждала в тени дуба. Легкий спортивный костюм плотно облегал молодящееся тело. Бывший при ней яркий пластиковый пакет являлся, очевидно, элементом конспирации: вышла, мол, в столь ранний час за хлебом и молочком для мужа.

Еще не успев захлопнуть дверцу машины, Марго начала выкладывать Олегу факты:

— Я их видела! Обоих! Не знаю, как они проникли на наш участок, но я их заметила вечером в беседке. В первый момент я не испугалась, а даже заинтересовались. Сами понимаете, Олег, зачем молодая парочка может уединиться в тенистой беседке на чужом участке.

— Понимаю.

— Вот и я так решила. Подглядывать за всякой ерундой я не люблю, но здесь совсем другой случай... Я подкралась и затаилась в нескольких метрах от них. И что вы думаете? Они двадцать минут смотрели в сторону дома, шептались и вяло обнимались. Даже не целовались! Меня это возмутило! Я встала и шуганула их.

— Как?

— Потребовала убраться! Я сказала, что нечего здесь устраивать гнездо разврата... Они моментально рванули к забору, где навалены доски. Перемахнули его и скрылись. Я на всякий случай вышла за ворота, и не зря. Мимо пронеслась машина с этой подозрительной парочкой.

— Цвет машины?

— Синий.

— Марку, конечно, не знаете?

— Отчего же... «Опель-Вектра».

— Может быть, и номер запомнили?

— Естественно! И запомнила, и записала. Держите: здесь и номер, и приметы преступников. Девица так себе, а парень очень симпатичный.

Олег на несколько минут затих и забыл о сидящей рядом Маргарите. Он работал. План дальнейших действий складывался сам собой: через час он установит машину, через два — выйдет на преступную шайку в количестве двух сопляков, через три — добудет образцы их почерков, и, если один из них совпадет с запиской, дальше — дело техники. Вечером Олег организует захват. Легкое психологическое давление — и парочка расколется, осознает и будет просить прощения у Марго и ее сановного мужа. Все! Можно считать, что гонорар Олег отработал... Неприятно только, что в успехе столь большая доля самой клиентки...

На слове «успех» Олег пришел в себя. Какой успех?! Пока это не журавль в руках, а лишь синица в небе.

— Вот что, Рита. Я получил от тебя отличные наводки. Надо срочно работать. Я помчался. Хорошо?

— Хорошо... А как же бомба?

— Какая бомба?

— А ты, Олег, решил, что я тебя в шесть утра из-за этой вчерашней парочки звонила? Бомба — это самое главное... Сегодня около шести мне захотелось прогуляться. Ну, ты понимаешь... Спросонья загнала тапок под кровать, наклонилась, а она там и лежит.

— Кто?

— Бомба... Коробка меньше обувной, а внутри брусочки в изоленте, проводки и часы. Все как в кино.

Олег похолодел. До сих пор Марго ему не врала. Очень похоже, что бомба действительно была. Вернее — есть! Но где она сейчас?

— Муж еще спит?

— Да.

— Бомба под кроватью осталась?

— Нет, я ее вытащила.

— Не трогала в ней ничего?

— Как же, не трогала... Я ее обезвредила. Как в кино: сначала красный проводок перекусила, потом синий.

От такой тупости и простодушия Олег вскипел. Он попытался задать вопрос спокойно, но последнюю фразу произнес на повышенных тонах:

— Ты только не волнуйся, Рита. Сама больше ничего не делай... Где бомба?!

— Нечего на меня орать! Вот она, в сумке. Я ее с собой принесла. Я же понимаю: улики, отпечатки и все такое.

Олег снова похолодел. Его руки дрожали, когда он вытаскивал из сумки картонную коробку.

Взрывник оказался аккуратистом: шесть толовых шашек