Искатель, 2012 № 07 - Журнал «Искатель» - Страница 47

часть человечества, аннигилируется при прохождении через червоточину. Мозг, лишенный разума и функций высшей нервной деятельности, почти сразу погибает. В то время как излучение отрицательной полярности, которым обладала Виктория, совершенно никак не взаимодействует с полями внутри пространственно-временных тоннелей. Эта уникальная черта Виктории была названа световым синдромом.

Таким образом, хрупкая девушка стала первым клинически выявленным светлячком.

Человечество сразу оценило выгодную для себя особенность светлячков и нашло им достойное применение. Прежде всего, это касалось процессов, связанных с освоением космоса. Отныне вся предварительная работа — разведка новых систем, оценка и выбор планет, их терраформирование — возлагалась на носителей излучения отрицательной полярности. Теперь корабли с будущими колонистами отправлялись не в неизвестность, а во вполне комфортабельный, приспособленный для проживания дом.

Вообще, космос оказался щедрым на планеты земного типа. Практически вокруг каждой звезды имелся пояс жизни, в котором вращались одна-две планеты, более или менее похожие на Землю. Продвинутые технологии терраформирования также способствовали человеческой экспансии. На сегодня Земная метрополия состояла из тридцати семи обитаемых миров, еще четыре находились в стадии благоустройства, а два недавно открытых подходили по многим параметрам и ждали своего часа.

Почти везде человек сталкивался с теми или иными формами жизни. Где-то это была растительность, где-то — животные, где-то — нечто среднее между ними. Но в основном встреченные нами организмы принципиально не отличались от тех, к которым мы привыкли на Земле. Многие из них были весьма высокоразвитыми существами, а некоторые имели даже зачатки социальной организации. Однако, по нашим меркам, разумным из них никто не был, посему проблема вторжения в чужой мир перед человечеством не стояла. Терраформирование, которое зачастую приводило к вымиранию местных форм, также проходило с соблюдением этических норм: отстраивались заповедники-резервации, в которых строго соблюдались благоприятные для них условия. Все было направлено на то, чтобы ни один вид живого бесследно не исчез.

Вместе с тем отсутствие разумных обитателей других миров поначалу настораживало: теория Радулова, взяв за основу формулу Дрэйка, оценивала шансы существования таковых как очень высокие. Казалось, вот-вот сбудется давняя мечта человечества и мы встретим братьев по разуму. На каждой планете человек с надеждой искал какие-нибудь следы присутствия инопланетян (хотя бы в прошлом), но не находил их. В одно время широкое распространение получила версия, что высокоразвитые цивилизации прячутся от нас, играют с нами в «кошки-мышки». На это вроде бы должны указывать различные феномены, наблюдаемые человеком с древних времен и которые гипотетически могли быть творением рук пришельцев.

Но время шло, и споры вокруг парадокса Ферми сменились безоговорочным принятием Теории уникальной Земли. Популярная на заре освоения космоса ксенология медленно, но верно умирала ввиду своей ненадобности. В конце концов идея встретить братьев по разуму деградировала, и человек опять остался в одиночестве.

Митико обработала мою руку каким-то раствором и спросила:

— Вы готовы, господин Шервинский?

— Да, вполне, — отозвался я.

Она сделала мне укол снотворного. Почти сразу перед глазами поплыли разноцветные круги, которые сменились надвигающейся темнотой.

Я подумал о Ралине и почувствовал, как тоска сжимает сердце. Прежде чем я уснул, перед внутренним взором предстало ее грустное лицо. Ее губы шептали: «Я люблю тебя»...

Глава 7. Де Ловерг

Последние отчеты Де Ловерга с комментариями и наставлениями шефа я читал в дороге от космопорта до резиденции Главного инспектора Конкордии. Радовало, что тут в ходу были правила гостеприимства и мне предоставили машину с личным водителем. Иначе пришлось бы самому разбираться в управлении местных транспортных средств — бывали в моей практике такие казусы.

А все потому, что Митико из медицинского блока «Виктории» слишком легкомысленно относится к своим обязанностям. Первые подозрения в этом возникли у меня сразу после пробуждения от криоанабиоза, когда я, ежась от холода и растирая затекшие конечности, спросил ее:

— Как прошел прыжок через Веретено?

— Нормально, — ответила симпатичная азиатка, упорно отводя взгляд в сторону.

Мой вопрос о том, какое сегодня число, Митико сначала проигнорировала. Только когда я повторил его во второй раз, она назвала дату. Нехорошие предположения оправдались: прелестная докторша вывела меня из сна не за три дня до окончания путешествия, как я того просил, а всего лишь за несколько часов до этого.

— Скажите честно, вы просто забыли? — спросил я.

— Нет, конечно, дело не в этом... — смущаясь, ответила она, но по глазам я понял, что на самом деле именно так — забыла.

Я вспомнил, как громогласно и от души рассмеялся. На просьбы Митико не жаловаться на нее в вышестоящие инстанции, я уверил, что не буду портить ей жизнь, и чуть ли не бегом кинулся в свою каюту: времени до посадки звездолета оставалось совсем мало.

Первым делом я принял душ и изучил отчеты о течении анабиоза Ралины, которые доктора присылали мне все это время. Ее почти двухгодичное забытье проходило нормально, без происшествий: состояние стабильное, физиологическое старение организма в пределах ожидаемой оценки — примерно один месяц в год. Общее резюме: нет показаний для прерывания курса. С одной стороны, это радовало, с другой — вызывало чувство вины: я никак не мог простить себе того, что Ралина пошла на неприятную и вредную для здоровья процедуру из-за моей ущербности.

Да-да, ущербности — именно так я и подумал в тот момент.

Оставшееся до приземления время я провел в спортзале, восстанавливая тонус организма, и к: служебным делам приступил только в салоне машины. На квартиру, в которой мне предстояло жить, решили заехать позже — сначала я хотел познакомиться с Де Ловергом.

Из потока хлынувшей на меня информации я вычленил три основных момента. Первое: два года назад на Конкордии произошел религиозный бунт, который удалось подавить в кратчайшие сроки с минимальным количеством жертв. Зачинщики схвачены и отбывают заслуженное наказание. Второе: Джонсон погиб в авиакатастрофе, которую подстроили участники заговора. Третье: Джонсон симпатизировал заговорщикам и был против их преследования. Возможно, он бы преуспел в этом, но не смог ввиду своей смерти.

Был еще четвертый пункт: Де Ловерг