Идеальный мир для кузнеца - Олег Сапфир - Страница 11
- Предыдущая
- 11 / 62
- Следующая
11
Есть, конечно, примеры из истории, когда и один в поле воин. Как Гораций Коклес – римлянин, сдерживавший армию этрусков в десять тысяч человек. Но он там мост разрушил. У меня моста не было, пришлось пока повременить с разносом в клочья армии гоблинов. А ушатать двоих-троих я мог – и еще как.
Шел осторожно, сверяясь с картой в голове. Гоблины должны быть за следующим поворотом.
«И что? Так и пойдешь со своей подставкой?»
«Так и пойду», – мысленно ответил я себе.
«Хорошая подставка, надо отдать должное кузнецу».
«Зеленые особым интеллектом не обременены, может, внаглую?»
«Почему бы и нет?»
«Ну, нет так нет», – хохотнул я про себя и вышел из-за поворота.
Гоблины заметили меня не сразу – увлеклись своим попискивающим разговором.
– Эй, ублюдки, what are you doing now? – выдал я вслух.
«Ты серьезно думаешь, что они знают английский?» – тут же отозвался внутренний голос.
«Ну мало ли, вдруг они в школе учили».
Гоблины громко заорали и кинулись на меня.
Я быстро отбежал за угол, прижался к стене и замер в ожидании.
Карта работала как надо. Воочию я их не видел, но точки уверенно ползли к повороту. Дождавшись, пока враги подойдут вплотную, я вслепую рубанул на уровне головы – и угодил острием прямо противнику в глаз. Кровь брызнула на лицо, потекла по руке. Гоблин хрипнул напоследок и тяжелым мешком осел на пол. Мой клевец – бывшая подставка под факел – намертво застрял в черепе и рухнул вниз вместе с ним.
Как говорил капитан, инструктор по рукопашке в армии: «Запомните, солдаты, для того чтобы вступить в рукопашную на кулаках, боец должен потерять автомат, нож, саперную лопатку и на чистой земле, где не растет ни одного дерева, не лежит ни одной палки и камня, встретить такого же раздолбая».
У меня выбора не было, и чисто на автомате, рефлекторно, я зарядил второму гоблину с ноги прямо в «душу».
Его как ветром сдуло. Он изогнулся в воздухе, шлепнулся на спину, неловко подвернув ногу.
Копье отлетело.
Я шагнул к нему с намереньем свернуть шею.
Гоблин охренел от такого расклада, и это знатно прибавило ему прыти. Не успел я дотянуться, как тот подскочил и побежал по коридору, истошно вереща что-то неразборчивое.
Гнаться без толку: улепетывает, гад, любо-дорого.
Я осмотрелся.
В чем-то призрак прав – воин из меня никакой. Зато кузнец я знатный. Реконструкторы в очередь стояли за моими клинками, а это о чем-то да говорит. Ну, и на досуге я учился владеть всем, что ковал: не зная, как оружие работает, путного не выкуешь.
И вот что-что, а метательное оружие я любил.
На глаза попалось гоблинское копье – кривое, косое, но пойдет.
Взвесил в руке, почувствовал баланс.
Бросок!
Копье летело как в слоу мо, то есть в замедленной съемке. Медленно вращаясь вокруг своей оси, наконечник стремился к цели. Я уже видел, как он пронзает спину гоблина. Но кривое древко изменило траекторию, и оружие воткнулось в ногу, на которую зеленый прихрамывал.
Он падает, словно ему поставили подножку, и, не переставая визжать, начинает ползти, пытаясь скрыться.
«Как худая баба на базаре, та и то тише орет, – подытожил внутренний голос. – Пора его кончать».
Догнав врага, я сдавил ему шею до хруста. Гоблин захрипел, перестав верещать, его глаза полезли из орбит.
«Ну не тут же их оставлять, спалишь убежище».
«Там вроде с другой стороны стены пропасть была?»
«Вот туда и скинь: и птиц накормишь, и следов не оставишь».
«М-да, сильно ты, Денис, изменился за последнее время».
Не отпуская шею, потащил гоблина к лестнице на стену. По пути прихватил второго, уже мертвого. Удивился, до чего легко они тащились – возросшая сила давала о себе знать. И все же подъем по крутым ступеням с двумя телами заставил попотеть.
Вид открывался потрясающий. С обратной стороны замка были почти отвесные скалы, внизу заканчивающиеся россыпью огромных валунов, дальше не разглядеть. Сбросив тела вниз, я слегка удивился, услышав вдруг слабый крик. Задушенный, что ли, живой был? А, все равно – после удара о камни звук оборвался.
Ну вот и отлично. Следы убрал, теперь если и будут разлагаться, то вони на весь замок не предвидится.
Я отправился обратно – не бросать же оружие, хоть и дрянное.
Подобрав копья, понимаю: их надо припрятать. Да и место менять пора. Нынешнее становится небезопасным.
Углубляюсь в карту. Недалеко от логова – отдельное крыло. Точек ноль, значит, и зеленые туда не суются. Самая дальняя комната вдобавок прикрыта другой – если что, отходить удобно.
Ну, пошли, Денис. Правда, через каждые десять метров приходится сверяться с картой: дальше двадцати я пока не чую.
Вдруг в голове появляется множество красных точек. Машинально вскидываю копье.
Блин, это птицы, походу, судя по хаотичному передвижению.
Ну вот, и столовая недалеко, а то уже кишка кишке бьет по башке.
Минут через тридцать дошел. Комната просторная, прикрыта общим выходом в коридоры. Целых шесть – уйти можно легко и непринужденно.
В облюбованном помещении ни одного окна, вход только один. Это мне на руку.
Эх, помыться не мешало бы. Но ванны тут, конечно, нет.
Зато нашлось подобие камина – как я определил сперва на глаз, а потом и на вкус. Золу ни с чем не перепутаешь.
Собрав щепу и труху от ближайших дверей, развел огонь. Дым уходил вверх и, по идее, таял незаметно – на улице снова лило как из ведра.
Выждал минут сорок.
Тишина, карта тоже молчала.
А теперь – в душ.
Вышел на стену прямо в одежде, сорвал пучок жесткой травы и принялся остервенело оттирать грязь под дождем. Затем скинул все с себя и с огромным удовольствием подставил разгоряченное тело под студеные струи. Радует, что теперь есть где согреться и просушиться.
Вместе с грязью с меня словно смывалось что-то лишнее. То, что совершенно не нужно в этом новом мире.
Вернувшись, развесил вещи у очага, сам уселся рядом. На улице продрог, но терпимо – сказались годы закалки.
Помнится, бывало: зима, мороз за тридцатник. Только отковал заготовку, употел насквозь. Выскакиваю в безрукавке на крыльцо, скидываю ее прямиком в сугроб и с великим удовольствием
- Предыдущая
- 11 / 62
- Следующая