Голодные звёзды - Данияр Саматович Сугралинов - Страница 58

на шею сядут. Вон, уже сели. За такое надо пороть перед строем. Ну, или из клана вышвыривать.

Люди есть люди.

Близко подходить Киндерманны не стали, понимая, что провинились. Как настоящий мужчина, Дитрих задвинул Керстин себе за спину. Олень, блин. Сам таким был пару месяцев назад, и от понимания аж челюсти свело.

Я уставился на них максимально тяжелым взглядом, на какой был способен.

— Как вижу, вы поняли, для чего я вас позвал. Или нужно объяснить, для чего я перевел каждому уники?

Дитрих смотрел с вызовом, не отводя взгляда и не расплетая пальцев с пальцами жены, стоявшей за спиной с потерянным видом.

И такая наглость еще больше злила. Ну, хорошо, значит, не буду их жалеть, а другим пусть неповадно будет.

Дитрих заговорил:

— Денис, пожалуйста, не перебивай, дослушай до конца. Я понимаю, двадцать миллионов уников — колоссальная сумма. Понимаю, что ты чуть не лишился жизни, зарабатывая их, и рассчитывал, что мы все усилия бросим на вооружение, потому что идет война на уничтожение человеческого рода…

— Как хорошо, что ты все понимаешь, — как можно более холодно отчеканил я. — Мне очень интересно, что ты скажешь после слова «но», которое, по сути, перечеркнет все мои старания ради общего блага.

— Я понимаю, что ты вправе вышвырнуть нас из клана… Другой так и сделал бы и был бы прав — зачем тебе балласт?

— Ну давай уже к сути, Дитрих. Керстин захотелось стать молодой, я понимаю, женщине сложно побороть тоску по совершенству, когда столько искушений.

— Дело не в этом, — отрезал Дитрих, оглянувшись на жену. — Точнее, не только в этом.

Керстин вышла вперед, вскинула голову.

— Нам было по восемьдесят. Мы прожили жизнь… зря. Не оставили продолжения. У нас не было детей. Когда я спохватилась, было слишком поздно. А теперь… в общем… Я беременна. Я вижу это благодаря системе, срок пока еще очень маленький, и уровни я купила, потому что в молодом теле плод будет развиваться лучше. И если ты поставишь меня перед выбором… я умру вместе с ребенком.

Чего угодно я ожидал, но только не этого. Да, люди беременели и рожали и в Великую Отечественную, но… Но сейчас, блин…

Блин! Я провел ладонями по лицу, посмотрел на молодую растерянную блондинку с пепельными волосами. Вспомнил хромающую старушку и расхохотался — просто от неожиданности, неуместности новости.

Керстин трактовала мою реакцию по-своему.

— Я понимаю, что стала обузой. Бог послал мне испытание, и я пройду его достойно. И я понимаю, что ты… Что правильнее нас выставить из клана…

Вместо ответа я подошел и обнял ее.

— Извини за смех. Это не смешно, просто от неожиданности.

Я прищурился, силясь разглядеть системку плода, но ее не было.

— Т-ты не выгонишь нас? — осторожно спросила Керстин.

Я всплеснул руками.

— Керстин! Вот это обидно было. Ну мы не один фунт соли вместе съели. Неужели я похож на человека, который выгонит женщину в… твоем положении? Почему сразу не сказали, я уж надумал себе невесть чего.

Киндерманны переглянулись и улыбнулись. Лиза, наблюдавшая за нами, вытянула шею, и я жестом подозвал ее и поделился:

— Ты представляешь, Керстин в положении.

Лиза запищала и запрыгала, обняла Керстин, говоря:

— Удивительно! Керстин, ты представляешь, твой ребенок может быть первым человеком, рожденным в обновленном мире!

Она говорила так, словно мы уже победили.

— Не говорите никому, — попросила Керстин. — Это вы так восприняли, а для других я теперь балласт. Начнутся шепотки, косые взгляды… А так кому мы нужны?

— Так будут думать, что ты играешься в омоложение, — ответил я честно. — Я так же подумал. Так что лучше пусть знают. Объявим, когда вернемся, я сделаю все в лучшем виде. А теперь давайте займемся тем, за чем пришли.

Отлива не было, и крабов попадалось мало, их приходилось выковыривать из-под корней, потому скоро мы переместились в джунгли. За крабами выйдем на закате.

И вдруг, когда я собирал палые уже слегка забродившие плоды манго, перед глазами замигал конверт. Я мгновенно оставил свое занятие, одновременно открыл карту и письмо. Как и думал, оно было от Мигеля:

«Ден… срочно. Тебе надо сюда… неопасно. Только тебе под силу изменить…»

Две зеленые точки мигнули на карте Мабанлока там же, где и в прошлый раз, и погасли. Я попытался связаться с Мигелем голосом — не получилось. Отправил письмо — не дошло. Но его-то сообщения доходят…

И тут до меня дошло, что сообщения — отдельные слова. Что-то дошло, что-то потерялось. Черт побери, опять мне куда-то надо!

И что делать? Снаряжать экспедицию в Мабанлок?

— Всеобщий сбор в тринадцать тридцать, — объявил я.

Глава 23

Мы играем от обороны

— Остались сутки до появления Охотников, — озвучил я очевидное перед собравшимися возле базы. — Как вы оцениваете наши шансы если не на победу, так хотя бы на то, что мы переживем Третью волну?

Все молчали. Я вспомнил учительницу литературы, которая в таких случаях говорила: «Лес поднятых рук» и «Народ безмолвствует».

— Высокие! — бодро выкрикнул Макс, которого будто подменили.

Такой вариант Макса более полезен для клана, но мне нравился меньше, слишком он стал борзым. Не по-хорошему наглым и инициативным, а именно борзым, не принимающим автиоритетов и не соблюдающим субородинацию. В каждом его взгляде я улавливал намек на что-то вроде вызова мне.

— Значит, высокие… — хмыкнул я и задал наводящий вопрос: — И откуда такие выводы?

— Ема-а, Ден, так наша база уникальна, и у нас есть Кема! — воскликнул Макс и посмотрел на меня как на дебила.

— Круто, че, — не удержалась от шпильки Вика. — Кема как козырь.

— Еще корабль! — стоял на своем Макс.

И снова ему возразила Вика:

— От которого непонятно, чего ждать. И он проваляется в коматозе еще неделю.

— Максим, садись, «два», — Рамиз буквально озвучил мои мысли.

— Да, Максимка, слишком уж ты… — буркнул Сергеич и задумчиво проговорил: — То посрать один в лесу боится, то на НЕХ с голыми руками ки́дается…

Мне хотелось послушать Бергмана, у которого, казалось, вместо мозга процессор. Или ИИ.

— Костя? — обратился к нему я.

Почему-то было сложно обращаться к нему по имени, каждый раз я себя пересиливал, хотя с теми же Киндерманнами, которым за восемьдесят, нормально общался.

— Крайне невысокие. Но ненулевые, — отчеканил он.

— Че это? — возмутился Сергеич, которому все же хотелось верить в лучшее. — Если мы все волны на Отступников наших отразили! А Ден ваще монстра зассал насмерть. Прикиньте, че было бы, если бы его медвежья болезнь одолела прямо там? Да