Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова - Страница 26

во мне эту способность… и у Хао тоже.

Только Вэй Учэнь хотела уточнить, как возможно пробуждение способности, если по факту Синь Юй ни разу не сталкивался с Разломом наяву, как вторая часть предложения побудила её напрячься.

– То есть? Хао тоже видел будущее?

– Не так ясно, как мы с Вэй Лу. Он ведь в первую очередь некромант и более грубо обходится с потоками ци. Но после того ритуала мы все стали связаны, хотя он просто помогал духовной школе, а не состоял в числе жертв.

– Даже если он что-то видел, значит, рассказал об этом Шуан Тяню и Шо Фэну, – омрачилась Вэй Учэнь, прикусив ноготь большого пальца.

– Именно поэтому, когда я сбежал, Шуан Тянь и направился в путешествие к Разлому – чтобы наверняка убедиться в происходящем. Другой причины я не вижу.

– И сколько у нас осталось времени?

– Ещё где-то месяц.

– Не так уж и много, – цыкнув, недобро покачала головой Вэй Учэнь. Помолчав немного в тишине наступивших сумерек, она удручённо спросила: – Думаешь, у Вэй Лу действительно есть шанс выжить?

– Если он не надоест Асуре за этот месяц.

– А если надоест? Он хоть доживёт до конца месяца?

Собственные рассуждения показались Вэй Учэнь до ужаса кощунственными и бессердечными, словно смерть являлась их единственным исходом. По сути, вся её жизнь состояла в том, что она отчаянно бежала от погибели, сражаясь за возможность подольше задержаться в этом мире. Вэй Учэнь не страшилась того, что рано или поздно ей придётся уйти, но как же тогда о себе позаботится Вэй Лу? Она взрастила в нём крепкую привязанность к себе, о чём уже горько жалела. Вэй Учэнь учила Вэй Лу не заводить связи с другими и всегда показывала себя как исключение: только ей он мог доверять… только ей.

– У Асуры и Хао довольно сложная история, – прервал затянувшуюся тишину Синь Юй. – Со стороны может показаться, что куда бо́льшую опасность представляет Хао, но это не так.

– Неутешительная новость.

– Старейшина Шуан Тянь привёл этих детей из далёкой общины, живущей на юго-востоке. Когда меня привезли в Тайян, они уже здесь жили. Но не сказать, что я не застал самые тяжёлые времена. Я стал первым серьёзным заданием для Хао: ему поручили следить за мной. Мы в ту пору… ну… подростки есть подростки, им только дай повод кричать громче петухов да кичиться мелочными заслугами. В первое время я думал, что многие боялись Хао из-за взрывного характера, ведь он тогда не гнушался бить всех, кто ему не нравился.

– По нему заметно.

– Но потом, разговорившись с тёмными заклинателями, разузнав о жизни в духовной школе, я узнал о его брате-близнеце Асуре, которого… которого под предлогом суровых тренировок Шуан Тянь отправил на пару лет обучаться в горы. Но причина крылась не в том, чтобы натренировать юношу, а чтобы оградить его от других людей.

– Чтобы они не навредили ему?

– Чтобы он никому не навредил, – поправил её Синь Юй. – Поговаривали, близнецов сразу невзлюбили, над ними часто издевались и высмеивали. Даже когда я стал пленником Тайян и впервые столкнулся с Хао, он говорил с сильным акцентом. Оно и понятно: уважаемый, тогда ещё молодой мастер Шуан, к кому в ученики выстраивалась целая очередь, вдруг вернулся из путешествия с двумя странными детьми, да ещё один из них имел зачатки тёмного заклинателя. Только вот молодые адепты не сразу поняли, что имели дело далеко не с простыми детьми.

Вэй Учэнь даже не пришлось долго думать, в чём именно заключалась та особенная «непростота» близнецов.

– Малыши Хао и Асура прикинулись глухими и слепыми, не замечая писаные правила? – с небрежной ухмылкой полюбопытствовала Вэй Учэнь.

– Не совсем малыши, – со схожей усмешкой подметил Синь Юй, – им тогда было лет двенадцать, наверное. Но да, ты права. Хао сразу бросался с кулаками на выскочек, защищая себя и брата, однако сам нередко получал в драках. Несмотря на порицания учителей и старейшин, эти стычки не прекращались… до одного лишь момента.

Выдержав нагнетающую паузу, Синь Юй продолжил:

– Однажды в банях произошёл несчастный случай. Адепты пошли умываться, но кто-то подмешал в воду порошковую кислоту, которую обычно используют заклинатели для быстрого разложения трупов убитой нечисти. Она тяжёлая, нерастворимая, поэтому осела на дне купели.

– Полагаю, после купания адепты обзавелись ожогами?

– В лучшем случае. Учитывая, что дети ещё не до конца сформировали духовное ядро, для многих такие раны стали смертельны. Случай расследовали, но виновных не нашли. Затем через какое-то время произошло другое событие: в еду трёх подростков были подмешаны сломанные иглы для вышивания.

Представив, с каким аппетитом обычно люди набрасывались на еду после тяжёлых тренировок, Вэй Учэнь непроизвольно поморщилась от понимания, как иглы раздирали рты бедолаг.

– После этого уже стало понятно, что страдают в основном те, кто задирал Асуру и Хао. Пусть доказательств и не было, однако все понимали, что это они. Хао возмущался подобным обвинениям, а вот Асура вёл себя пугающе спокойно. Всем сразу стало понятно, что это он… Тихий, незаметный, но очень умный и коварный ребёнок.

От таких слов Вэй Учэнь стало лишь тревожнее за Вэй Лу. Может, с годами Асура и научился контролировать свою жестокость, однако это ничуть не успокаивало. Вэй Лу слепо защищал монстра, который держал у его шеи острые когти, грозясь в любой момент распороть нежное горло.

Куда ни посмотри, их везде подстерегала опасность стать жертвой. Как бы Вэй Учэнь ни переживала за Вэй Лу, теперь тот находился в такой ситуации, что ему следовало во что бы то ни стало держаться за лояльность Асуры и не злить его. Зная Вэй Лу, трудно сказать, удастся ли ему это.

Нервно выдохнув и сжав кулаки, Вэй Учэнь заметила, как у неё трясутся руки. Может, если прямо сейчас призвать феникса и похитить Вэй Лу, им удастся скрыться от угрозы? Но здесь находилось так много сильных заклинателей, что их, скорее всего, убьют. И что же теперь делать? Куда идти, если повсюду их ожидала только смерть?

Тёплая ладонь накрыла её руки. Синь Юй сделал это так осторожно и робко, словно боялся, что от него тут же отмахнутся. В былое время Вэй Учэнь так бы и поступила, а сейчас с глупой потерянностью наблюдала за тем, как Синь Юй, подсев поближе, взял её руки в свои и бережно погладил.

– Любить нефрит и беречь аромат[39], – невольно пробормотала Вэй Учэнь, ощутив, как от этих слов чужие пальцы аж вздрогнули. Не без лукавства глянув на Синь Юя,