Галактические происшествия - Полина Липкина - Страница 33

понимал, так что не стоило ни удивляться, ни огорчаться тому, что она оказалась покрепче арбуза. Напрасно он даже надеялся на иное. Хорошо еще, что гантели ее хоть немножко задержали.

А они ее задержали. Демоница слегка пошатнулась, окружающие ее волны красного цвета исчезли, а сама она начала меняться. Сначала – непонятно как. Потом – вполне понятно. Перед Вадимом стоял скелет. Обычный человеческий скелет, череп, кости рук и ног, костяное туловище – все как полагается. Скелет вновь слегка покачнулся, посмотрел на Вадима и сказал:

– Я тебя уничтожу.

Вадим не знал, что подобную фразу Лепешинская произносила в этот вечер несколько раз подряд, так что она уже стала традиционной, но если бы и знал, его бы это вряд ли заинтересовало.

Его волновало другое. Что делать? Что? Секунды утекали, утекали… неужели все, конец? Как глупо-то… Как глупо… Именно сейчас, после Афгана… нет, надо что-то придумать. И быстро.

Неожиданно Вадим вспомнил про подаренный ему еще не так давно нож. По счастию, этот нож был как раз при нем. Федор нес тогда какую-то чушь, однако… Однако несуществующие демоны (или кто там она такая?) на самом деле существуют. А раз так, то, быть может, и придуманная сказка окажется правдой?

В этой мысли не было никакой логики. Но Вадим решил ее проверить. Ранее интуиция и способность просчитать правильное решение его не подводили. Не должны подвести и сейчас. Не должны.

Вадим метнул нож.

Демоница упала.

Упала сразу же, там где и стояла, прямо на лету превращаясь из скелета в обычную женщину. Совсем обычную. Черные волосы, длинные ноги, высокая грудь. И прямо в ней, в этой груди – его нож. Точно по-серединке, хорошо видно. Также как и сама женщина, она тоже хорошо видна. Да, это именно Лепешинская. Надо же…

Женщина лежала, не поднимаясь и не шевелясь. Он что, покончил с ней? Все в порядке?

Но Вадим знал, что в таких делах никогда нельзя быть уверенным хоть в чем-то. Надо бы эвакуировать население. Но куда?

И только он успел об этом подумать, как женщина зашевелилась. Зашевелилась, застонала и даже попробовала встать. Правда, неудачно. Пока неудачно.

Вадим оглянулся кругом.

Если люди бросятся сейчас врассыпную, то демоница поймает и убьет от силы двух или трех из них. Может и больше, но вряд ли. По крайней мере, если они поторопятся. Не исключено, что она сможет поймать даже и меньшее число людей, скажем, только одного. Но кто-нибудь погибнет почти наверняка. А вот если… Вадим вспомнил точно – Лепешинская ни разу не заходила в спортивный зал. Ни разу. Это, конечно, могло быть и случайностью – в конце концов, что ей там делать? А могло и не быть. Тем более, что на дверях спортзала висела подкова. Заговоренная подкова – как утверждал тот студент, который ее там повесил. Вадим уже не помнил, как его звали, и, разумеется, не обратил особого внимания на его болтовню. Но и подкову снимать не стал – она ему не мешала. Если… С ножом Вадим оказался прав. Может, и тут? Да, но если он ошибается, то спортивный зал превратится в ловушку для всех. Не приказать ли все-таки людям бежать? В конце концов, с чего он вообще взял, что демоница станет за ними гнаться?

Демоница вновь застонала и вновь приподнялась. Встать она не могла, но из обычной женщины она уже опять начала превращаться в выползший из ада оживший труп. Зомби – вспомнил Вадим слышанное от Федора слово. Сейчас она походила наполовину на скелет, наполовину на женщину.

– Я вас всех уничтожу, – сказала зомби.

Вадим решился.

Он отдал приказ следовать в спортзал.

Самое сложное в таких случаях – избежать паники. Кто-то всего за несколько секунд уже попытался дать деру – таких пришлось останавливать, быстренько разъяснять им суть дела и успокаивать. Кто-то – и когда только успели? – начал потихоньку впадать в истерику – таких тоже надо было как-то приводить в чувство. Собственно, в подобной ситуации и солдаты могли бы запаниковать, чего тут говорить о гражданских. Но кое-как Вадим справился.

Время еще было – демоница все никак не могла даже как следует привстать. Вадим поручил тащить двух тяжелораненых (или убитых?) парочке студентов покрепче, сам подхватил третьего, самого здоровенного и тяжелого, и вместе со всеми последовал в спортивный зал.

Пара минут – и население было эвакуировано. Можно было бы действовать и побыстрее, но главное – они успели. Вадим на всякий случай закрыл дверь и стал ждать. Если он ошибся – они все погибнут. Сейчас он узнает, правильное решение он принял или нет.

Ждать пришлось недолго.

Через пару секунд в закрытую дверь ударил нож – видимо, тот самый, которым Вадим достал демоницу. А еще через пару секунд дверь рухнула, и на пороге появился разгневанный скелет, внешность которого плавно перетекала в женщину, похожую на Лепешинскую, и обратно в скелет. Появился и… остановился. Перейти порог скелет (то есть уже не скелет, он опять перетек в Лепешинскую – тупо отметил про себя Вадим) никак не мог. Значит, он все же не ошибся. Интересно, что было бы – как-то безразлично подумал Вадим, – если бы он не догадался закрыть дверь? Или если бы демоница догадалась сначала сломать дверь, а потом уже бросить нож? Кого-то бы точно убило… Вадим прислонился к стене и задумчиво посмотрел на зомби. А вот она опять превратилась в скелет. А вот она уже как две капли воды похожа на Лепешинскую, только клыки у нее здоровенные. Надо же… Интересно.

Зомби стояла напротив выбитой двери и кричала что-то возмущенное. Потом отошла к окну. Постояла. Окончательно перетекла в Лепешинскую – такую, какую ее сегодня в первый раз увидел Вадим – с клыками и прочим. Потом положила на подоконник маленькую безделушку (маску – разглядел Вадим) и вроде как задумалась. От ее головы в разные стороны уходили волны красного света. Неподалеку туда и сюда летал головастик. Интересно, а он-то откуда здесь взялся?

За спиной Вадима раздался шум, зазвучали громкие голоса. То есть они и раньше звучали, но он не обращал внимания. Ничего особенного, просто люди взволнованы. Они и должны быть взволнованными вообще-то. Кажется, кто-то назвал его имя. Да. Вроде бы требуется его участие в чем-то. Или его мнение. И на фига? Нет, правда, и на фига он кому-то понадобился? Шум не умолкал. Похоже, кто-то опять назвал его имя. Странные люди, и чего они к нему пристали? Или оно