ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов - Страница 114

114

написала: «Полковник российской разведки продал Родину и получил 18 лет лишения свободы». Прочитав это, Виктор сразу позвонил Семенову и «поздравил» его с тем, что с таким «другом» можно прославиться на весь мир. Коллега, очевидно уже переживший этот неприятный сюрприз, спокойно ответил что, конечно, все связи Запорожского уже давно проверялись контрразведкой, что особой радости это не доставляет. К счастью, в последние годы он не поддерживал с Запорожским тесного общения. Но, как говорится, из песни слова не выкинешь…

Наиболее вероятной версией его предательства представляется то, что он был обижен слабым карьерным ростом и увольнением из СВР, а впоследствии, работая в сфере бизнеса, он и члены его семьи в погоне за легким обогащением «наследили» в США и стали добычей американских спецслужб.

Интересным было короткое знакомство с бывшим главой Администрации Президента Сергеем Александровичем Филатовым, ставшим затем президентом Фонда социально-экономических и интеллектуальных программ, и вице-президентом Фонда Владимиром Журавским, бывшим заместителем министра и советником Путина.

Виктор подарил Филатову свои книги, а тот свои, написав автограф с теплыми словами и пожеланиями дальнейших успехов в творчестве. Потом Журавский привозил Виктору от Филатова много различной литературы, как художественной, так и публицистической, в основном интеллигентско-демократической направленности.

Филатов даже предложил Дмитриеву оказать содействие во вступлении в Российский союз писателей, но Виктор поблагодарил его, сказав, что уже давно является членом Союза писателей России. Дело в том, что после 1991 года Союз писателей СССР разделился на три части: Союз писателей России – патриотический, русский; Российский писательский союз – демократический, и Международный союз писателей – пулатовско-ларионовский, а потом бондаревско-михалковский, – объединяющий писателей СНГ (бывшего СССР).

Были попытки объединить эти союзы, но слишком глубокие противоречия сразу во всех сферах: идеологической, творческой и меркантильной, не позволяют сделать это до сих пор. С идеологией понятно – в 1991 и 1993 годах писатели-патриоты и писатели-демократы с оружием в руках в буквальном смысле слова сражались по разные стороны баррикад. После этого демократы пришли к власти политической, идеологической и финансовой и пользовались этими возможностями и благами на полную катушку, всеми силами подавляя своих идейных противников.

В области творчества всё, конечно, тоньше и сложнее, но, в общем, тоже достаточно очевидно. Демократические писатели – это квазилибералы, у них нет запретных тем, потакание низменным инстинктам толпы, мат и порнография, пресловутое «Голубое сало» и все индивидуалистские изыски, которые свойственны людям творческим и талантливым, – это их конек.

Русские писатели более консервативны и традиционны в творчестве, хотя излишне зациклены на почвенничестве. Им порой не хватает гибкости в делах, более трезвой оценки ситуации. Они пытались, но так и не смогли достучаться до сердца президентов, сначала Ельцина, а потом Путина. Не получилось у них с Ельциным, и это понятно. В демократическом угаре тот и слышать не хотел о патриотизме, об интересах русского народа и русских писателей, которые к тому же с оружием в руках сражались против него в 1991 и в 1993 годах, а также неизменно ассоциировали себя с советским, коммунистическим прошлым и со Сталиным.

Странно, что не получилось у них диалога и с Путиным, который уже с средины первого срока правления взял на вооружение почти все их патриотические идеи и лозунги.

Один из руководителей Союза писателей, Юрий Лопусов, рассказывал Виктору:

– Был момент, когда большую сумму российским писателям хотел выделить Черномырдин, но потом передумал. Свой отказ он объяснил тем, что Союзов писателей в России несколько и если одним дать, а другим нет, то начнутся склоки. Поэтому и не дал никому.

Черномырдин выделил деньги только на издание энциклопедии афоризмов, в которой Лопусовым была написана целая глава о Черномырдине, как о классике в жанре афоризма наравне с мировыми величинами. Естественно, туда вошли его знаменитые: «Хотели как лучше, а получилось, как всегда» и «В России какую партию ни создавай, получится КПСС» и «Что ни делай, получится автомат Калашникова». Но таких шедевров было немного.

Потом, очевидно, когда над Черномырдиным стали подсмеиваться его коллеги и друзья, он приказал тираж изъять и уничтожить, но часть его бродит по рукам, и Виктор читал этот шедевр подхалимажа у Лопусова.

Коллеги полковников Ткаченко и Дмитриева из военной контрразведки после 1991–1993 годов довольно быстро уволились в запас и почти все неплохо устроились в новой жизни. Некоторое время они редко встречались друг с другом, но затем жизнь заставила их вновь собраться в ветеранской организации военной контрразведки, где они могли поделиться успехами на новых местах работы или обратиться за советом и помощью к более продвинутым и удачливым коллегам.

Здесь, опять же, огромную объединяющую роль играет то, что они живут в Москве. Несмотря на колоссальные размеры, Москва обладает множеством коммуникаций, позволяющих людям общаться и совместно осуществлять различные проекты. Поэтому ветеранских организаций бывших сотрудников КГБ, ФСБ, СВР, ГРУ и МВД в Москве десятки если не сотни. Они объединяют в своих рядах сотни тысяч ветеранов, и не меньше половины из них ведут активную общественную патриотическую работу.

Разведчик с авантюрной специализацией Суриков

Полковник (генерал-майор?) ГРУ Суриков Антон Викторович, он же гражданин Турции Мансур Натхоев, он же гражданин США Грегори Орлофф, один из выдающихся авантюристов от спецслужб России. Родился в 1961 году. В ноябре 2009 года в городе Ижевске скоропостижно скончался.

Суриков происходил из семьи диссидентов, которые в жизни часто фрондировали, но это не мешало им делать карьеру. В 1979 году по стопам отца Антон Суриков поступил в Московский авиационный институт. Однако после окончания МАИ в 1984 году, несмотря на протекцию заместителя начальника ГРУ генерал-лейтенанта Гусева и начальника Управления кадров генерал-полковника Изотова, с приемом в ГРУ у него возникли трудности. Естественно, что возражения исходили от КГБ, у которого для этого были серьезные основания.

Руководству военной разведки пришлось обращаться с письмом в ЦК КПСС. Проблема заключалась в том, что у Сурикова-Натхоева были воинственные адыгские предки, загадочный прадед Чирчев и репрессированные члены семьи, нанесенные которым обиды, по законам гор, требовали отмщения.

Но главная проблема заключалась в том, что его троюродный дядя, Фриц Вальтер Эрмарт, в это время успешно работал в ЦРУ и ВПК США и вместе с Робертом Гейтсом (будущим министром обороны) имел реальное влияние на внешнюю политику Америки. Эрмарт и Гейтс были ярыми противниками разрядки и поддерживали пронацистские тенденции в правительстве и спецслужбах США.

Его отец, Фридрих Эрмарт, работавший в США с 1933 по 1945 год, близко знал адмирала Канариса, вероятно, был агентом абвера и входил в группу Карла Хаусхофера и Теодора Оберлендера, являвшихся специалистами по этнической борьбе против восточных славян. Оберлендер также близко знал адмирала Канариса.

Поэтому происхождение и родственные связи Сурикова, несомненно, представляли оперативный интерес не только для советской разведки, но и для идеологов КПСС, интересы которых представлял Изотов, как руководитель кадров ГРУ.

Особый интерес для советской разведки могла представлять двойная специализация Эрмарта в разных

114