Фронт на приграничье. Записки военных журналистов - Вячеслав Юрьевич Алимичев - Страница 64

соуса;

½ головки чеснока;

1 чайная ложка мёда.

Мариновать, минимум 30 минут.

Крылья разделать по суставам на фаланги, крайнюю фалангу не использовать.

Обжариваем крылья до корочки, выкладываем на противень и запекаем 35 минут при температуре 180 градусов. На 30-й минуте начинаем их глазировать, смазывая остатками маринада. С 30-й по 35-ю минуты желательно включить верхний жар и конвекцию.

Попробуйте!

Перед выездом из медицинского батальона я забежал в столовую попрощаться с ребятами, и Олег – Монгол попросил исполнить его просьбу.

– Когда эвакуационная группа забирала раненых с передовой, я и еще один боец просто не поместились на броне. Нас должны были забрать позже. Не дожидаясь транспорта, мы с товарищем – у него было перебинтовано всё лицо, прошли несколько километров пешком. Мимо проезжали боевые машины, но никто не остановился. Через какое-то время остановился КамАЗ. Я попросил водителя: «Только не бросай, брат!» И водитель довёз нас прямо до госпиталя. Я даже не помню, как его зовут! Передаю ему искреннее спасибо!

Спасибо Вам, водитель КамАЗа. Оставайтесь живым!

Твёрдый характер хрупкой власти

Она располагает к себе сразу. Светлый взгляд, спокойная и очень приятная для восприятия речь, обаяние, широкий кругозор. Даже не сомневаешься в том, что перед тобой – очень опытный и грамотный психолог. Знакомимся ближе. Начальник группы психологической работы мотострелкового полка одного из соединений, входящего в состав группировки «Запад».

– Власть! – протягивает для рукопожатия свою хрупкую ладонь. А сама с прищуром смотрит в глаза. Думаю: «Составляет уже мой психологический портрет…»

Только что старший лейтенант Власть провела работу с реабилитирующейся в базовом районе группой бойцов «Витязя». Это название группы, куда входят подписавшие контракт с Министерством обороны заключенные. Здесь они находятся под постоянным присмотром и охраной.

– Психолог – это друг солдата независимо от того, провинился он или проявил свои лучшие качества, – рассказывает Власть. – Я не смотрю на них с точки зрения осуждения или поощрения. Замполиты поощряют солдата и наказывают. Психолог этого не делает. В этом главное наше отличие. Однако мы работаем в очень тесной связке.

Кроме этого психолог должен уметь проконсультировать солдата по юридическим, медицинским, социальным вопросам. А если военнослужащий вернулся в подразделение из госпиталя, задача психолога проинформировать его и о боевой обстановке.

Внимательно выслушать каждого – дело не из легких. Но в этом и проявляются волевые качества психолога, умение моментально проанализировать сказанное, «сканировать» настроение собеседника, вывести его на диалог, порой искусно погасить внутреннюю агрессию бойца и построить разговор в уважительном тоне.

– Что касается работы с бойцами, которых отбирают в штурмовые подразделения, здесь иная специфика, – говорит Власть. – Каким качеством должен обладать штурмовик в первую очередь? Правильно, главное в психотипе штурмовика – высокая склонность к риску. Иными словами, высокие уровни адаптационных возможностей и жизненного тонуса.

В течение определенного времени в подразделении, которое готовится к отправке в район боевых действий, психолог проводит психодиагностику по выявлению личностных особенностей штурмовиков. В процессе общения с военнослужащими Власть смотрит на то, как бойцы общаются между собой, как спорят, как дружат.

– Безусловно, если я вижу в штурмовике признаки первично-психической неустойчивости, мы выводим его из подразделения. Такой боец будет малоэффективен и в какой-то момент может потянуть группу назад. Более того, он может постоянно искать легальный способ не пойти в бой.

Военный психолог работает в тесном сотрудничестве с командиром подразделения. Все свои наблюдения и выводы Власть передаёт в виде рекомендаций. Прислушаться к Власти он просто обязан. Ведь цель у психолога и командира одна – победить и выйти из боя без потерь.

Старший лейтенант Власть работает со штурмовыми подразделениями с июля 2024 года.

Ритм добровольца – три часа на сон

Екатерина – директор социального предприятия металлоконструкций ООО «Алиот». Олеся – заместитель главы Администрации города по социальным вопросам. Софья – директор АНО «Ресурсный центр социальной помощи «Колыбель». Все они живут и работают в г. Фокино Брянской области. Все они – участники волонтёрского проекта #Ты нужен.

– А, девочки – это опять вы? – Работник пограничной службы уже по-свойски забирает паспорта водителя машины и пассажиров для проверки. – Опять полная машина? Не сидится вам дома…

На часах – 3:00 ночи. С этой стороны границы, в зоне проведения специальной военной операции, девчонок уже ждут. Маяк прямо из-под Сватово «прилетел» на «Патриоте». Надо сопроводить волонтёров – ночь, можно заблудиться. К 4:00 добрались до базового лагеря «Шепетовского» полка танкового соединения, входящего в группировку «Запад». Уже светает, но надо хотя бы пару-тройку часов подремать. Утром здесь скинут десяток масксетей, девчонки позавтракают и поедут дальше: Новокраснянка, Житловка…

Минимум два раза в месяц, уже в течение 2025 года, девчонки везут в зону боевых действий средства радиоэлектронной борьбы, строительные материалы, маскировочные сети, медикаменты, квадрокоптеры, средства личной гигиены. Всё, что неравнодушные жители городов Брянской области передают в воинские части и подразделения группировки «Запад». Везут и именные посылки.

– Однажды везли посылку нашему солдату. Были все данные: населённый пункт, имя, номер телефона… Доехали до места и поняли, что телефонной сети в этом районе нет. Оказались в непонимании, что делать дальше. Останавливали военные машины, спрашивали, знают ли они такого-то бойца или нет… Кто-то из ребят военных подсказал, что в соседней лесополосе местами ловит сотовая связь, и что вы думаете? Поехали! – рассказывает, смеясь, Екатерина. В итоге через четыре часа, через сеть телефонных звонков нам удалось встретиться.

Начинали подруги свою гуманитарную деятельность еще задолго до начала специальной военной операции. Объектами их благотворительной миссии были детские дома и интернаты региона.

– Дети, обделённые родительским вниманием, как никто нуждаются в заботе и поддержке, – рассказывает Олеся. – Более того, мы все мамы и у всех у нас – дети. У Кати – четыре сына, у меня и Софьи – по одному.

Когда началась специальная военная операция, свою благотворительную деятельность девушки не остановили. Изменили только направление. Сначала помогали воинским частям региона. Потом организовывали сбор гуманитарных грузов и отправляли его через перевозчиков в боевые части. А потом сели, обсудили и решили возить помощь сами.

– Попался нам один не очень добросовестный перевозчик… – Вижу, не хочет Екатерина вспоминать эту историю. – Поэтому с девчонками решили, что можем и организовывать, и собирать, и возить грузы сами. Автомобиль нам подарил известный бизнесмен, который не остался в стороне от этого благого дела.

Непросто было поначалу. Неизвестные маршруты, города. Неизвестные люди. Бывало, выезжали, не зная, где застанет их ночь.

– В первую поездку, помню, не сразу удалось согласовать наши действия с военными и нам пришлось ночевать в каком-то разрушенном доме. Нас, конечно, ребята охраняли, но было немного страшно, – говорит Софья.

Супруг не сразу принял желание Софьи участвовать в гуманитарных поездках в зону боевых действий. Однако под методичным напором подруг ему ничего не оставалось, как смириться.

Сейчас ситуация изменилась.