Эскорт для ведьмы - Вероника Гроссман - Страница 28

девушку.

– Здравствуй, милая, – мягко произнес он, и его улыбка стала еще шире при виде любимой внучки.

Сабрина вздрогнула. Она выпустила мою руку, и из ее глаз хлынули слезы. Она пошатнулась и едва не упала.

– Мне плохо, – невнятно прошептала она, впиваясь ногтями в мою ладонь. Я подхватил ее на руки и присел на мраморную плиту рядом с Алексом, который терпеливо ждал, пока его внучка справится с захлестнувшими ее эмоциями.

– Дедушка…

– Я здесь, дорогая. Ничего не бойся. Вы здесь в полной безопасности. Кстати, Джек, я знал, что рано или поздно ты примешь себя таким, какой ты есть на самом деле, – Алекс усмехнулся в ответ на мою недовольную гримасу. – А где Эрик? – поинтересовался он.

– У него грипп. Я уговорил его остаться дома, хотя он порывался приехать.

– Я так рад снова видеть вас! И счастлив, что вы вместе! – Алекс тепло улыбнулся и вновь перевел взгляд на Сабрину, которая, крепко вцепившись в меня, не отрывала от него взгляда.

– Милая, хорошо, что Джек привел тебя сюда. И научил, точнее, показал, как использовать твою способность видеть.

– Алекс, думаю, будет лучше, если мы покончим с этим разговором как можно скорее, – пробубнил я, с недовольством наблюдая за все прибывающими призраками.

– Конечно. Я все прекрасно понимаю, – покачав головой, произнес Алекс и снова улыбнулся внучке. После чего начал рассказывать о том, о чем не успел поведать при жизни.

– Сабрина, я благодарен судьбе за то, что двадцать три года назад твоя мама доверилась мне и позволила вывезти тебя в Ливерпуль. И я безумно счастлив, что честь воспитывать тебя выпала именно мне. Я верил в тебя. И не ошибся. Я очень горжусь тем, каким человеком ты стала. Пришло время раскрыть тайну твоей семьи. Речь пойдет о твоей настоящей семье.

Я почувствовал, как сердце Сабрины забилось чаще. Она невольно подалась немного вперед, продолжая нервно сжимать мою руку.

– Продолжай, Алекс, – попросил я.

– Ты являешься частью великой семьи с удивительной, хотя порой и пугающей историей. В самом начале XVII века в замке на окраине французской провинции Иль – де – Франс, супруга герцога Анри де Маншанд Вивьен де Маншанд, родила дочь. Девочку назвали в честь бабушки Анри – Аннэт. Более очаровательного ребенка нельзя было сыскать во всей провинции. Глядя на нее, родители ликовали. Малышка росла невероятной красавицей, буквально завораживая всех вокруг! Слуги потакали ей во всех ее прихотях, а отец всячески баловал. И несмотря на то, что ребенок имел довольно скверный характер, старался угодить ей буквально во всем. К семнадцати годам девочка превратилась в прекрасную, обворожительную девушку. Ее черные, как смоль, волосы и синие, как бездонное море, глаза никого не оставляли равнодушными. Единственное, что портило чудесную картинку – ее необузданный нрав.

Когда в восемнадцать лет ее выдали замуж, она отказалась принимать фамилию супруга. Разразился невероятный скандал. Однако бедный малый оказался настолько влюблен в Аннэт, что ради того, чтобы она осталась с ним, готов был смириться со всеми ее капризами. Спустя год со дня свадьбы Аннэт пресытилась жизнью в Труа, куда они переехали сразу же после венчания, и стала устраивать супругу истерики, уговаривая перебраться в Париж. Но юный Антуан не хотел оставлять замок и своего тяжелобольного отца. И так или иначе, Аннэт пришлось с этим смириться, но ее терпения хватило лишь на два с половиной месяца. После чего она устроила очередную сцену, во время которой и обнаружила дар, о котором ранее даже не подозревала.

Она кричала и плакала, обвиняя Антуана в том, что он держит ее взаперти в этой затхлой деревне. Она кричала, что рано или поздно сгниет в этом замке заживо. И в тот момент, когда в отчаянии она закричала, громкий хруст разрезал гнетущую тишину каменных стен. Огромные цветные витражи с оглушительным треском разлетелись на тысячи мелких осколков и рассыпались по полу разноцветным дождем. Антуан в ужасе уставился на жену и, перекрестившись, выбежал из зала. А Аннэт осталась наедине с обретенной силой. Она была вне себя от радости. Еще никогда в жизни она не гордилась собой так, как в тот момент, когда увидела искаженное страхом лицо мужа. С тех пор все стало иначе.

Втайне от мужа Аннэт стала развивать свой талант. Она научилась передвигать предметы при помощи силы мысли: находясь в одной комнате, она могла легко переместить вазу, стоящую в другой стороне замка. Чем часто прислугу. Ей было достаточно одного взгляда на цветущую розу в саду, чтобы та мгновенно завяла. Аннэт продолжала совершенствовать свои способности. А через семь месяцев она родила ребенка. Прелестную голубоглазую девочку. Антуан перестал обращать внимание на Аннэт и полностью сосредоточился на воспитании малышки. Он прекрасно понимал, что поселил под крышей своего дома зло. Но, словно зачарованный, не был способен что-либо сделать. А теперь был еще и ребенок. Его кровь и плоть. Маленькое сокровище, которое он любил больше всего на свете. Малышку по имени Жюлли.

Спустя четыре года Антуан вновь отказал Аннэт в переезде в столицу. Она пришла в ярость и в сердцах выкрикнула ему в лицо, что ей было бы гораздо проще, если бы она осталась одна с ребенком. Она заявила, что устала сидеть без дела в Труа и сюсюкаться с ним и его отцом.

– Я ненавижу тебя, твоего папашу и эту чертову деревню! – кричала Аннэт, вытирая слезы.

– Прекрати, Аннэт. Ты прекрасно знаешь, что пока мы не можем позволить себе достойную жизнь в Париже, – спокойным тоном ответил Антуан, тяжело опускаясь в кресло у камина.

– Конечно! С такими-то тратами на вино и ваших шлюх мы никогда не сможем позволить себе «достойную жизнь» не только в Париже, но и в этой дыре!

Терпению Антуана пришел конец. Он вскочил на ноги, резким движением опрокинув кресло, бросился к Аннэт, схватил ее за руку и дал пощечину.

– Не смей! Слышишь ты, ведьма! Никогда не смей оскорблять моего отца! Иначе я прикажу немедленно возвести костер и сжечь тебя! – тяжело дыша, прорычал Антуан. Угроза прозвучала настолько искренне, что задела Аннэт гораздо сильнее, чем зардевшая на щеке пощечина.

– Ты и твой папаша первыми отправитесь в ад! А мы с Жюлли будем танцевать на ваших могилах! – прошипела она и, плюнув в его сторону, выбежала во двор.

На следующий день старый граф