Энчантра. Тринадцать клятв - Кейли Смит - Страница 31

Эллин сидела на коленях у мужчины, который кормил ее клубникой.

– Он наверху.

Женевьева резко повернулась и увидела Севина. Он прислонился к стене у лестницы и потягивал из стакана густую красную жидкость.

Кровь.

– Медовый месяц уже закончился? – Он наклонил голову и ухмыльнулся.

– На мой взгляд, нет, – пробормотала Женевьева себе под нос. А у Севина спросила: – Ты не собираешься участвовать в… торжествах? Кажется, вечеринка в твоем вкусе.

– Здесь моя бывшая. Вот, тоскую, – ответил он.

Женевьева подняла брови. Севин был самым обаятельным братом Роуина. Не говоря о внешности – ее очень удивило, что на подобном мероприятии он мнется у стенки. Она хотела произнести это вслух, но взгляд Севина затуманился, как у Баррингтона, когда его мысли возвращались в прошлое. Она не стала прерывать его раздумий и пошла дальше.

Поднявшись по лестнице, Женевьева обнаружила на площадке второго этажа иное проявление необузданности.

Вампиры.

Куда ни глянь, всюду были клыкастые существа – ласкали друг другу шеи, бедра, грудь. Алая кровь капала из ран, и Женевьева наблюдала, как они поочередно припадали то к ранам своих партнеров, то между их ног.

«Возможно, ситуация немного вышла из-под контроля», – подумала Женевьева, разглядывая ближайшую пару.

Женщина провела по груди партнера знакомым леденцом, а потом наклонилась слизать липкий сахарный след. Вот только… Женевьева была почти уверена: леденцы вовсе не из сахара.

– Милый кролик, – промурлыкала женщина, встретившись взглядом с Женевьевой, пока партнер ласкал ее грудь. – Хочешь попробовать? У нас есть что пососать.

Женевьева не знала, что именно имела в виду незнакомка, но поспешила уйти прежде, чем это выяснится. Лестничная площадка изгибалась полумесяцем, и с балкона открывался прекрасный вид на происходящее внизу. Женевьева двинулась дальше по просторному коридору, где впервые встретила Эллин и Севина. По обеим сторонам располагалось по пять комнат, а в самом конце виднелись закрытые двойные двери.

В первой комнате обнаружилась пара, мнущая простыни на кровати, которой не было там накануне, – точно такой же, как Нокс разместил внизу. За второй дверью развернулась настоящая оргия – у Женевьевы на висках выступил пот.

Третья комната оказалась на удивление пустой, а в четвертой она обнаружила…

Роуина.

И он был совсем не один.

Он лежал, прислонившись к изголовью кровати. Пиджак валялся на полу вместе с маской. Рубашка была наполовину расстегнута, открывая взгляду еще больше вихрящихся татуировок на рельефных мышцах живота и груди. Слева от него стояла какая-то женщина и… привязывала его запястье к изголовью кровати.

Женевьева вспыхнула.

Даже на фоне привязанного к кровати Роуина женщина выглядела потрясающе. Ее пальцы украшали когти, а на кончиках длинных черных волос плясали оранжевые языки пламени. Пламя горело и в темных глазах, мерцая оранжевым и синим.

А ее лицо… Маску она либо сняла, либо не стала надевать вообще – и Женевьева не могла ее винить. Незнакомка обладала красотой, из-за которой мужчины затевали войны.

Королева ада.

Женевьева почувствовала укол неуместной ревности, когда женщина отступила назад и спросила Роуина:

– Достаточно крепко?

Женевьева откашлялась.

Взгляд Роуина резко устремился в ее сторону.

– Женевьева, – прорычал он.

– Дорогой, я дома, – сухо ответила Женевьева, скрестив руки на груди.

Женщина с любопытством переводила взгляд с одного на другую, а потом на ее лице появилось узнавание.

– Ты – жена.

– Пока что, – бросила Женевьева одновременно с Роуином, который ответил:

– Да.

Женщина откинула голову назад, обезоруживающе расхохотавшись.

– Уходи, – прошипел Роуин. Но обращался он не к Женевьеве.

Женщина усмехнулась.

– Ты уверен?

– Да, – проворчал он, словно само это слово причиняло боль. – Я справлюсь.

– Спасибо, что спас меня от Севина, – поблагодарила она, а проходя мимо Женевьевы, прошептала: – Задай ему жару.

– Об этом можешь не волноваться, – заверил Роуин. Когда за ней закрылась дверь, он сердито глянул на Женевьеву. – Разве я не сказал тебе меня не искать?

– Ты думал, сегодня вечером я начну тебя слушаться? – парировала она.

Его губы сжались в тонкую линию.

– Но сейчас есть вопросы поважнее: что со мной такое?

Он протянул свободную руку и принялся развязывать узел.

– Уточни.

Она нахмурилась.

– Ты оставил меня, чтобы подняться сюда с другой ради какой-то эротической игры…

– Кто сказал, что мы занимались чем-то эротическим? – Роуин фыркнул от смеха. – Страстоцвет затуманивает твой разум. Именно поэтому я оставил тебя внизу.

Что значит не эротическим? Его просто так привязала к кровати самая красивая женщина, что когда-либо видела Женевьева?

– Гвен просто пыталась помочь мне держаться от тебя подальше, – заявил Роуин, развязал узел и встал с кровати. – Следовало ожидать, что ты явишься меня искать, учитывая, что я специально попросил тебя этого не делать.

Подойдя ближе, он задержал взгляд на ее губах, и по телу Женевьевы снова разлилось тепло, заставляя полностью забыть о гневе и их перепалке. Теперь она думала лишь об одном: каково будет поцеловать его снова. Как ее окутают тени, пока она будет скользить языком по его татуировкам на груди и животе.

– Я не смогла удержаться, – прошептала она, шагнув к нему. – Я слишком сильно хочу.

Он застыл, и лишь неровное дыхание подсказывало, что на него как-то повлияла их близость.

– Хочешь чего? Будь конкретнее. Здесь нас никто не видит – пожалуйста, не сдерживайся.

По щекам Женевьевы мгновенно разлился жар. У нее было много любовников, но никто ни разу не спрашивал, чего хочет она.

– Хочу узнать, каково это – целовать тебя не напоказ.

– Поцелуй. Как невинно, – поддразнил он, окинув взглядом ее покрасневшие щеки. – Но сегодня вечером вряд ли найдется место невинности. Возвращайся на вечеринку.

Она фыркнула.

– Я не невинна. У меня много опыта.

Он скептически поднял бровь.

– Проблема, подозреваю, у тебя исключительно сладкий опыт. Я никогда таким не стану.

Она наморщила нос.

– Хватит называть меня проблемой.

– Хватит создавать их.

– Или можешь просто ко мне присоединиться, чтобы создавать их вместе, – промурлыкала Женевь- ева.

Она четко увидела момент, когда его решимость наконец рухнула, – он мгновенно оказался перед ней и мягко оттолкнул щупальцами теней к стене.

– Гипотетически, если мы это сделаем, это будет просто секс, – сказал Роуин. Янтарные глаза буквально пылали страстью.

– Не уверена, что можно считать это просто сексом, если мы женаты, – возразила она, задыхаясь от близости его губ.

– Фиктивный брак и эмоциональная привязанность – разные вещи, – заявил он. – Мы не должны привязываться друг к другу. Паутина, в которую мы угодили, и так слишком запутанна.

«Он прав. И я хочу разрядки, а не очередного мужчину, который вырвет мне сердце».

– Справедливо. Отвечая на твой вопрос – если я получу оргазм, мне достаточно и простого секса.

Он одарил ее поистине порочным взглядом. Вокруг снова начали расползаться его тени, и Женевьева