Джули Чан мертва - Лианн Чжан - Страница 19

все встает на свои места. Среди остальных инфлюенсеров с идеально ровными винирами ее улыбка очень даже запоминается.

@AngeliqueGray11. Полмиллиона подписчиков на «Ютубе» и в «ТикТоке» и миллион – в «Инстаграме». В био написано: «Автор бестселлера № 1 по версии NYT «Излечение десертом. Выжившая с КПТСР». Я читала статью о ней. У нее были жестокие родители, доводившие ее до истощения. Теперь она профессиональный кондитер и будто восполняет все то количество сладкого, которого была лишена в детстве. Впечатляет. Неудивительно, что ее ниша – выпечка и рецепты. В ее профиле также мелькают ролики с ее знаменитым мужем-хоккеистом, Соммером. Широкие плечи, точеная челюсть и взгляд, по которому сразу видно, что он перенес пару-тройку сотрясений мозга.

Но главное – считается, что она недавно вошла в круг Белладонн.

Я смеюсь, довольная, что смогла ее опознать, и демонстрирую платье, втягивая живот.

– Единственное в своем роде.

Она прижимает руку к сердцу.

– Я влюблена. Просто без ума. Ты выглядишь потрясающе. Невероятно. И твоя кожа! Это все твои корейские корни, да? Стеклянная кожа круглосуточно! Поделись секретом.

Я китаянка, еще пару дней назад я умывалась самым дешевым мылом Dove и использовала лосьон для тела вместо сыворотки. Теперь перешла на SkinCeuticals и La Mer.

– Все дело в Kare Kosmetics. – Я смеюсь, радуясь, что она не задает личных вопросов.

Она тоже хихикает. Истерически. Будто прекрасно понимает, что никто из тех, кто рекламирует Kare Kosmetics, на самом деле не пользуется их продукцией.

– Я просто без ума от тебя и твоего образа. – Она вдруг ахает, прижимая ладонь ко рту. – О нет! Какая бестактность! Я слышала про твою близняшку. Мне так жаль. Напомни, как ее звали?

– Джули.

Теперь это так легко сказать. Чувство вины больше не висит надо мной дамокловым мечом.

Джули Чан мертва. Джули Чан мертва. Джули Чан мертва.

Видите? Ничего.

В каком-то смысле ее действительно больше нет.

Я больше не она. И никогда не смогу снова ею стать. Джули Чан не вернется.

– Покойся с миром, Джули, – говорит Анжелик. – Я буду молиться за нее.

Хочется ответить: «Ты ее даже не знала». Но я коротко благодарю ее:

– Спасибо.

Двери лифта открываются, и в уши врывается живая музыка. Белла Мари наняла целый симфонический оркестр. Человек пятьдесят в смокингах играют классические аранжировки поп-песен. Я как будто попала в сериал «Бриджертоны». Огромный зал – очень светлый, с деревянной отделкой, украшенный бесчисленным количеством цветочных композиций. А еще тут есть бар с напитками. В центре – три длинных прямоугольных стола с золотыми канделябрами, примерно на тридцать мест каждый. В головной части зала – отдельный стол на десять персон. Почти как на свадебном приеме. Перед каждым прибором лежат карточки с именами, выведенными изящным каллиграфическим шрифтом. Слава богу. Они мне пригодятся.

Я бросаю взгляд на ближайшие карточки и замечаю, что некоторые из них предназначены для журналистов из крупных изданий – под именами указана их должность. От Vogue до Vanity Fair, от The New Yorker до Forbes – список бесконечный. И это не просто модные обозреватели или рядовые сотрудники: среди гостей – главные редакторы и президенты. У Беллы Мари обширные связи.

К нам подходит официантка с подносом золотистых бокалов шампанского.

– Хотите приветственный напиток? Это свежевыжатый лимонад на импортной воде из Виль-д'Авре. Ее предпочитала сама Мария-Антуанетта. У нас есть алкогольный и безалкогольный варианты.

Настолько все вычурно, что я и половины ее слов не понимаю. Но в любом случае последнее, что мне сейчас нужно, – это алкоголь. Уровень тревоги неизмеримо вырастет, а тонкая азиатская кожа покраснеет, как налитые кровью глаза разъяренного быка.

– Я, пожалуй, откажусь.

Она склоняет голову.

– Вы уверены? У нас есть безалкогольный вариант.

Я улыбаюсь.

– Уверена. Спасибо.

– Но все остальные берут по бокалу. Белла Мари настаивает.

– Нет. Мне не нужно.

Ее глаза расширяются – почти испуганно. Она переводит взгляд на Анжелику.

– Я возьму безалкогольный, – говорит та.

– Вы точно не хотите? – снова обращается ко мне официантка, передавая Анжелик бокал. – Напиток очень вкусный. Вы не пожалеете.

Господи. Настырная какая. Я беру бокал, лишь бы она отстала. И облегченно выдыхаю, когда она уходит к следующему гостю.

Анжелик поворачивается ко мне, и в ее глазах вспыхивает огонек.

– Хочешь секрет?

Она говорит это тихо, растягивая слова, и у меня от волнения начинает бешено колотиться сердце. Она что-то заподозрила? Поняла, что я не настоящая Хлоя? Женщина нарочно выдерживает паузу. Гул музыки за спиной нарастает.

– Я беременна.

Не знаю, чего я ожидала, но это явно не худший вариант.

Я смотрю на нее, пытаясь понять, как реагировать. Беременность не всегда бывает счастливым событием.

Она улыбается… вроде бы? Улыбка натянутая. Словно она пытается радоваться, но что-то внутри тянет ее вниз. Или я просто неправильно все поняла.

– Поздравляю?

– Спасибо. – Она кивает и отворачивается, голос звучит совсем тихо.

Ладно. Похоже, это все-таки не восторг. В груди поднимается сочувствие. Я едва знаю эту девушку, но почему-то становится за нее тревожно. Она такая милая.

Поставив бокал, я иду за Анжелик через стеклянные распашные двери на огромный балкон с видом на Центральный парк. Между обогревателями и аккуратно подстриженными вечнозелеными кустами стоят сотрудники и с готовностью предлагают взять наши телефоны, чтобы сфотографировать. Я изучила фирменные позы Хлои и стараюсь повторить их как можно точнее, и задача эта куда сложнее, чем кажется. Втягивать живот и при этом улыбаться – уже испытание на выносливость. Я выбираю лучшие снимки и отправляю Фионе на обработку. Та в ответ шлет палец вверх.

Анжелик ведет меня дальше, мы общаемся с другими инфлюенсерами. К счастью, она сама начинает разговоры с:

– О боже! Это же…!

И мне не приходится угадывать имена. Все узнают во мне Хлою.

Никто ничего не подозревает. Что… удивительно.

Не поймите неправильно – я не хочу, чтобы меня разоблачили. Но в то же время отчего-то грустно. Ни один из этих «друзей»-инфлюенсеров на самом деле не знает Хлою. Их разговоры – о рекламных контрактах, алгоритмах, сериалах, которые они смотрят, и очередных скандалах в соцсетях. Почти никто не задает мне вопросов – возможно, потому что они слишком поглощены собой, – а даже если и спрашивает о чем-то, то не моргнув глазом принимает любую выдумку.

В какой-то момент к нам с Анжелик присоединяются еще две Белладонны. Я сразу их узнаю.

Женщина с гладкими черными волосами – Келли Харт, @harts4kelly. Четыре миллиона подписчиков в «Инстаграме», двенадцать – на «Ютубе», тринадцать – в «ТикТоке». Ветеран соцсетей и одна из немногих блогеров, которых я смотрела еще в средней школе. Она начала снимать