Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов - Страница 20

смены цвета и всыпал содержимое в ковшик.

Поверхность забурлила так, словно я влил воду в кипящее масло. Во все стороны полетели брызги. Одна капля упала на моё предплечье и обожгла кожу. Во Владлену тоже что-то угодило.

— Ай! — вскрикнула магичка и отскочила от плиты, где плевался ковшик. — Твою мать, прямо какое-то ведьмовское зелье из сказок! Того и гляди придётся хриплым голосом читать заклинание, потрясая костлявыми руками. А главный ингредиент, наверное — некрещёный младенец, да, Игнатий?

Она иронично глянула на меня, но через миг весьма въедливо уставилась на ничем не примечательный тёмный камушек, извлечённый мной из кармана брюк.

— И что это? Слипшееся овечье дерьмо? Грецкий орех? — разочарованно проговорила красотка, презрительно уставившись на камень-артефакт.

— В нём девяносто девять душ. На, возьми его и сожми в ладони. Тогда ты сможешь услышать их вопли, — приврал я, протягивая ей камень.

Её взгляд сразу же изменился, став даже слегка напуганным. Она отшатнулась и тихонько прошептала, облизав губы:

— Нет, не буду я его трогать. Души… с ума сойти. Это ты их поместил туда?

— Ага.

— Удивительно, — пробормотала она, во все глаза с толикой благоговения глядя на артефакт.

Магичка шумно сглотнула и перевела на меня загоревшийся восхищением взгляд, как маленькая девочка на взрослого, знающего столько всего об этом мире.

— Ежели не помру, научу тебя чему-нибудь эдакому, — пообещал я и, затаив дыхание, поднёс камень к ковшику и бросил его в кипящее варево.

Оно сразу же перестало бушевать. Поверхность стала гладкой как стекло. А я торопливо выключил газ и уставился на ковшик. Секунда, другая, третья… больше ничего не происходило.

— И что дальше? — прошептала Владлена, из-за моего плеча глядя на зелье.

— Ждём. Оно должно изменить цвет… Догадываешься на какой, учитывая название зелья?

— На красный, — уверенно проговорила магичка.

Я согласно угукнул, чувствуя, как внутри поднимается волнение. Аж подрагивали кончики пальцев. Когда? Когда уже изменится цвет⁈ Ну же!

Но зелье оставалось серым как пепел. Секунда шла за секундой, а оно даже слегка не изменило тон.

— Игнатий, не хочу тебя расстраивать, но ежели реакция не происходит в течение тридцати секунд, значит, она и не произойдёт, — мрачно напомнила Владлена. — Об этом знают все мои студенты.

— Зелье изменит цвет. Изменит! И точка. Оно должно получиться! — отчеканил я, сжав пальцы в кулаки.

Всё внутри меня похолодело, а во рту появился привкус горечи. Хренов Ирис всё же соврал!

Ещё минуту я бесцельно пялился на зелье, ощущая, как надежда покидает меня вместе с силами. Хотелось плюхнуться на задницу и больше никогда не вставать.

— Игнатий, пойдём, уже поздно, — приобняла меня за плечи Владлена, уставившись мне в лицо грустным взглядом.

И вдруг в её глазах отразилась электрическая вспышка от взорвавшихся люминесцентных ламп. Над головой затрещало, яркий голубой свет на миг залил всю лабораторию, а потом она погрузилась в кромешный мрак. Перестал жужжать холодильник и прекратил шелестеть вентилятор вытяжки. Запахло жжёными проводами и чем-то гнилостно-тошнотворным.

— Зверев, что произошло⁈ — тревожно выдохнула магичка, вцепившись коготками в моё предплечье.

— Сработало, зуб даю! Получилось зелье! Включи скорее телефонный фонарик! — выпалил я, едва не захлебнувшись от прилива радости.

Владлена ойкнула и выполнила мою просьбу. Из телефона ударил луч света, упавший точно на ковшик. А тот был абсолютно пуст… Зелье куда-то испарилось, заставив моё сердце оборваться.

Глава 9

Тьма продолжала клубиться в лаборатории, и только луч телефонного фонаря пронзал её, падая на пустой медный ковшик.

— Где зелье? — изумлённо прошептала магичка, выгнув брови.

— Не поверишь, у меня ровно такой же вопрос, — прошипел я, шумно втягивая тёплый воздух, воняющий перегоревшей проводкой и только-только начавшей разлагаться плотью.

— Оно же не могло испариться, — нахмурилась Владлена, опасливо глядя на ковшик.

Я осторожно взял его. Металл оказался настолько холодным, что покалывало кончики пальцев. Внутри же точно ничего не оказалось. Я без проблем тронул абсолютно сухое дно, хотя втайне надеялся, что зелье просто стало невероятно прозрачным, но никуда не исчезло.

— Пусто, — мрачно проронил я, чувствуя, как внутри всё смёрзлось в один ком, а в голове будто появился злорадный голос Ириса, шепчущий, что мой план потерпел крах. Аж основание черепа заболело, а в висках застучал пульс.

— И что будем делать? — прошептала Владлена, проведя лучом телефонного фонарика по плите и столешнице.

— Стой! Тут что-то есть! Снова посвети на плиту!

Декан торопливо перевела луч на плиту и ахнула, увидев тонкий поблескивающий след, будто от проползшего слизня.

— Что это? — округлила она глаза.

— Не знаю, — пробормотал я, приблизив лицо к блестящей дорожке. — Есть одно предположение, правда весьма фантастическое. Кажется, зелье выбралось из ковшика и уползло.

— Ты хочешь сказать, что оно живое? Зверев, перестань бредить, — фыркнула красотка, но всё же повела лучом дальше, скользя им по столешнице с блестящей дорожкой слизи.

— Не просто живое, а ещё очень ядовитое, — добавил я, не обращая внимания на тон Владлены. — Возможно, нам всё же удалось сварить «Кровь Смерти», только зелье оказалось не таким, каким мы его себе представляли.

В душе поднялась обжигающая волна радости, а на губах появилась улыбка. Ещё ничего не кончено! Всё может получиться!

— А если оно нападёт? — прошептала декан и прижалась к моей спине, посветив на стену.

На ней тоже отсвечивала полоска слизи, взбираясь к потолку.

— Ага, значит, ты уже допускаешь мысль, что оно живое, — усмехнулся я, следя взглядом за лучом фонарика.

Тот перебрался на потолок, следуя за слизью.

— Всяко может быть, — уклончиво ответила магичка, чья стервозная натура не желала соглашаться со мной.

— Интересно, куда оно ползёт? — нахмурился я, не отпуская взглядом луч света, приближающийся к входной двери. — Может, зелье хочет сбежать? Или убить нас? Лучше, конечно, второй вариант. Так у нас будет больше шансов поймать его, чем бегать за ним по всему дому, а то и городу.

— Хрен редьки не слаще, — буркнула Велимировна и следом горячо выдохнула в мой затылок: — Вон оно!

Фонарик выхватил из мрака нечто красное, шустро метнувшееся по потолку в темноту! И тут же телефон в руке магички зашипел и начал разбухать. Она вскрикнула от боли и выронила его. Тот упал на плитки пола, объятый химическим зелёно-оранжевым пламенем. Запахло пластиком.

А я схватил ковшик и рванул туда, где скрылось ожившее зелье.

В уши ворвался яростный вопль Владлены:

— Второй! Второй, сука, телефон! Первый сгинул в Лабиринте, а сейчас второй! Я лишилась второго телефона, куда только-только загрузила старые фотографии и записала номера! А всё из-за тебя, Зверев!

— Правда, со мной весело? — саркастично просипел я