— Всё нормально? — осторожно поинтересовалась я.
— Походу, да, — выдохнул он, отодвигая стопку бумаг в сторону и откидываясь на спинку кресла. — Смотри, какая шняга: я вообще-то собирался сегодня поговорить с тобой насчёт твоей учёбы для теста GED и сказать, что как только ты его сдашь, я сразу же подам документы на твоё досрочное снятие с надзора.
Я в полном изумлении пару секунд просто тупо хлопала глазами.
— Вы это сейчас серьёзно? Мне нужно просто сдать этот всратый тест, и со всей этой хернёй будет покончено?
Он коротко фыркнул:
— Ну, я собирался это сказать. Но сегодня утром произошло кое-что, что охренеть как поменяло все эти планы.
Моя мгновенная эйфория тут же сменилась леденящим ужасом. Неужели кто-то засёк мою рожу на полыхающем заводе? Меня что, сейчас закроют за поджог или ещё за какое-нибудь подобное дерьмо?
— Меньше получаса назад мне набрали прямиком из канцелярии губернатора, — выдал он. А затем его лицо прорезала совершенно обалдевшая улыбка: — Тебя помиловали.
— Чего-о-о…? Чего, блядь? — я захлопала глазами. — Это что ещё за дичь?
Он лишь пожал плечами:
— Даже не проси меня объяснить эту херню. Но ошибки тут нет, уж поверь мне — я перепроверил всё лично. Три раза. Полное помилование. Судимость аннулирована и стёрта из баз. Я в своей практике такого блядь вообще ни разу не видел. — Тут он подался вперёд, и его мина снова стала пиздец какой суровой: — Я без понятия, что за чертовщина тут крутится и чьи волосатые лапы за этим стоят, но клянусь тебе богом, Энджел: если ты просрёшь этот шанс и снова найдёшь говно на свою жопу, я лично тебя придушу.
Я расплылась в широкой улыбке, а затем просто в голос заржала. Пьетро, сука, Иванов! Ай да старик, ай да сукин сын!
— Да вы не дёргайтесь за меня, начальник. Хрен я этот шанс просру.
И знаете что? Я ведь реально пойду и сдам этот грёбаный GED экзамен. В конце концов, внутренний голос подсказывал мне, что очень скоро мне понадобится вообще весь интеллект, который я только смогу впихнуть в свою черепушку.