Даже если это будет стоить мне жизни! Системные расстановки в случае тяжёлых заболеваний и устойчивы - Страница 13

жить, ни умереть, я прошу ее расставить заместителей для ее отца, матери и для нее самой. Она ставит отца и мать на большом расстоянии друг от друга, а свою заместительницу примерно в одном шаге позади отца так, что они смотрят в одну сторону.

Заместительница матери с ужасом смотрит перед собой в пол. плачет и дрожит всем телом. Предположительно, она смотрит на обоих умерших вскоре после рождения детей. Заместитель отца безучастен. Он смотрит вперед, куда-то вдаль. Заместительница пациентки тяжело дышит. На мой вопрос, что она сейчас чувствует, она отвечает: «Я очень боюсь отца. Я не решаюсь на него посмотреть».

Я спрашиваю пациентку о других событиях в семье. Она говорит, что подвергалась сексуальному насилию со стороны отца. До брака с матерью он в качестве гастарбайтера жил в Германии и там отсидел несколько лет в тюрьме за то, что однажды, участвуя в поножовщине в баре, убил немца.

Тем временем заместительница матери опустилась на колени и, обессилев от плача, легла на пол. Заместительница пациентки осторожно проходит мимо заместителя отца и идет к матери. Увидев ее неподвижно лежащей на полу, она медленно возвращается на свое место и отворачивается. Заместитель отца продолжает стоять, как стоял.

Я долго смотрю на пациентку и при этом постоянно «слышу» в себе вопрос: «Кто должен умереть?» Когда я произношу его вслух, пациентка осторожно спрашивает: «Я?»

Я отвечаю: «Я думаю, отец!» - «А кто это делает?» —она вопросительно смотрит на меня, но мне кажется, что в глубине ее глаз я вижу, что она знает ответ, и озвучиваю свое предположение: «Ты!»«И ты это знаешь!»

Она опускает глаза и после нескольких секунд молчания говорит: «Я не знаю, что мне делать!»

Я отвечаю: «Не знаю, можем ли мы что-нибудь сделать для твоего тела, но, может быть, мы сможем сделать кое-что для твоей души».

Во время нашего диалога заместительница пациентки делается все беспокойнее. Видно, что ей трудно стоять, и она садится на пол. В конечном итоге она очень медленно ложится на спину, закрывает глаза и скрещивает руки на груди. Она лежит спокойно, как в могиле.

После нескольких минут тишины я слышу слова, словно бы звучащие в душе пациентки: «За тебя!» Когда они становятся все «громче», я подхожу к заместительнице матери и прошу ее посмотреть на дочь. А пациентке я говорю: «Посмотри на свою мать и скажи: «За тебя!» Она произносит эти слова. Я продолжаю: «А теперь посмотри на отца и скажи: «И за тебя!» Она говорит эти слова и отцу.

Тут заместительница матери встает и направляется к сидящей рядом со мной пациентке. Они долго пристально смотрят друг другу в глаза, начинают плакать и в слезах падают друг другу в объятья. Услышав плач, отец тоже смотрит на своих жену и дочь, подходит к ним и обнимает обеих. Мы все сидим тихо, предоставляя процессу примирения все необходимое для него время. На этом я заканчиваю работу.

В перерыве после этой расстановки ко мне подходит один врач из публики и говорит, что его очень тронула эта работа. Он уже много лет работает с умирающими в бразильском хосписе для уличных детей. Он говорит, что невозможно себе представить, что приходится переживать этим детям и как они, часто по многу лет, до самой смерти страдают от действий своих родителей и других родственников. Но в момент расставания с жизнью практически у всех у них есть только одна тоска — по родителям.

Примерно через четыре месяца после расстановки я встречаю в обучающей группе моего знакомого и коллегу, который и посоветовал этой пациентке пойти на конгресс и вызваться на расстановку. Он сообщает мне, что она жива. Наряду с традиционным медицинским лечением, она ходит к нему на психотерапию и получает альтернативное лечение. Как ее терапевт, он воспринял расстановку как очень полезный шаг. После нее пациентка стала гораздо более спокойной и расслабленной, что было очень полезно для его терапевтической работы с ней. Еще через год я узнаю о недавней смерти пациентки. Терапевт сопровождал ее почти до самого конца. По его словам, несмотря на тяжелую болезнь, последний год жизни она провела хорошо.

1.4.2.3. Как внутри, так и снаружи: соответствие симптоматики

Как вверху, так и внизу - как внутри, так и снаружи. Парацельс

Еще когда я изучал натуропатию, меня заинтересовало учение о сигнатурах[13]. Болезни и лекарственные вещества «становятся объектом созерцания», и на основании их внешних проявлений делаются выводы об их внутренних взаимосвязях. Так и в расстановочной работе с больными осторожное проведение аналогий и наблюдение соответствий часто дает ценные указания. Исключенные в семьях содержания нередко дают о себе знать в удивительно похожих, повторяющихся в разных поколениях жизненных темах, болезнях и стойких симптомах.

Умершая сестра отца (пациентка с проблемами полости рта)

В группе по системным расстановкам пациентка описывает свои проблемы с зубами. И она сама, и стоматологи уже близки к отчаянию, поскольку ее высокая чувствительность в этой зоне вызывает бесконечные сложности. Много лет разные врачи пытаются санировать существующие очаги и поставить ей подходящие протезы, однако непереносимость материалов, из которых они изготавливаются, и периодические воспаления приводят к постоянным осложнениям. По словам пациентки, ее зубы «всегда были проблемой».

В расстановке обнаруживается идентификация пациентки со старшей сестрой ее отца, которая в возрасте трех лет умерла от менингита[14], развившегося вследствие осложнения после нагноения зуба. В семье о сестре отца не говорили никогда. Пациентка случайно узнала об этой своей тете от матери. В расстановке на умершего ребенка не смотрел никто, кроме заместительницы пациентки. Девочку (без указания имени) похоронили в семейной могиле бабушек и дедушек и с тех пор о ее существовании никогда больше не упоминали.

Помимо схожести симптоматики и совпадения больного органа, иногда мы обнаруживаем и соответствие в динамике. Так, в случае аутоагрессивных заболеваний, наряду с другими семейными динамиками, имеет смысл подумать о несовместимости сил, которые изначально связаны, однако не могут быть соединены или интегрированы.

Отказ прадеда дать благословение (пациентка с волчанкой)

В качестве примера динамики при аутоиммунном заболевании приведу расстановку пациентки из Жужуя (провинция на северо-западе Аргентины), страдающей системной красной волчанкой (аутоиммунное заболевание сосудов и соединительной ткани с характерным покраснением кожи лица и воспалениями суставов). Здесь заместитель болезни смог отойти, когда пациентка склонилась перед своей бабушкой-индианкой, вышедшей замуж за испанца. Ее отец не дал благословения на этот брак и после ее замужества отрекся от нее как от предательницы. Непримиримый поначалу