«Интересно, как бы отреагировала мама, если б узнала, что А́дам не виноват в избиении мальчишки? Что это я жестокое создание, не терпящее и тени оскорблений».
– Когда тебя обидел Питер, я понимала, ты и твоя половинка так дело не оставят. Я видела, как ты ночью выскользнула из дома с битой, и всё, чем могла помочь, так это увести Чарльза пораньше спать, заверив, что ты у себя в комнате. Он мне, слава богу, поверил. В тот вечер я хотела тебе признаться, что всё знаю и отговорить тебя, но струсила. Когда ты начала встречаться с Доном и приезжала настолько влюблённой и счастливой, что перестала говорить о «брате». Я вздохнула с облегчением и решила, что ты «вылечилась». Поэтому мы с отцом и терпели все его выходки. Ну а дальше тебе известно. Узнав, что с тобой сотворили эти нелюди, и что ты хочешь сделать аборт, я решилась на помощь А́дама. Кто-то должен был отомстить за тебя. Мы с отцом не имели такой возможности. Пока ты ходила в облике А́дама, я много общалась с ним и поняла, насколько несправедливо относилась к нему. А теперь его больше нет, и некому тебя защитить.
Мама снова заплакала. Меня тронули её рассказ и признание, поэтому я крепко её обняла, насколько мне позволял живот, и пробормотала:
– Мам, не плачь. А́дам позаботился обо мне. Теперь у меня есть Джек, а скоро родится сын. Всё будет хорошо. Спасибо, что всё мне рассказала.
В ответ я кратко обрисовала, как исчез А́дам, утаив истинную причину. Хоть мама и объяснила, почему её отношение к домочадцам не отличалось душевностью, я всё же не могла не спросить.
– Это из-за привычки быть леди ты мне сказала те болезненные слова после, – я запнулась, – зачатия малыша?
Мама с удивлением посмотрела на меня:
– Что ты, дочка! Да я бы никогда подобного даже не подумала бы, не то что вслух произнести. Я же сказала, что только попросила А́дама о помощи.
– Ну и… ?
– Это А́дам нам с отцом велел тебе так сказать
– … ?!
– Когда ты приехала из Сиэтла вся в синяках и слезах, появился А́дам, и я попросила его защитить тебя. Он согласился и приказал нам не обращаться в полицию ни при каких обстоятельствах. Сказал, сам во всём разберётся.
«Вот тебе и агнец, – подумала я, – моё восхищение, Альфа! Всех обвёл вокруг пальца: и родителей, и меня, и Зверя».
***
В день моего двадцатилетия с утра неожиданно разошлись тучи, висевшие над городом последнюю неделю, и выглянуло ласковое ноябрьское солнышко. День обещал быть ясным, и я пригласила Джека на пикник возле старого дуба. Мне хотелось провести этот день с ним, к тому же мне давно следовало сдержать обещание, данное ему А́дамом, – рассказать о жизни Чистильщика. Я подумала, что в такой прекрасный день самое время выполнить уговор. Джек и так ждал слишком долго. Когда мы расположились на берегу реки под сенью древнего исполина, он вручил мне красиво упакованный свёрток.
– В прошлый раз, когда я сюда приезжал, мне стало не по себе, – признался Джек.
– А я всегда здесь чувствовала себя спокойно, – с улыбкой сказала я, а потом с грустью добавила. – Мы часто сюда приходили в детстве с А́дамом поиграть или просто посидеть на берегу реки. Ещё до того, как узнали, что здесь логово Зверя, мы устроили тайник под корнями дерева.
– Как раз теперь есть, что в него положить, – сказал Джек, – разверни.
Я с предвкушением содрала подарочную бумагу и обнаружила свою бритву. Она блеснула лезвием, будто здороваясь со мной.
– Спасибо, Джек, но, право, не стоило. – Мне отчего-то было неприятно снова держать орудие убийств в руках. Эта страница моей жизни уже перевёрнута, и я не хотела возвращаться в прошлое даже мысленно. «Неужели он выкрал её ради меня?» – другого объяснения я не смогла придумать.
– Я же обещал, что верну её тебе, – радостно произнёс Джек, не замечая, как я напряглась. – Но это ещё не всё. У меня есть другой подарок.
Он пошёл к машине, а я быстро сунула бритву в тайник. Пусть лежит там, больше она мне не нужна. Джек вернулся, неся в руках объёмный пакет. Когда я в него заглянула, то обнаружила красивое голубое одеяльце для младенцев и рамку для фотографии.
– Это для вашего первого совместного фото с сыном, – смущённо пробормотал Джек.
Я не удержалась и поцеловала его в щёку. Он покраснел как рак и спросил:
– О чём ты хотела мне рассказать?
– Не о чём, а о ком, – немного торжественно провозгласила я. – Я хочу, чтобы ты узнал всю историю Тома, как есть.
– Ты уверена, что нужно об этом говорить в такой день? – Обеспокоился Джек.
– Конечно, дурачок. Я же сама предложила.
Я начала рассказ с молодых лет Тома, когда он служил на флоте и был, в сущности, неплохим человеком. Как встретил будущую жену, и это знакомство перевернуло всю его жизнь. Он стал другим и пожелал просто быть с любимой. Он наивно полагал, что сможет не отнимать жизни людей, но злой дух подстроил всё так, что Том убил собственную дочь – ошибку молодости. Так будущий Чистильщик понял, ему не избежать судьбы, но стал строить план по расторжению сделки. Он выбирал в качестве жертв женщин, чья жизнь не имела ценности в его глазах, убедив себя, что спасает их души от смрада земного существования. Несмотря на