Человек, который умирал семь раз - Ясухико Нисидзава - Страница 39

противнике, – сказала Маи. Лицо ее было серьезно. – Тогда победишь во всех сражениях. Такой смысл.

– Да, это сражение, – со значительным видом изрек я, подстраиваясь под мрачный настрой Маи. – Наши права попираются. Разве не так? Мы не можем молчать, когда с нами не считаются и обращаются несправедливо. Что же делать? Остается одно: добиваться, чтобы дед понял, что так относиться к нам нельзя. Мы не можем зависеть от его прихотей. Должно быть честное соревнование между теми, у кого есть настоящие способности, желание и расположенность к этому делу.

– Да, но как это сделать? Ты же знаешь, какой дед упертый. Уж если что-то решит…

– Именно поэтому мы должны лучше узнать противника. Может, в этих дневниках есть важная информация. Что-то такое, что может очень пригодиться в торговле с дедом.

– Погоди! – Ёсио ухмыльнулся как-то двусмысленно. Нельзя было понять, позабавили его мои слова или напугали. – Предлагаешь пошантажировать деда?

– Может, и так. Если до этого дойдет. Он вроде как держит наше будущее и будущее наших семей в заложниках.

– Но на них замочки, – пробормотал Фудзитака, взяв в руки один дневник. Он держался спокойно, хотя мое предложение, похоже, вызвало у него интерес. Видимо, он пришел к заключению, что слабостями деда, если таковые обнаружатся, вполне можно воспользоваться. – Как же мы их будем читать? Или у тебя ключи есть?

– Мы их сломаем. Вот этим. – Я показал отвертку, которую захватил с собой, и все четверо отпрянули от меня с такой живостью, что я чуть не рассмеялся. – Не беспокойтесь. Замки – моя забота. Я разберусь и верну дневники туда, откуда взял, после того как мы их прочитаем. Дед ничего не заметит. А если даже заметит, я сделаю так, что никого из вас это не затронет. Обещаю. Поверьте мне.

На том и порешили. Фудзитака первым взял три дневника, вскрыл замочки отверткой и, ничего не говоря, погрузился в чтение. Ёсио решил не отставать от брата и схватил сразу пять тетрадей. Руна колебалась дольше всех, но и она, увидев, как Маи, помедлив, взяла три дневника, забрала четыре.

В пристройке воцарилось необычное безгласное возбуждение. Оно охватило всех, поскольку вопрос о наследнике глубоко засел в голове каждого. Я устроился на подоконнике и стал читать дневник, где описывались события более чем десятилетней давности. Это было время, когда фьюжен-ресторан, открытый дедом и теткой Котоно, быстро пошел в гору. Чтение совсем не напрягало – старик, видимо, работал тогда не покладая рук, поэтому многие страницы в дневнике остались пустыми или содержали от силы несколько строчек. Записи касались в основном блюд из ресторанного меню, которые в тот или иной день пользовались наибольшим спросом.

Перелистывая страницы, я заметил краем глаза какое-то движение. Выглянул из окна и увидел деда, который направлялся по галерее в старый дом. В руке он держал бутылку саке. Естественно, он был один. Отлично! Ёсио сидит вместе со всеми. На этом круге убийства не случится. Можно быть уверенным.

– Слушай, старший, – обратился к Фудзитаке Ёсио, листавший дневник, наклонив голову набок. – А кто такой Кавадзоэ? Вроде я слышал это имя.

– Кавадзоэ? – повторил Фудзитака, поднимая голову от своего чтения, будто услышал что-то знакомое. – А как зовут?

– Не написано… Хотя погоди, вот… Сёта Кавадзоэ.

– О! Это ж президент компании, в которой работает отец. Его дед имеет в виду? Может, однофамильца?

– Непохоже. Скорее всего, он самый. Гляди! Здесь и название компании написано.

– Дед знаком с этим Кавадзоэ? Странно. Ни разу от него не слышал.

– Эй, Маи-тян! – Руна оторвалась от дневника, который читала, наклонив голову, как и Ёсио. – Фамилия Цуруи тебе ни о чем не говорит?

– Цуруи? М-м… Что-то знакомое. – Судя по тому, с какой готовностью Маи заглянула в тетрадь в руках Руны, та нечасто обращалась к ней с вопросами. – Цуруи, Цуруи… Я точно где-то слышала эту фамилию.

– Угу. Я тоже, только не могу вспомнить. Ага! Вот! Маю Цуруи. Женщина, значит. Хм-м, кто ж она такая?..

– А-а! – Маи вдруг дико вскрикнула. Ёсио от испуга выронил дневник. – Ру… Руна!

– Ч-что с тобой, Маи-тян?

– Это же… это… – Маи выхватила дневник из рук сестры. – Цуруи, Маю Цуруи. Это… это же она! Она! Ну та, с которой отец… Из-за чего проблемы. Та самая школьница…

– А-а-а!.. – раздался протяжный вопль Руны, похожий на мужское рычание. – Точно! Твоя правда, Маи-тян! Точно она. Ошибки быть не может. Она! Она! Но… но…

– Но почему?! Почему ее имя в дедовом дневнике?!

Ёсио, Фудзитака и я наклонились, чтобы через плечо Руны прочитать знакомый дедов почерк: «Соглашение с Маю Цуруи достигнуто», и принялись торопливо копаться в доставшихся каждому тетрадях, чтобы убедиться, не встречается ли в них это имя. Не нашли, однако в дневнике за предыдущий год обнаружилось несколько упоминаний, возможно связанных с этой девушкой. Собрав их вместе, получили следующее:

«Оказывается, одними деньгами дело не решить. А я считал, современные девицы только о них и думают».

«Получил новую информацию. Мой человек подыскал девицу. Она ищет предлог, чтобы бросить школу. Надо будет ее прокачать».

«Предложили миллион. Выплата частями, но она хочет все сразу. Сказали, что, если у нее неожиданно появится много денег, это привлечет внимание. Продолжаем уговоры».

«Договорились о выплате миллиона по частям. Появилось новое условие – помочь с поиском работы. В моей компании ей делать нечего. Попросил моего человека что-нибудь подыскать».

«Ее зовут Маю Цуруи. Предложил взглянуть на фото. Зачем это мне? Отказался».

«С Маю Цуруи договорились».

«Почему дело с Хитоси так долго тянется? Но говорят, слухи среди учеников уже пошли».

«Все идет как по маслу».

«Все идет как по маслу»… Эта фраза уже мне встречалась в дедовом дневнике. Запись от первого января. Сразу после «Обе без мужей». «Все идет как по маслу»… Значит ли это?..

– Старший! – сказал Ёсио.

– М-м?

– Вот, посмотри.

Ёсио обращался к Фудзитаке, но, конечно, Руна, Маи и я, как связанные одной веревкой, тоже взглянули на строчки, привлекшие внимание Ёсио.

«Кавадзоэ сказал, что в нынешней ситуации повод найти совсем не трудно. Поблагодарил за очень своевременное предложение, потому что он как раз ломал голову над тем, как проредить руководящее звено. От предложенного вознаграждения отказался и сказал, что рассчитывает на мою поддержку в одном деле. Я согласился».

«Кавадзоэ снова вышел на связь. Сообщил, что в рамках реструктуризации он открывает несколько чисто номинальных позиций. Я убедительно попросил кроме Мити, спихнуть на них еще несколько человек, чтобы его понижение не выглядело