Часовой памяти - Коллектив авторов - Страница 59

для чистки обуви – парням пригодится.

Включался свет в пять утра, а уже в пять двадцать начиналась погрузка в автобусы. Чтобы поесть чего-то своего и попить кофе, почистить зубы и спокойно одеться, надо было просыпаться заранее, что, каким-то волшебным образом, получалось само собой и без будильника. О бритье мысли возникали и тут же исчезали… Знал бы, что телефоны заберут, так будильник взял бы всё-таки: было дело, что раз остался без кофе. В автобусе тоже получалось немного подремать.

Лирическое или практическое, но отступление. В разговоре со своими оказалось, что первым делом, проснувшись, мы все смотрели на нашего Леоновича: что он и как. Мужчина шестидесяти трёх лет от роду, но крепкий и цельный, учился в военном училище и дальше в жизни по силовой стезе. Просыпаешься утром с ощущением, что вчера тебя сбил грузовик, но посмотришь на спокойно-деловитого Леоновича и тут же принимаешься приводить, насколько возможно, конечно, себя в порядок, готовишься к новому дню испытаний.

По приезду на полигон сразу живая очередь в столовую, а в семь двадцать уже построение. Кормили полностью полезной пищей без излишеств. Отстояв большую очередь, получаешь утром кашу, в обед кашу и суп, вечером кашу. Также ежедневно были куриное яйцо, кусочек масла сливочного, из мясного – зельц размером со спичечную коробку, но всё реально вкусное и полезное. Из каш мне больше всего нравился плов, там точно был мясной фарш, примерно чайная ложка, но был.

Одноразовые тарелки вычищались начисто и выбрасывали уже пустые. Это ещё одно подтверждение, что повара готовили вкусно. Хочешь – догоняйся вечером своей едой, хочешь – в «чепок» (магазинчик на полигоне) отстой очередь, но чая и кофе в столовой не было, только вкусный компот из сухофруктов. Не иронизирую, действительно вкусный, да и полезный, как и всё питание на полигоне. Инструктора питались с нами, если что. Ещё каждый день в обед в столовую приходил пожилой боец, просил минуту внимания и громко, патетично, с чувством читал собственные стихи о справедливой войне, русской весне, боевом братстве, кланялся в благодарность за бурные аплодисменты, одобрительные крики и становился в очередь за обедом.

Для полного погружения в военную обстановку я выпросил у подшефного батальона (помогаю этим парням с начала СВО) армейский сухпай. Из него утром сначала выбрал ореховую пасту к кофе, потом сырки, паштеты, а вечером ел свои консервы, потому что армейские погреть было негде. Реально выручали армейские галеты, хотя хлеб из столовой можно было взять. В предпоследний день пребывания насыпал из армейского пакета готовый сухой борщ, залил кипятком по инструкции, сходил покурил, выдержал дюжину обязательных минут и съел его. Было вкусно, но жестковато. В общем, через двадцать минут я резво сбегал в туалет. Тогда и понял вполне любовь проходивших через наш район солдат к домашней пище!

В первый день нагружали мало, обучение показалось лёгким. Ох, как мы заблуждались! Объяснили принципы поведения на территории, показали две наших палатки, где в тесноте, да не в обиде. Палатки были первыми от входа в жилую часть полигона. Повеселила надпись «К&В» (Курск – Белгород)– тероборона. Там можно было скоротать обеденное время с двенадцати до тринадцати двадцати, вечером почистить автомат. Чистоту и тепло от дровяной печки поддерживали сами. Бутилированную воду и дрова приносили «пятисотые»[49] или сами ходили забирать строго по списку подразделений.

В основном в первый день была максимально практичная теория по определению расстояния для прицеливания из разных видов оружия, общие наставления и правила поведения. Удобных каких-то аудиторий или классов не было, а писали на коленке или кто как пристроился в палатке или ангаре. Важные моменты – своё оружие всегда наготове, но палец не на курке! Ходишь, сидишь, лежишь – оружие наготове. Вторая главная заповедь – не мусорить. Пообещали «трудные последствия», если в урнах (большие артиллерийские тубусы-укупорники порохового заряда) увидят что-то, кроме окурков. В итоге чистоту оружия и своей территории мы поддерживали строго.

Инструкторы говорят негромко и не повторяют по два раза. Есть правила, которые нельзя нарушать, поскольку они реально написаны кровью. С автоматом надо научиться просто жить, держа палец правой руки всегда на затворной раме (ни в коем случае не на курке!), ствол направлен в землю, ну, или вверх, хотя, по мне, это неудобно. Палец на курке только в краткое время стрельбы! Автомат нельзя оставлять где-то без присмотра. Автомат не в боевой обстановке обязательно должен быть на предохранителе, никогда нельзя целиться в кого-то, даже незаряженным оружием (постоянный контроль направления дульного среза). Форма одежды удобная вам лично. Каких-то навыков шагистики и строевой подготовки не требовалось, но быстро и чётко построиться в шеренгу по пять, по три или по отделениям, или как-то иначе надо было уметь быстро. Спасибо нашему терпеливому сопровождающему из Белгорода (позывной Метель), который успевал к назначенному времени подхода инструкторов нас построить.

Соседям по шеренге инструктор сказал два раза, а те не смещаются и стоят так, как кому хотелось бы и за кем хотелось бы, но не по пять в шеренге. Он команду: «Воздух!» – потом: «Построиться в шеренгу по пять!» Снова «Воздух!», потом три раза: «Граната!» – и только тогда до бойцов дошло, что и как быстро надо делать. Один упал головой в нашу сторону, поднимает голову и спрашивает:

– Вы правда добровольная тероборона из Белгорода?

Отвечаю, что да. Он, поднимаясь и на бегу в строй, удивлённо крикнул: «ОПГ вы!» Мы, слава богу, быстро выравнивать необходимый строй научились на непонятливых соседях. А насчёт того, что мы добровольцы и нам действительно ничего не платят, так очень многие там удивлялись и не верили.

Было необычно видеть там людей со всей России: из Волгограда и Иркутска, из Питера и с Кавказа, из мест заключения, буддистов, мусульман и представителей других конфессий. Но никаких конфликтов, ссор, тем более драк. Максимум – словесная перепалка с пальцами веером и шикарным набором оскорблений. Все понимали, что за любой проступок наказание понесёт всё твоё подразделение, а не только ты. Так практически я увидел реализацию красивого девиза мушкетёров из романа Александра Дюма: «Один за всех и все за одного!» Разница только в том, что в романе все персонажи и события вымышлены, а здесь была самая настоящая жёсткая реальность, несоблюдение правил которой – это твоя жизнь и жизнь твоих братьев по оружию.

Также инструкторы сразу предупредили, что не нужно задавать тупых вопросов, жаловаться на что-то, а если есть какое-то дельное предложение по сути подготовки, то надо подойти лично и изложить его. Так будет экономиться время всего личного состава, нервы и морально-психологическое