Не было ощущения скольжения, темноты, пустоты… Ничего такого. Просто Настя только что стояла на ледяной вершине и вдруг оказалась посреди какого-то закрытого пространства, полного людей. Очень шумного и очень теплого места.
Крепко сжимавшая топор Настя подняла подбородок так высоко как могла, но это не помогло – слезы все равно потекли по обветренным щекам.
Это были слезы облегчения. Она выбралась. Она жива!
Впереди была суперигра, но Настя не могла об этом сейчас думать. Потом. Позже.
Она. Жива.