Бывший под елкой. Давай начнем сначала - Виктория Кожухова - Страница 7
7
– Горский, ты вот вроде был плохим мальчиком в универе, а так и не научился врать!
– Прекрати!
– Если не ты прислал мне эту “тряпку”, то чего злишься?
– Ты выглядишь, как проститутка!
– Тебя это не касается! Хоть голая буду ходить здесь, это не твое дело!
– Что, понравилось голышом по отелю бегать? – прищуривается Макс. – Устроить тебе снова такой забег? Ты не стесняйся, обращайся, я помогу…
– Я в тебе не сомневаюсь! Только черта с два ты еще раз увидишь меня в своем душе!
Он сжимает руки в кулаки. Наклоняется и шипит:
– Ты меня получить не смогла, теперь за Ивана принялась? Не выйдет!
– Да кому ты нужен, когда есть Иван? Он сам меня позвал на свидание! – брякаю я и с ужасом понимаю, что глаза Макса наливаются кровью!
***
Бегу.
Я снова бегу по коридорам отеля.
На этот раз убегаю от разъяренного Макса, который мчится за мной по пятам для того, чтобы… а для чего, собственно?
Я не знаю.
Не смогла уловить момента, когда он вскочил из-за стола, чуть ли не переворачивая его. Не успела понять, когда вскочила сама, зачем-то прихватила бокал с шампанским и побежала на выход из ресторана!
“Это уже какой-то условный рефлекс! Бежать от этого сумасшедшего, пока он не прихлопнул меня, словно муху!” – с ужасом думаю я, а затем что-то дергает меня назад, так что я едва не падаю на высоченных каблуках!
Раздается зловещий треск. Я замираю и оглядываюсь.
Макс, наступив на длинный подол моего платья, держит меня в ловушке.
– Попалась, чертовка! Теперь-то мы поговорим с тобой с глазу на глаз! Я научу тебя, как с боссом разговаривать! Еще пожалеешь о сказанном!
Упираю руки в бока.
– Напугал ежа голой жопой! – рявкаю. И делаю шаг вперед, затем другой и…
Ткань платья с оглушительным треском рвется прямо на самом стратегическом месте!
Глаза Макса округляются.
– Сумасшедшая! – выдыхает он.
– Глаза сломаешь! Не для тебя моя ягодка росла! – парирую я, закрывая руками полуголый тыл и бегу к своему номеру.
Шампанское из бокала, который зажат в одной руке, разливается прямо на дорогущий паркет, и я вообще не понимаю, почему его схватила… Слышу лишь пыхтенье Макса за спиной, который, кажется, вопреки всем моим ухищрениям, все же меня догоняет!
Я уже около двери, уже нажимаю на ручку… Как позади меня раздается нечеловеческий вопль Макса, и спустя мгновение меня сносит его мощной фигурой в спальню! По инерции он падает на меня, а я – на пол.
– Уй!
Пытаюсь встать, но не получается. Макс разлегся на мне, как на матрасе.
– Я поскользнулся на твоем шампанском… – бормочет он.
– Встань с меня, ты тяжелый!
Попой чую его возбуждение, и меня прошибает жаром.
– Не заходи в тыл, солдат, там может быть опасно… – бормочу я, заливаясь краской.
– Чего?!
– Член свой от моей задницы убери, говорю! Извращенец!
Злобно пыхтит и все же встает с меня. И когда я уже готовлюсь вздохнуть с облегчением, внезапно переворачивает к себе лицом, нависает надо мной.
– Вот ты и попалась, – выдыхает тяжело, впиваясь в меня тяжелым бешеным взглядом.
– И что? Ну попалась, ну и что? Теперь что хочешь мне сказать? – вызывающе вскидываю подбородок наверх. – Не я это начала. Признайся, ты ведь сам прислал мне это платье!
Горский молчит. И в этом его молчании ответа больше, чем в самом откровенном признании.
– Слезь с меня. И убирайся из этого номера! – рявкаю я, разозлившись.
– Ты ничего не перепутала?! – сужает он глаза. – Это, вообще-то, мой отель! И комната моя, одна из многих! И ты работаешь на меня! Не только на Ивана!
– Пока я живу здесь, комната моя! Можешь, черт побери, меня уволить, если я тебе так мешаю! Только пожалуйста, слезь, а то меня сейчас раздавишь!
– Какая же ты… – Макс наклоняется ко мне, блестя глазами. – Какая же…
– Какая? Ну говори уже!
– Невыносимая… – шепчет он и склоняется ко мне еще ближе.
Тут же закрываю ему рот ладонью.
– Только попробуй, Горский! Без языка останешься!
Он тут же отстраняется.
– Да кому ты нужна тебя целовать!
– Между прочим, я ничего не говорила о поцелуе! И вообще, встань с меня, быстро!
С тяжелым вздохом Макс встает, дергает меня за руку и припечатывает к себе.
– Учти: будешь вилять хвостом перед Иваном – я тебя уволю!
– Моя личная жизнь тебя не касается! Я взрослый и свободный человек, который сам распоряжается…
– Распоряжаться ты будешь у себя дома, а здесь я хозяин! – рычит Макс.
– В контракте, который я подписывала, не было такого пункта, где я не могу иметь отношений! С начальником, с работником, с папой Римским, да хоть с дедом Морозом! Я свободна строить их с тем, с кем посчитаю нужным!
– Значит завтра подпишешь другой! – шипит он зло. – Это я тебе обещаю! И не вздумай сбежать!
Развернувшись, он вылетает из моей комнаты, громко хлопнув дверью. Ну что за невыносимый мужик!
Невыносимый, наглый, будоражащий, привлекательный… Черт. Черт бы побрал Горского и его отель!
Со вздохом валюсь на постель, зарываюсь головой в подушку и стягиваю с себя порванное платье. Отрываюсь от подушки, рассматриваю бедную несчастную тряпку. Да Горский просто вандал! Порвал окончательно, почти до спины. Изверг!
“Теперь его только выкинуть…” – с сожалением думаю я.
Рабочий телефон, установленный в комнате, внезапно звенит.
- Предыдущая
- 7 / 25
- Следующая