Бывший под елкой. Давай начнем сначала - Виктория Кожухова - Страница 2
2
– Спасибо, Иван. Хорошего дня!
– И вам!
Он отключается, а я делаю несколько глубоких вдохов.
Итак, мы имеем следующее:
а) я заключила договор на оказание клининговых услуг с новеньким отелем;
б) Иван Долинин и Максим Горский – совладельцы этого отеля;
в) я заменила одну из сотрудниц, которая так не вовремя сломала ногу, и теперь Макс думает, что я – обычная горничная.
Ве-ли-ко-леп-но!
Нет, я, конечно, могу обратиться к Долинину, чтобы он внес ясность на мой счет. Или ткнуть договором в самодовольную рожу Максима самостоятельно. Но зачем? Разве мне не все равно, что он думает обо мне и думает ли вообще?
“Все равно”, – заключаю я. И подобие решения действует как гора с плеч.
У меня есть план, и я должна придерживаться его, невзирая ни на какие обстоятельства. И ни один бывший не заставит меня отступиться. Тем более Макс Горский.
***
До самого обеда я не наблюдаю ни самого Макса, ни его расфуфыренную подружку. Наверное, отдыхают с дороги. Тем лучше для меня. Я почти забываю об этой встрече, погрузившись в привычную работу: раздаю распоряжения своим сотрудникам, намечаю план действий на завтра. Хочется поскорее выработать оптимизацию рабочего времени, структурировать задачи – такой крупный заказ у нас впервые, и для меня всё пока ново.
Я сверяюсь с журналом регистраций заездов на завтра на стойке ресепшн, чтобы девочки успели подготовить номера своевременно. Краем глаза вижу собаку Макса – она как раз выходит на улицу, явно ведь не одна. И мне становится легче дышать: хоть на короткое время я могу не бояться столкнуться с ним где-то в холле или в коридоре.
Проходит обед. Я бегу по своим делам, когда слышу капризное:
– Эй, ты!
Удивленно поворачиваюсь и вижу мамзель Горского – блондиночку в розовом горнолыжном костюме.
– Это вы мне? – спрашиваю, приподнимая бровь.
– Да, тебе, – брезгливо поджимая губы, кивает она.
– Вам, – поправляю я. – К незнакомым людям – а уж если они ещё и старше по возрасту! – принято обращаться на “вы”. Что вы хотели?
От резкого перехода темы блондиночка открывает рот и подвисает. Я мысленно додумываю, как над её головой начинает крутиться кружок загрузки – как в тех самых мемах, и едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться.
Так и не придумав, видимо, достойного ответа, она изрекает:
– Вы ж наша обслуга. Там в нашем номере нужно прибраться, – и, не дожидаясь ответа, резко разворачивается и уплывает в сторону выхода. Запрела, поди, бедненькая.
Я смотрю на ее модельную походку от бедра и качаю головой. Н-да, я была куда лучшего мнения о Максе! И где он только откопал такой самородок?!
Но делать нечего. Надо идти в их номер королевского размера и навести порядок, пока там никого нет.
На нужном этаже беру в кладовой тележку со всем необходимым, подхожу к двери. Таблички “не беспокоить” не наблюдается, поэтому я спокойно прохожу внутрь, втягиваю тележку, закрываю дверь.
Первым делом оцениваю объемы работы. Медленно прохаживаюсь по комнатам и выдыхаю. Бедлам наблюдается пока только в спальне: на огромной кровати вывалены, кажется, три чемодана женских вещей, что-то свалилось на пол, гора косметики валяется на туалетном столике, на мягком стуле перед ним громоздятся вещички мамзели, в которых она приехала. Все, включая нижнее белье и носки.
– Капец, – говорю я своему отражению. – Ну и неряха!
Но делать нечего – скандалы мне ни к чему. Поэтому я надеваю перчатки и начинаю уборку. Раскрываю шкаф, аккуратно складываю в него вещи блондиночки. Дело идёт легко и быстро – благо она не успела переворошить большинство ровных стопочек, вынутых из чемоданов. Когда с кровати всё убрано, я подбираю вещи с пола. И заглядываю под кровать.
Но вместо случайно завалившихся под неё вещей вижу горящие в темноте желтоватым блеском глаза. И белоснежные острые зубы.
– Гав, – задорно изрекает белая псина, вываливая из пасти розовый язык в слюнях.
– Хорошая собачка, – бормочу я, пятясь задом. Она ползёт ко мне, и тогда я резко вскакиваю и бегу по номеру в поисках спасения.
Перед выходом стоит пресловутая тележка, а адская гончая буквально дышит в мою пятую точку. И я ныряю в уборную, громко хлопая дверью прямо перед её носом.
Сердце колотится так оглушающе, словно прямо у меня в башке. И мне практически нечем дышать от леденящего ужаса. Я даже не сразу понимаю, что в ванной горит свет и клубится влажный горячий пар.
Не понимаю ровно до того момента, пока не слышу за спиной:
– Ба, Светка! Ко мне решила присоединиться?! Ну так не стесняйся, раздевайся и заходи!
Глава 2
Максим
Чертовы горы. Чертов отель, который меня угораздило купить за бешеные бабки! Чертова Соколова, которая так внезапно встретилась на моем пути! Снова.
– Пупсик, ты злишься? – дует губки Эвелина. Бросаю на нее косой взгляд. Ох уж это чудо пластической хирургии. Чудовище, я бы сказал.
“И как только ее подцепил? Где были мои глаза?” – взгляд против воли опускается ниже, к глубокому декольте.
“Ну в принципе, понятно, где… Хотя у Светки все же лучше… Так, стоп! Не думать об этом, не думать!”
– Нет, – резко обрубаю я.
– Мне показалось, что ты знаком с той служанкой…
Последнее слово заставляет меня поморщиться. Почему-то неприятно, что такие пустые губы как у Эвелины рассуждают о профессии в каком-то негативном ключе. Хотя откуда она вообще может знать, что такое работа? Дочка богатого папочки, которая даже не задумывается о простых смертных.
В отличие
- Предыдущая
- 2 / 25
- Следующая