Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч - Страница 55

мне в этом мире — я не думал, что в Аркене он вообще есть.

— Торговый обоз с юга, — пояснил Теодор, усаживаясь напротив. — Раз в полгода. Берт считает, что я на нём разорюсь. Возможно, он прав.

Он взял свою чашку.

— Берт передал ваше предложение об инспекциях.

— Да.

— Хельм подал запрос о правовом статусе ваших действий.

— Я знаю.

Теодор посмотрел на меня.

— Вы быстро узнаёте.

— Я слежу за обстановкой, ваше величество.

— Это хорошая привычка. — Он поставил чашку. — Хельм формально прав. По Кодексу, применение магических средств без аттестации — нарушение, независимо от контекста самообороны. Это не его изобретение, это действительно прописано.

— Я понимаю.

— Но Кодекс — это закон Гильдии, а не закон королевства. — Теодор произнёс это спокойно, как человек, давно обдумавший этот тезис. — Двести лет назад мои предшественники признали Кодекс действующим на территории Аркена в обмен на услуги Гильдии. Это было соглашением. Соглашения имеют условия.

Он подошёл к карте.

— Эфирит у вас в баронстве. Документы о Море у казначея. Оружие, которое пробивает магические щиты, существует.

Он указал пальцем на карту, туда, где восточные провинции граничили с моим баронством.

— Эта шахта важна. Важнее, чем Гильдия хочет, чтобы я думал, и важнее, чем вы хотите, чтобы я думал.

— Ваше величество...

— Молчите. — Он не повысил голос. — Я не обвиняю. Вы оба защищаете свои интересы. Это нормально. Меня интересует моё.

Он вернулся к столу.

— Статья четырнадцатая, — сказал он. — Берт напомнил мне формулировку вчера вечером.

— Понимаю.

— Не понимаете. — Теодор посмотрел на меня прямо. — Потому что вы не знаете, какова была формулировка в оригинале. «Все ресурсы и технологии, имеющие оборонное значение для целостности королевства, находятся под королевской прерогативой вне зависимости от действующих частных соглашений».

Пауза.

— «Вне зависимости от действующих частных соглашений» — вот ключевая часть. Кодекс является именно таким соглашением. Это значит, что статья четырнадцатая стоит над ним.

Я не говорил ничего.

— Хельм знает эту статью, — продолжил Теодор. — Именно поэтому он атаковал вашу личную правомерность, а не саму статью. Он не может оспорить статью, но может оспорить вашу позицию до того, как статья применяется.

— Это умно.

— Очень. — Теодор взял чашку снова. — Но это не сработало. По одной простой причине. Даже если ваши прошлые действия де-юре нарушали Кодекс — а я не уверен, что это так, — это не отменяет того факта, что месторождение существует, оружие существует и маршал Мор действовал против интересов короны.

Тишина в кабинете была другой, чем в тронном зале. Не парадной, а рабочей. Здесь говорили без трибунных жестов.

— Вот что я решил, — сказал Теодор. — Эфирит в баронстве Валье объявляется стратегическим ресурсом короны на основании статьи четырнадцатой Основного уложения. Его добыча, хранение и использование регулируются отдельным королевским актом, который Берт подготовит в течение недели.

Берт у двери чуть кивнул — значит, уже готовит.

— Вы, барон, получаете право на разработку этого ресурса по лицензии короны. Лицензия выдаётся на пять лет с правом продления. В рамках лицензии вы обязаны вести учёт добытого эфирита и передавать казне двадцать процентов от объёма ежегодно. Казначей установит расчётную цену.

Двадцать процентов. Это была честная цена за защиту. Возможно, даже щедрая.

— Инспекции, — продолжил король. — Я принимаю ваше предложение с одной поправкой. Не раз в полгода, а раз в квартал в первые два года. После — раз в полгода. Инспектор назначается казначейством, отчёт идёт казначею. Гильдия получает доступ к сводным данным ежегодно, но без права самостоятельных проверок.

Раз в квартал первые два года. Это было чаще, чем я хотел, но не настолько, чтобы парализовать производство.

— Я согласен, ваше величество.

— Дальше. Технология. — Теодор положил руки на стол. — Вы упоминали оружие, которое пробивает магические щиты. Это не метафора?

— Это не метафора.

— Я хочу увидеть. Вы говорили о демонстрации.

— Я готов её провести. Для этого нужна пушка. Она находится в баронстве.

— Когда вы можете её доставить?

Я подумал. Пушка — значит, обоз. Обоз из баронства до столицы. Северный перевал в одну сторону, пять дней. Плюс время на подготовку и погрузку.

— Три недели, если Бурт выедет сразу после того, как я ему напишу.

— Три недели, — повторил Теодор. — Хорошо. Берт, отметь.

— Что касается Гильдии, — сказал Теодор, — я принимаю их запрос к сведению и отклоняю оба требования. Ни передача под юрисдикцию Гильдии, ни изъятие эфирита — это исключено. Статья четырнадцатая не оставляет им пространства для апелляции.

— Они попробуют.

— Пусть попробуют. На это есть Берт и казначей.

Он встал. Я поднялся.

— Барон, — сказал Теодор. — Вы сказали на заседании, что не хотите быть единственным, кто решает, кому иметь это оружие. Это не просто хорошая стратегия. Это правильный ответ.

— Я говорил правду, ваше величество.

— Знаю. Поэтому и говорю это. — Он снова посмотрел на карту. — Маршала Мора мы рассматриваем отдельно. Это не ваше дело больше, это моё. Документы казначей принял — экспертиза займёт время. Вас я прошу не предпринимать никаких собственных действий в этом направлении.

— Понимаю.

— Идите, барон. Напишите вашим людям. Пушку я хочу увидеть.

Я поклонился и вышел.

На лестнице меня догнал Берт.

— Барон. — Он шёл рядом, не снижая темпа. — Один вопрос.

— Да.

— Делегация Гильдии получит официальный ответ сегодня к вечеру. Хельм — человек сдержанный и профессиональный. Он не предпримет ничего импульсивного.

— Я знаю. Рост другой.

— Именно. — Берт остановился у нижней ступени. — Если молодой представитель Совета попытается что-либо предпринять в отношении вас или ваших людей на территории Аркенбурга, у него будут серьёзные проблемы. Городская стража оповещена. Просто на всякий случай.

Я посмотрел на него.

— Вы оповестили стражу заранее.

— Я оповестил стражу вчера вечером, — ответил Берт. — До разговора с его величеством. Я думаю заранее — это входит в мои обязанности.

Он развернулся и пошёл обратно по коридору.

Олаф и Март ждали в комнате.

Март сидел на подоконнике. Олаф стоял у двери — как обычно.

Я рассказал.

Март первым нарушил тишину.

— Двадцать процентов. — Он тихо присвистнул. — Это приличные деньги, которые уйдут казне.

— Это приличная защита, которую мы получим взамен.

— Три недели — Бурт успеет?

— Бурт успеет. Напишу сегодня. Серт тоже может понадобиться, если понадобятся технические объяснения по устройству.

— Рост всё ещё в городе, — сказал Олаф.

— Знаю. Берт предупредил городскую стражу.

— Предупредил. — Олаф обдумал это. — Берт хороший человек.

— Берт осторожный человек. Это иногда лучше, чем просто хороший.

Олаф пожал плечами. Это была его форма согласия.

— Что теперь? — спросил Март.

— Теперь я пишу письмо Бурту. Потом письмо Крейн. Потом мы ждём три недели и проводим демонстрацию.

— Чего вы ждёте