Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч - Страница 41

чернильная капля на кончике носа. Рядом с ним сидел молодой человек с бумагой и пером, очевидно секретарь.

— Барон! — Историограф отложил перо и повернулся ко мне. — Точно вовремя. Ролен, подожди снаружи.

Секретарь вышел, прикрыв дверь.

— Я говорил с его величеством утром, — сказал мастер Ар без предисловий. — Показал записи вчерашнего разговора. Он слушал. Задавал вопросы. Хорошие вопросы.

— Какие именно?

— Сколько ваших аркебуз существует. Кто ими владеет. Можно ли воспроизвести технологию без вашего участия. Какова стоимость одного изделия по сравнению с боевым магом.

Вопросы правителя, а не учёного. Король думал о балансе сил, не о физике.

— И что вы ответили?

— Что точных данных у меня нет и что источнику следует задать эти вопросы лично. Его величество сказал, что это интересно, и спросил, когда вы будете доступны.

Я ощутил, как сердце ускорило ритм. Контролируемо, но ускорило.

— Когда?

— Завтра. Утро. Его величество проводит рабочий завтрак для нескольких человек, которых хочет выслушать по разным вопросам. Формат неофициальный, без церемоний. Я включил вас в список как «барона с восточной окраины, имеющего сведения о ресурсах провинции».

— Сколько человек будет на завтраке?

— Обычно шесть-восемь. Не все одновременно говорят с королём. Большинство ждут очереди. Это рабочая встреча, не приём. Одевайтесь аккуратно, но без лишнего блеска. Его величество не любит показную роскошь.

— Кто ещё в списке?

Мастер Ар порылся в бумагах на столе, нашёл нужный лист.

— Советник Харт с докладом о земельных налогах в северных провинциях. Представитель торговой гильдии кожевников с петицией об отмене импортной пошлины. Капитан речного флота с отчётом о навигации. И вы.

Четыре человека. Рабочий завтрак. Никаких магов, никаких маршалов, никаких делегаций. Ближе к королю, чем я мог рассчитывать.

— Спасибо, — сказал я. — Мастер Ар, вы понимаете, что я буду говорить с королём не только о ресурсах восточных провинций.

Историограф посмотрел на меня поверх очков. Чернильная капля на его носу уже высохла, превратившись в маленькое тёмное пятнышко.

— Барон, — произнёс он, — я пишу хронику этого королевства тридцать лет. За это время я научился одной вещи: когда история приходит к тебе сама, не нужно спрашивать, почему она пришла. Нужно записать.

— Это значит «да»?

— Это значит, что я включил вас в список, зная, кто вы и что привезли. И его величество видел мои записи, зная, от кого они. Он тоже не задаёт лишних вопросов. — Мастер Ар поправил очки. — Завтра в девятом часу утра у малых ворот западного крыла. Скажете привратнику: «Рабочий завтрак, список мастера Ара». Он вас пропустит.

Я вышел из дворца через Гербовую галерею, мимо того же привратника с усами, через ворота на площадь. Олаф стоял у фонтана в двадцати шагах от входа, делая вид, что кормит голубей. Кормить было нечем, голуби смотрели на него с недоумением, но образ «старик с птицами» работал.

— Два часа не прошло, — сказал он, когда я подошёл.

— Завтра утром. Рабочий завтрак с королём.

Олаф перестал притворяться, что кормит голубей.

— Завтрак с королём, — повторил он. — Вы будете есть за одним столом с королём Аркена.

— Скорее всего, в одной комнате. За одним столом не уверен.

— Это безумие.

— Это возможность. Единственная, которую мы получим. Делегация Гильдии уже подала запрос. Через два дня он пройдёт через протокол и окажется на столе у короля. Если мы поговорим с ним до этого, он услышит нашу версию первой.

Олаф смотрел на дворец. На стены, башни, стражу у ворот. Потом перевёл взгляд на меня.

— Я не могу пойти с вами туда.

— Знаю.

— Если что-то пойдёт не так...

— Тогда Март знает, где документы.

Ветеран несколько секунд молчал. Потом произнёс, с тем тихим спокойствием, которое стоило ему заметного усилия:

— Ладно. Но после этого мы возвращаемся домой. К пушкам.

— К пушкам, — согласился я.

Встреча с казначеем была назначена на шестой час, и до неё ещё оставалось время. Мы с Олафом вернулись на Суконную улицу, где Март уже успел организовать обед. Вдова Хинт приготовила мясное рагу, густое и пересоленное, но горячее. За едой я рассказал о результатах визита к мастеру Ару.

Март слушал, жевал и кивал. Когда я закончил, он промокнул губы салфеткой и сказал:

— Казначей. Шестой час. Крейн будет там по «другому делу». Вы всё ещё хотите это сделать сегодня?

— Именно сегодня. Завтра утром я буду на завтраке у короля. Если к тому моменту казначей уже видел документы, это усиливает мою позицию. Я прихожу к королю не с пустыми словами, а как человек, который уже передал доказательства по официальному каналу.

— А если казначей работает на Мора?

Я подумал. Это был справедливый вопрос.

— Ренард включил его в список людей, не связанных с маршалом. Крейн назначила встречу в его приёмной. Два независимых источника.

— Два источника, один из которых, по вашим же словам, может ошибаться, — заметил Олаф.

— Поэтому я несу казначею шесть документов, а не восемнадцать. Если он работает на Мора, мы теряем шесть листов, но не всё дело.

Олаф и Март переглянулись. Не сговариваясь, оба кивнули. Это было согласие людей, которые приняли логику и не стали тратить время на её оспаривание.

— Мне нужна приличная одежда, — сказал я, оглядев свой дорожный камзол. — Для завтрака с королём.

— Лавка на Монетной, — немедленно отозвался Март. — Портной Иен. Работает быстро, не задаёт вопросов. За два золотых сделает приличный камзол к вечеру.

— За два золотых?

— За золотой сделает тоже, но приличный не получится.

Два золотых за камзол. Двадцать за доставку письма через прачку. Политика оказывалась дороже пушек.

Казначейство располагалось в отдельном здании рядом с дворцом. Каменное, двухэтажное, с узкими окнами и крепкой дверью. Больше похоже на крепость, чем на учреждение. Впрочем, здание, в котором хранились финансы королевства, и должно было выглядеть как крепость.

Я пришёл без пяти минут шестого. Назвал себя секретарю приёмной, тощему молодому человеку с перьями за обоими ушами. Тот проверил список посетителей, нашёл моё имя, что-то записал и предложил подождать в приёмной.

Приёмная была небольшой комнатой с четырьмя стульями и одним столом, на котором стояли кувшин с водой и стопка бумажных листов для записей. На стене висел портрет короля. Лицо на портрете было суровым, властным и немного скучающим. Я посмотрел на него и подумал: завтра я увижу оригинал.

Крейн появилась через пять минут. Вошла в приёмную через другую дверь, с документами под мышкой, в тёмном платье без знаков Гильдии. Увидела меня, и на её лице появилось выражение вежливого удивления, разыгранное безупречно.

— Барон ди Валье? Какая неожиданность.

— Магистр. Рад видеть вас в столице.