— Жаль, что на такие конкретные вопросы нужно давать такие же четкие ответы без паузы, — вздохнула Айя. — С каким бы удовольствием я тебя сейчас помариновала бы минут пятнадцать, не отвечая прямо, да или нет.
— Ты уже маринуешь. Заметила?
— Пф-ф-ф, есстессно! — она демонстративно отключила все расширения с внешней панели и расплылась в довольной улыбке. — Рыжий, это гораздо более глубокий вопрос, чем то, как ты об этом спрашиваешь. — Усилием воли лицу удалось вернуть серьезное выражение.
— Ой, вот не разводи интригу на ровном месте! Очень просто можно ответить, да или нет.
— Нельзя. Давай начнем с конца для наглядности. Как ты думаешь, конкретно здесь, — она повела рукой вокруг себя, имея в виду эту планету, — можно засадить маками или кокой хотя бы полпроцента сектора? Да хоть сто акров?
Тема была еще та, только в больнице при людях и обсуждать. Впрочем, других посетителей в коридоре пока не было.
— Ну-у, судя по местным техническим чудесам, наверное, нельзя? — он покосился на собственный браслет от HAMASAKI INCORPORATED.
— Точно. Начать с того, что каждая растительная культура имеет свой период созревания. За любой плантацией надо ухаживать, удобрять, собирать урожай — все это не мгновенно и какое-то время занимает. Растения под концентратором на ускорении не растут. Потом крупные партии урожая с логистических хабов придется доставлять на перевалочные пункты, с последующей транспортировкой урожая к местам переработки, хе-х.
— Именно здесь это невозможно?
— А ты как думаешь? Сельскохозяйственные рабочие имеют свои импланты и концентраторы, раз. Погрузка, транспортировка, выгрузка — тоже люди и тоже гаджеты, два. Эффективно проконтролировать десяток уже сложно, а сотню — нереально. Еще есть спутники на орбите, это три. Даже простенькую систему орошения СЕГОДНЯ ты в принципе не настроишь без того, чтобы ее искусственный интеллект не срисовал культуру, которую выращивает, — она зевнула. — Как думаешь, что сделает любой искин, как только поймет, что у тебя колосится плантация опиумного мака или коки?
— Э-э-э, по твоей логике, должен доложить?
— Угу. Сразу в несколько адресов причем — и ты снаружи этого не проконтролируешь. — Увидев в его взгляде немой вопрос, Айя пояснила. — Ядро искина разрешено делать только сертифицированным производителям, которых в секторе по пальцам одной руки пересчитать можно. То же самое касается и оболочки. А Хамасаки и Чень точно свои протоколы под крестьянских производителей ботвы не будут менять. Импортный нейропродукт — теоретически, можно. Но он будет еще больше под микроскопом.
Седьков, похоже, до конца не понял, хотя его рука на ее заднице и не прекратила своих ритмичных массажирующих сжатий.
— Виктор, времена контрафактных посадок в джунглях остались даже не в прошлом веке, не то что в этом. Мне кажется, ты где-то перечитал беллетристики.
— Почему? — одноклассник искренне старался успеть мыслью за ее пояснениями. — Я же вижу по тебе, что вы чем-то таким занимаетесь!
— Ты сейчас так обиделся, как будто полжизни лично провел на плантации, — развеселилась она. — А я тебе картину мира рушу.
— Нет! Но...
— Рыжий, в наши времена в мирах первой категории ни один бизнес невозможен в темную. Подчеркиваю: ни один, если речь именно о сколь-нибудь системном бизнесе. Хочешь — могу доказать, но это еще полчаса времени.
— Да нет, не надо доказывать. — Он чуть задумался. — Наверное, возможности мониторинга и правда такие, что подобного не спрячешь ни в каком масштабе.
— Именно. Если только ты не решишь в джунглях для собственного употребления закапывать картофель. Тогда да — можно утаить. Ровно до тех пор, пока не решишь продать свой первый килограмм. — Она слегка упростила схему для наглядности.
— Занятно. С другой стороны, если деньги электронные, плюс общая система декларирования... перекрестные методы мониторинга и контроля... - он забормотал под нос, сводя элементы анализа без концентратора, опираясь только на собственные мозги.
— Много чего. — Она перебила исходящий поток, в исполнении натурала грозящий затянуться надолго. — Виктор, надо или вручную растить — и только натуралами типа тебя, причем без браслета от Хамасаки-старшей. Но где вас столько взять, еще и добровольцев?
— Либо?
— Либо — о твоей плантации станет известно буквально через три минуты даже не после ее посадки, а после еще только подготовки почвы под ту посадку.
— Но бизнес, насколько я понял по твоим словам, существует?
— Отвечу обтекаемо. — Ей не хотелось врать, а промолчать тоже было нельзя.
Мартинес повернула его голову к себе и, глядя в глаза, продолжила:
— Очень многие растениеводы выносят производства на собственные планеты. Так называемая аграрная направленность: далеко не во всех мирах суша, ископаемые и тэдэ годятся для чего-нибудь кроме выращивания ботвы.
— А потом что?
— Через шлюзы — к местам потребления, — слегка удивилась она. — Ноль- транспортировка плюс по старинке, грузовыми шаттлами, если расстояния между системами позволяют.
Судя по его непрошибаемому лицу и отвисшей челюсти, младшие классы школы прошли мимо него.
— Ладно. Сам на досуге почитаешь, — дипломатично предложила она, поскольку сидевшая на ресепшн обладательница сисек подняла руку, привлекая их внимание и указывая на нужную дверь.
_______
— Не родня. — Получив результаты, Мартинес мгновенно успокоилась. — Хм, а ведь до чего было бы занятно...
— Пошли есть? — напомнил Рыжий. — А то я сейчас на людей начну бросаться.
— Да, помню.
В заведении, куда она его привела, никого не было — пустой зал и пара официантрв.
— Суть семейного бизнеса, если коротко, сводится к твоей любимой чистой математике, — продолжила Айя уже за столом после того, как им принесли еду (и они начали есть). — Это стыковка циклов уборки урожая на планете-производителе с циклами доставки.
— А доставка не ваша?
— Шутишь? Сообщение между мирами — исключительно прерогатива государства. Может, в новых полудиких секторах поначалу и иначе, но в цивилизации ноль-шлюз никто из своих рук не выпускает.
— Звучит как высшая математика.
— Я уже поняла, что начальная школа — не для тебя, — мягко улыбнулась она.
— Получается, все ваши сомнительные с точки зрения закона телодвижения начинаются именно на этапе транспортировки? — он на удивление быстро ухватил суть.
— Угу. Конефно. — Мясо было горячим.
— Если вся планета ваша — кто вам запретит сделать локальное законодательства таким, каким нужно?
— Пофти. — Она прожевала и продолжила. — Планета — это громко сказано. Именно что мирок средней руки, даже ниже средней, кроме растениеводства по большому счету ни на что не годный. Мы и есть его законодательство по умолчанию. Кто может тебе запретить в твоей квартире расставлять мебель так, как тебе хочется?
— Хренасе. А люди?
— Обычные вахтовые контракты. Расценки средние по сектору, от шести до двенадцати месяцев.