Я улыбнулась ему в ответ, тоже чуть-чуть, но с большим презрением.
– Его зовут Митч Крюгер. Он не появлялся у вас?
– Если он и приходил, то никак не смог бы миновать моего секретаря.
– В таком случае я хотела бы с ним побеседовать.
– Это была грубая ошибка, – презрительно проговорил он. – Глупо притворяться, будто вы не проделали заранее всю черновую работу и не выяснили, что мой секретарь – женщина. Я спрошу об этом Анджелу, когда она придет в понедельник. А потом позвоню вам.
– Знаете, Чамферс, я раскрою вам маленький секрет. Если бы я на самом деле занималась промышленным шпионажем, то вы бы даже не узнали, что я была здесь. Я бы стала следить за вашими сотрудниками и выяснила бы, когда вы приходите и уходите, и совершила бы вылазку сюда в выходные, когда здесь никого бы не осталось. Так что расслабьтесь. Не стоит попусту растрачивать свои драгоценные мозги и банковские чеки. Все, что я хочу знать, это когда в последний раз кто-нибудь в «Даймонд хэд» видел моего парня – Митча Крюгера. Когда мы это узнаем, то навсегда с вами распрощаемся.
Я взяла у него со стола свою лицензию и протянула ему свою визитную карточку:
– Вам будет куда легче связаться со мной, Чамферс, если у вас будет номер моего телефона. А я запишу ваш.
Я наклонилась над столом и переписала номер с его аппарата прежде, чем он сумел меня остановить.
– Вы не снабдите меня телохранителем, чтобы я могла пройти мимо Саймона?
Его губы сложились в торжественную ухмылку.
– Мы не пойдем через все здание, детка, так что можете оставить ваши надежды. Мы с вами обойдем кругом.
И я лично проконтролирую, чтобы наша охрана была в эти выходные начеку.
Мы прошли по коридору и вышли через дверь, обращенную к каналу. В полном молчании мы прошли по тропинке вдоль здания, мимо трясущегося грузовика, у которого, как часовой, стоял Саймон, и прошли дальше к главному входу. От него уводила растрескавшаяся дорога.
– Я не знаю, где вы спрятали свою машину, но для вас же было бы лучше, чтобы она оказалась не на нашей территории. Я не могу обещать вам, что сумею удержать Саймона, если он снова увидит, как вы слоняетесь вокруг.
– Я позабочусь захватить с собой пакет с сырым мясом, когда приду сюда в следующий раз.
– Следующего раза не будет. Крепко зарубите это себе на носу, детка.
Было очевидно, что не стоит дальше подогревать наш конфликт. Я послала ему воздушный поцелуй и направилась к проезжей части. Он глядел мне вслед, расставив ноги и уперев руки в бока.
Глава 10
Визит к собакам
Шел уже седьмой час, когда я наконец доплелась до моего «транс-ам». Выбравшись по развороченной подъездной дороге к «Даймонд хэд» на улицы, прилегающие к Бриджпорт, я поняла, как надо было ехать. Моя ошибка заключалась в том, что я пыталась попасть туда со стороны Тридцать первой улицы, а надо было проехать вниз по Тридцать третьей и несколько раз повернуть в переулках.
Я рассмеялась, вспомнив свою стычку с Чамферсом. После всех расследований в промышленности, которыми я занималась много лет, было очень забавно – и в равной мере нелепо – так по-глупому ворваться к ним, что они приняли меня за шпиона. Мне следовало бы подождать до понедельника и в обычном порядке побеседовать с секретаршей Чамферса. Теперь я все равно должна буду это сделать, но мне еще придется преодолевать высокую стену их недоверия.
Мне было интересно, действительно ли Чамферс отправит собственных детективов следить за мной, или это была пустая бравада, чтобы заставить меня убраться подальше со своим гипотетическим шпионажем. Во время долгого пути вверх по Кеннеди я забавлялась, придумывая, что бы я сделала, если бы мне пришлось следить сама за собой. Мне, пожалуй, будет трудно доказать, что я не шпионила: как только они проверят мои деловые связи, они поймут, что промышленный шпионаж составляет большую часть моей практики. Тогда они будут вынуждены сесть мне на хвост, это отнимет немало времени и денег. Мне было бы приятно посмотреть, как Чамферс будет оправдываться за понесенные расходы перед своим начальством, кто бы они там ни были.
Когда я приехала домой, мистер Контрерас выскочил из своей квартиры, чтобы меня встретить:
– Удалось узнать что-нибудь о Митче, дочка?
Я обняла его за плечи и мягко подтолкнула назад в его квартиру:
– Я расспрашивала сегодня людей, но это еще только начало. Я хочу сказать вам то же самое, что говорю всем клиентам: я регулярно составляю для вас отчеты, но я работаю все менее и менее продуктивно, если стремлюсь во что бы то ни стало собрать информацию для очередного отчета. Так что давайте считать, что мы просто соседи, которые нежно любят одну и ту же собаку, и предоставьте мне вести расследование так, как я считаю правильным.
Мистера Контрераса, казалось, уязвили мои слова.
– Я спросил вас только потому, что очень за него волнуюсь. Я вовсе не пытаюсь следить, как вы работаете, или критиковать вас.
Я усмехнулась:
– Забудьте об этом. Не могли бы вы дать мне старый адрес Крюгера – тот, где он жил, пока не пришел сюда вместе с вами в прошлую пятницу?
– Конечно. Вот он у меня как раз должен быть здесь.
Он отвернул край скатерти со стола, стоявшего в центре гостиной. Я никак не могла взять в толк ни того, почему он поставил его в таком месте, где наверняка ушибается об углы по сто раз в неделю, ни того, почему он решил, что стол надо непременно накрыть скатертью. Принимая во внимание количество бумаг, которые были навалены на стол и торчали из ящиков, нетрудно было предположить, что поиски будут нелегкими. Я предоставила хозяину самому заниматься этим и пошла проведать Пеппи.
Всего за одну неделю щенки удивительно выросли. Их мягкая шерстка начала уже приобретать определенную окраску. Однако они все еще были слепыми и беспомощными. Они в ужасе заскулили и захныкали, когда Пеппи встала и отошла от них. Она обнюхала мои ноги, чтобы удостовериться, что это я, и показала мне, что хочет на улицу.
– Да, выведите ее, дочка. Я еще не нашел адрес Митча! – крикнул мне из другой комнаты мистер Контрерас.
Пеппи не захотела долго оставаться на улице. Она совершила короткую пробежку вокруг двора, чтобы осмотреть все