— Эм… — Я нахмурилась, пытаясь осмыслить сказанное. — О.
— Карма, — сказал Син. — Иди умойся.
— Правда? — Он выглядел не впечатленным, тыкая в липкое красное пятно, все еще покрывающее его шею.
— Да. И возьми ее с собой. Мы с Фантомом подыщем какую-нибудь одежду.
— Возьмешь меня? — спросила я, переводя взгляд с одного на другого.
Было невозможно игнорировать то, как их взгляды, казалось, все время были прикованы ко мне.
— Тебе нужно помыться, — сказал Син. — Я не потерплю запаха Холдена в этой комнате.
Я вспомнила жестокого альфу, который впечатал меня в стену. Моя спина и голова все еще болели от того, каким грубым он был.
— Конечно. — Я тоже не особо хотела, чтобы на мне оставался его запах, теперь, когда я уловила их.
Но затем…
Последнее, что я успела сделать перед тем, как меня столкнули сюда, — это раздобыть один из подавителей запаха у охранников. В панике я вылила на себя весь крошечный флакон.
Душ все испортит.
Но в какой-то момент он все равно перестанет действовать. Особенно учитывая то, как я была напугана. И моя течка…
Сколько времени пройдет, прежде чем она начнется?
Мне нужно было найти безопасное место, чтобы переждать ее.
Спираль мыслей оборвалась, когда Син подтолкнул меня. Я поняла, что Карма встал и уже находился в открытом дверном проеме, ведущем в следующую комнату. Сквозь него пробивался такой же белый больничный свет.
Я поспешила к Карме, который выжидательно смотрел на меня, но когда я шагнула в дверной проем, то замерла.
— О.
Я понятия не имела, чего ожидала, но это была просто одна большая ванная комната.
Никаких кабинок или чего-то подобного.
Просто перегородка для унитаза и просторная прохладная комната с полами, которые выглядели скорее утилитарными, чем удобными, с уклоном к решетке в углу.
Это напомнило мне душевую в «Монастыре». За исключением того, что туда допускались только другие омеги-самки из золотой стаи.
Карма стягивал с себя футболку, бросая ее в хлипкую металлическую корзину под рядом раковин, и направлялся к душевым, чтобы включить одну из струй. Он проверил температуру воды тыльной стороной ладони, прежде чем снова взглянуть на меня.
Господи, это было уже слишком.
Если это было испытание, я его провалила.
Син был более стройным, чем Карма, с рельефными мышцами на груди и руках, но насыщенная умбровая кожа Кармы покрывала толстые, жилистые мускулы. У него была длинная каштановая коса, спадающая до талии, и ослепительная озорная улыбка, которой он одарил меня, поймав мой взгляд. Он был настолько красив, что у меня в груди все сжалось.
Я опустила взгляд, мои щеки пылали огнем.
Эти проклятые глаза все испортят этим бедным альфам.
Но я была уверена, что он просто помоется первым, а потом я смогу воспользоваться душем.
Ведь он именно так и собирался поступить, верно?
А может быть, к тому времени горячая вода закончится, и она будет холодной. Мне это было нужно. Даже просто глядя на него несколько мгновений, я чувствовала, как между бедрами скапливается влага.
Эта течка должна была подождать.
Я стиснула челюсти, пытаясь сосредоточиться на чем-нибудь другом. Я стояла прямо у открытого дверного проема, где в воздухе клубился пар, и сквозь шум льющейся воды могла разобрать тихий разговор снаружи.
— Это было откровенным самоубийством! — Это был голос Фантома.
— Да брось, — ответил Син. — Если я воспользуюсь всеми своими одолжениями…
— Думаешь, они теперь сработают?
Син фыркнул.
— Им, блядь, лучше бы сработать.
— И пистолет. Теперь все знают, что он у тебя есть…
— Все и так знали…
— Теперь они знают наверняка. Это все меняет.
— Мы будем в порядке. К завтрашнему дню Вандл выйдет из гона. Ты же знаешь, какой он; они будут не разлей вода. Нам нужно продержаться всего десять дней.
— В том-то и дело — почему, блядь, ты решил вставить палки в колеса именно сейчас…?
— Потому что она наша! — Из-за слов Сина я моргнула, и мне показалось, что что-то сжало мое горло.
Их?
Сдавленный скулеж попытался вырваться из моей груди.
Они действительно хотели меня?
Но… нет, нет. Он не понимал, что это будет означать для его стаи.
А теперь я знала, какому риску подвергаю их…
— Ты сошел с ума! — огрызнулся Фантом.
Хорошо.
Я сделала вдох. Хорошо, по крайней мере один из них был в здравом уме.
— Даже если ты прав, ни один альфа в «Анархии» ни за что не примет нашу стаю вместе с ней и… — Я сильно вздрогнула от громкого лязга металлической двери, когда они вышли, и она захлопнулась.
Блин.
Со мной и чем?
— Лунный свет. — Голос Кармы застал меня врасплох, и я обернулась, подняв глаза, и увидела, что он прислонился к стене рядом со мной, глядя на меня сверху вниз.
Когда он успел так близко подобраться?
Я чуть ли не высунула голову из-за дверного косяка, чтобы подслушать разговор Сина и Фантома.
— Привет. — Я моргнула, пытаясь понять, что делать со своими глазами, когда он и его торс с перекатывающимися мускулами были так близко. Я попыталась опустить взгляд, но тогда я просто пялилась на его промежность.
По крайней мере, он все еще был в спортивных штанах.
— Я могу пойти после тебя, — пробормотала я, дико озираясь по сторонам.
— Нет.
— Нет? — пискнула я.
— Ты моя омега. Я помогу.
Мои губы приоткрылись от шока.
Его?
Что это значило?
И что значило «помогу»?
Я попыталась проигнорировать маленький расцветающий комочек тепла от этих слов.
Это было так неправильно.
Но Карма не собирался ничего объяснять. Вместо этого он подхватил меня, как куклу, и понес в работающий душ, прямо в одежде.
Горячая вода обожгла мою кожу, а затем его ладонь коснулась моей щеки. Я вздрогнула от его прикосновения. От электричества нашей связи. Рубашка служила барьером, когда он схватил меня за талию, так что это был первый раз, когда его прикосновение по-настоящему коснулось моей кожи.
Он замер, широко раскрыв глаза, рокочущий рык поднялся по его горлу, пальцы запутались в моих волосах, когда он приподнял мою голову.
Блин.
Его зрачки расширились, глаза были прикованы ко мне, пока вода струилась по нам обоим.
Я не могла подобрать слов, пока он смотрел на меня сверху вниз.
— Нам не следует быть… так близко, — прошептала я.
— Почему нет?
— Я не хочу причинить тебе боль.
Теперь, когда я услышала, что сказал Фантом, я поняла, как сильно они рисковали, чтобы привести меня сюда вот так.
И Син думал, что они заявляют на меня права?
Карма одарил меня той самой ослепительной